WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

«Макеллар П. (Университет Отаго, Новая Зеландия) МЕТОД САМОНАБЛЮДЕНИЯ* Я не понимаю, почему отчет человека о своей психике не может быть столь же ясным и заслуживