WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 41 |

«ДАВЫДОВ Илья Юльевич ЮНОСТЬ УХОДИТ В БОЙ М.: Воениздат, 1973. Аннотация издательства: В книге рассказывается о людях Отдельной мотострелковой бригады особого назначения, ...»

-- [ Страница 1 ] --

www.vairgin.ru

ДАВЫДОВ Илья Юльевич

ЮНОСТЬ УХОДИТ В БОЙ

М.: Воениздат, 1973.

Аннотация издательства: В книге рассказывается о людях Отдельной мотострелковой бригады особого назначения,

которая была сформирована в первые дни Великой Отечественной войны из комсомольцев-добровольцев, главным образом студентов и спортсменов Москвы и Московской области. Автор служил в этом соединении, сражался под Москвой, а затем около трех лет — в тылу врага. Первое издание книги вышло в 1965 году. Она быстро разошлась и получила положительные отзывы читателей.

СОЛДАТЫ ДОЛЖНЫ УЧИТЬСЯ

В первый же день войны у входа в Ленинский райвоенкомат Москвы образовалась длинная очередь. Добровольцы рвались на фронт.

23 июня побывали там и мы с женой. Пробиться к военкому не смогли. Один из его помощников — капитан — взял наши заявления, попросил написать автобиографии и пообещал прислать повестки. Потом мы несколько раз приходили к нему, но он всегда отвечал уклончиво. Однажды он спросил у жены:

— А на кого вы оставите дочь?

— Дочь хорошо устроена, — ответила Вера.

Я заметил, что щеки у нее сразу зарделись: она говорила неправду. Незадолго до войны, о которой никто из нас, разумеется, не предполагал, мы, сдавая последние госэкзамены, отправили дочь с детским садом под Куйбышев. А когда началась война, послали письмо моей матери с просьбой взять девочку к себе. Дошло ли оно до Новосибирска, мы не знали.

Два молодых врача, только что окончивших институт, видимо, надоели в военкомате. Нас послали на краткосрочные хирургические курсы усовершенствования.

Что ж, рассудили мы, для начала неплохо и это. Фронту в первую очередь нужны хирурги. Место учебы тоже устраивало. Недавно в травматологическом институте мы проходили курс травматологии и ортопедии под руководством профессора Приорова. [4] Но чувство неудовлетворенности не проходило. Мне казалось, что только меня одного почему-то не вызывают в военкомат.

Третьего июля, возвратившись из института, я встретился в коридоре общежития с Альбертом Цессарским, моим однокашником.

— Ну как? Все еще не призвали? — спросил он, сверкая радостными от возбуждения глазами.

— Скоро закончим курсы, тогда уж... — ответил я, хотя совсем не знал, что тогда будет.

— А я уже! — гордо сказал Альберт и, улыбнувшись, процитировал: — «Революцией мобилизованный и призванный».

Независтливый от природы, на этот раз я позавидовал. От души пожав ему руку, спросил:

— В какие войска?

Лицо Цессарского сделалось непроницаемым. «Артист» — вспомнилось студенческое прозвище Алика. Стало немного обидно.

— Понимаю: военная тайна!

Альберт кивнул, но после недолгого молчания сказал:

— Сначала мне придется сдать все экзамены за пятый курс. Причем — экстерном.

Тебе — проще: диплом уже на руках.

— Что верно, то верно.

Но и с дипломом у меня пропало желание подниматься на шестой этаж. И все же забежал домой сказать, что поброжу по городу. Вера хорошо понимала мое состояние. Ее тоже, конечно, тревожило молчание военкома, но у нее было больше выдержки.

...На Арбате, куда я забрел от нечего делать, меня окликнул Георгий Знаменский, заслуженный мастер спорта. Лицо его, как и Цессарского, было сосредоточенное и торжественное.

— Ну как дела? — спросил я Георгия.

— Зачислен в армию добровольцем. А ты?

Я неопределенно махнул рукой. Потом спросил:

— А Серафим?

— Тоже зачислен.

— Еще кто?

— Гриша Ермолаев, ты его знаешь, — стайер. Иванькович, тот, что бегал с нами в Париже... [5] Георгий называл все новые фамилии известных спортсменов: Долгушин, Королев, Щербаков, Катулин, Шатов. Саша Бронзов из нашего института...

Да, товарищи уходили на фронт. А заявления мое и жены пока лежали в военкомате.

Пожелав Георгию успехов, я распрощался с ним и поехал в военкомат. На этот раз мне удалось пробиться к военному комиссару.

— Вызовут, вызовут, — отмахнулся он.

— А вы проверьте: может быть, наши заявления и не попали к вам.

Военком вынул из ящика стола стопку бумаг, перелистал ее и положил обратно.

Потом достал еще несколько листков. Один из них заставил меня насторожиться. Я узнал почерк жены. Слово «болгарка» в ее автобиографии было подчеркнуто. Значит, кто-то уже просматривал документы. Комиссар не стал читать ни заявления, ни автобиографии. Взглянув на красную черточку, он поспешно убрал листки и сухо сказал:

— Ваши заявления пока не рассматривали... Когда рассмотрим — сообщим...

С тяжелым сердцем я возвращался домой. Ехал и думал: сказать жене или нет?

Вера возмутится, узнав о недоверии. Родители ее действительно болгары и живут на родине. Но ведь отец ее — видный революционер-антифашист. Вскоре после того, как гитлеровцы оккупировали Болгарию, Вера получила от матери последнее известие из Софии. В безобидном на первый взгляд письме мы с огорчением прочли фразу: «Отец твой сейчас войник». «Войник» по-болгарски — солдат. Но как мог пятидесятилетний философ-марксист стать солдатом? Мы поняли, что он арестован.

При заполнении анкеты Вера, конечно, не могла сослаться на это письмо, написанное к тому же эзоповским языком. Поэтому она и ограничилась фразой:

«Родители живут в Болгарии». Военкома же насторожили эти слова. Он не стал вникать в детали, разбираться что к чему, а просто отложил наши заявления в сторону.

С подобным случаем Вера столкнулась еще в институте. Вступая в партию, она не указала в заявлении, что ее отец находился в СССР как политический эмигрант и под фамилией Досев читал лекции в Институте красной профессуры. Не могла жена написать и о том, что он, [6] став снова Тодором Павловым, по решению ЦК Болгарской компартии вернулся на родину и вел там подпольную партийную работу. В своем заявлении Вера по известным причинам указала, что приехала в СССР еще ребенком. Но перестраховщики «придержали» заявление. Лишь после того как райком навел в Коминтерне справку, ее приняли в партию.

Так получилось и теперь. Правда, военкома нельзя было назвать перестраховщиком. Просто он многого не знал. Но не посылать же его в Коминтерн!

Я сказал жене о красной пометке, и мы поехали в институт. Секретаря парткома Утевской не было. Нас встретила Добрынина, ее заместитель, преподаватель биохимии.

Мы бурно апеллировали:

— Валентина Ивановна, помогите! Вы же знаете нас, давали нам рекомендации в партию.

Душевный и искренний человек, Добрынина ответила:

— Военком тут ни при чем. Поймите: идет война, в Болгарии немцы. Некогда ему разбираться с вами. Идите прямо в ЦК партии, в Международный отдел.

На следующий день мы, пропустив занятия, поехали в ЦК. Нас принял высокий сухощавый человек в строгом темно-синем костюме. Поинтересовавшись, зачем мы пришли, он вышел куда-то и, вернувшись через полчаса, сказал:

— Зайдите завтра в комнату девятнадцать. Пропуск будет заказан. Товарищ Димитров передает привет, желает вам успехов. Просит извинить, что не смог сейчас принять вас лично: очень занят.

Просит извинить... Это Георгий Михайлович Димитров, герой Лейпцига!

Счастливые, мы выбежали на улицу.

Когда мы на следующий день заглянули в указанную комнату, нас встретила молодая привлекательная женщина. Усадила в кресла и приготовилась слушать. Но, заметив наше возбуждение, спокойно сказала:

— Напрасно так волнуетесь. Насчет вас звонили от товарища Димитрова, все ясно.

Завтра зайдите в ЦК комсомола и спросите Зою Рыбкину.

Зоей Рыбкиной как раз и оказалась наша новая знакомая. Только теперь на ней было не платье, а военная форма. Встретила она нас чуть сдержаннее, чем тогда, но попрежнему дружелюбно. Расспросив нас о самочувствии, [7]настроении, Зоя мельком взглянула на часы и объявила:

— Пора! Едем к генералу, представлю вас.

Генерал, видимо, тоже был в курсе наших дел. Здороваясь, заметил Рыбкиной:

— Благодарю, Зоя Ивановна, за прекрасные кадры. Я имею в виду вчерашних спортсменов, которых вы отобрали в ЦК ВЛКСМ.

— Рада стараться, Павел Анатольевич, — чуть наклонила красивую голову Рыбкина. — Надеюсь, не будете ругать и за эту пару.

— Сначала о вашем сыне, — сказал генерал. — Какой же получится красноармеец из парнишки в четырнадцать лет?

— Павел Анатольевич! — с нескрываемой горечью ответила Зоя. — Не надо говорить об этом. Вы же прекрасно знаете службу и полковника Рыбкина, и мою... Пусть Володя будет в армии. Хотя бы в то время, пока я нахожусь на задании. Он просто увлечен радиоделом.

— Сдаюсь, сдаюсь! — шутливо ответил генерал, подняв руки. — Сегодня же зачислим Володю приказом. А вот с врачами...

Он задумчиво посмотрел на нас. Мне стало как-то неловко под его изучающим взглядом. Решительно опустив ладонь на стол, он вдруг категорически заявил:

— А вот врачей не дам вам, Зоя Ивановна! В бригаду пойдут. Особенно вот ее, болгарку, нельзя с вами отпускать, — кивнул он в сторону Веры. — Слишком заметна, запоминаться будет... Так что не обижайтесь.

— Слушаюсь! — не стала возражать Рыбкина. Но тут же добавила: — Больше ни одного человека вам не покажу: всех отберете!

Высокая, женственная Зоя неожиданно крепко пожала нам руки и твердым, энергичным голосом сказала:

— Ну, до свидания, дорогие... Желаю вам большого счастья!

А пятого июля мы возвратились домой уже в военной форме. В подъезде по привычке заглянул в ящик — нет ли писем. Там лежали две повестки из военкомата — мне и жене. Нам предлагалось явиться с вещами. Все-таки разобрались. Но... поздновато.

Меня и Веру уже зачислили в Бригаду особого назначения. Нужно было сообщить об этом в военкомат... [8] Трудно сказать, отчего я проснулся. Было темно и тихо. Через окно веранды виднелось звездное небо. Я не сразу понял, где нахожусь. Вдруг в тишине прозвучал требовательный голос капитана Балабушкина:

— Дежурный! Чтобы ни одной души не осталось в казарме!

Значит, опять нужно идти в щель и сидеть там до отбоя воздушной тревоги.

Кемарить, как говорят ребята. Впрочем, почему «ребята»? Бойцы! Нам каждый день твердят:

— Помните, вы — бойцы Красной Армии! Вам надо забыть о гражданских привычках.

Все правильно: мы надели военную форму. Но ведь бойцы — это те, кто ходит в атаки, стреляет. А мы вот уже месяц или изучаем уставы, или маршируем на плацу. А ночью, едва прозвучит сирена, втискиваемся в щели...

Одевшись, я вышел на крыльцо, осмотрелся. Просторный двор казармы окружали островерхие ели. Казалось, именно они отделили сотни молодых людей от войны.

В бригаду ежедневно прибывает пополнение: студенты, рабочая молодежь, спортсмены. Все комсомольцы, все добровольно пришли сюда по призыву ЦК комсомола. Они рвутся в бой, а им говорят: сначала научитесь воевать.

Ближайшая от казармы щель — самая шумная. Там рота старшего лейтенанта Мальцева. Различаю знакомые голоса. Вот взволнованно говорит Семен Гудзенко.

Мысленно вижу его сдвинутые к переносью густые брови. Заместитель политрука сержант Михаил Егорцев спокойно объясняет бойцам, что значит настоящая храбрость.

Он умеет доказывать, говорит непринужденно, убедительно. Может быть, потому, что журналист? Егорцев и человек чудесный. Его любят все товарищи.

В роте Мальцева много студентов Института истории, философии и литературы имени Чернышевского. Они любят порассуждать. Не случайно в батальоне их добродушно-иронически называют философами. Из ифлийцев, пожалуй, труднее всего будет воспитать исполнительных и расчетливых бойцов.

В разговор вступает Коля Лебедев. Его почему-то зовут Кира. Он самый юный в бригаде, пришел сюда прямо со школьной скамьи. Зато рост у него не по годам.



Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 41 |
 


Похожие работы:

«Книга 2 ИеруСАлИМ 2006 И. М. Аксельрод-Рубина ЖИЗНЬ КАК ЖИЗНЬ. ВОСПОМИНАНИЯ. Книга 2. Иерусалим, 2006 Полиграфические услуги: студия “Клик” © Все права принадлежат автору а/я 11244, Иерусалим, 91112 тел. 972-2-6760842 e-mail: feigenberg@bezeqint.net ISBN 965-7392-02-0 На обложке сверху вниз: На ноябрьской демонстрации в Москве. 1952. Виталий и я. Москва, 1972. Мы с Виталием на горе Фавор, Израиль. 1978. Демонстрация в Колумбийском университете (Нью-Йорк) в поддержку Виталия. 1975. ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ....»

«Ричард Докинз Слепой часовщик The Blind Watchmaker by Richard Dawkins Перевл с английского Анатолий Протопопов. Вступительная часть Глава 1. В поисках объяснения невероятного Глава 2. Удачный проект Глава 3. Суммируем маленькие победы Глава 4. Прокладываем пути по гиперпространству жизни Глава 5. Власть над прошлым и будущим Глава 6. Истоки и чудеса Глава 7. Созидающая эволюция Глава 8. Взрывы и спирали Глава 9. Пунктуация пунктуализма Глава 10. О правильном дереве жизни Глава 11. Обречнные...»

«Джонатан Свифт Эротические приключения в некоторых отдаленных частях света Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей Джонатан Свифт Перевод с англ. Г. А. Крылова и И. Ю. Куберского. ИНСТИТУТ СОИТОЛОГИИ Санкт-Петербург 2006 От издательства В сентябре 2004 года из Лондона на электронный адрес издательства Института соитологии пришло письмо, автор которого сообщал, что у него есть для нас интересное предложение. Встретиться договорились на предстоявшей вскоре...»

«Грейгъ О.И. Г 79 Женщина фюрера, или Как Ева Браун погубила Третий рейх. – М.: Алгоритм, 2008. – 384 с. ISBN 978-5-9265-0623-2 Роковые женщины не раз губили великие империи – достаточно вспомнить, как погибла Троя из-за Елены Прекрасной или как Антоний предпочел власти над Римом объятия Клеопатры. История Адольфа Гитлера и Евы Браун менее известна, она как бы подернута флером мистики и секретности, не каждый допущен к сокровенным знаниям об истинной роли женщины фюрера в истории. В этой книге –...»

«Джон МАКСВЕЛЛ Воспитай в себе лидера John C.Maxwell. DEVELOPING THE LEADER WITHIN YOU ВВЕДЕНИЕ Ключ к успеху в любом деле — умение вести людей за собой Лидерству можно научиться Прирожденные лидеры: Обученные лидеры: Потенциальные лидеры: Ограниченные лидеры: Книг о руководстве — хоть отбавляй, а о лидерстве — явно недостаточно Глава первая ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛИДЕРСТВА: ВЛИЯНИЕ МЫСЛИ О ВЛИЯНИИ Каждый из нас на кого-нибудь влияет Мы не знаем, на кого и в какой степени влияем Лучшая инвестиция в будущее...»

«100 лучших книг всех времен: www.100bestbooks.ru Григорий Остер Вредные советы Книга для непослушных детей и их родителей ПОСЛУШНЫМ ДЕТЯМ ЧИТАТЬ ЗАПРЕЩАЕТСЯ! Недавно ученые открыли, что на свете бывают непослушные дети, которые все делают наоборот. Им дают полезный совет: Умывайтесь по утрам – они берут и не умываются. Им говорят: Здоровайтесь друг с другом – они тут же начинают не здороваться. Ученые придумали, что таким детям нужно давать не полезные, а вредные советы. Они все сделают...»

«Рай, святой город и слава трона Преподобный Элвуд Скотт (сокращенная версия). В начале 20-го века Бог дал Сенеке Соди славное переживание пребывания сорока дней на небесах. Эта книга изменит вашу жизнь и даст вам надежду, поможет вам отложить в сторону все проблемы и акцентировать внимание на славе Божьей. По мере его повествования о своем пережитом опыте Элвуду Скотту, вы будете чувствовать себя, как будто вы находитесь рядом с ним и наблюдаете много различных сцен из небесного царства, в...»

«Вместо предисловия В начале своего фелинологического пути я часто задавался вопросом: Почему, хотя генетика является основой основ нашего хобби, так много заводчиков и даже судей имеют весьма туманное представление о столь важном предмете? Позже я сумел разобраться в этом вопросе. Все-таки книги по генетике рассчитаны на людей подготовленных и владеющих хотя бы основными первоначальными специальными знаниями, а поэтому для человека без базовой подготовки зачастую кажутся сложными, недостаточно...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.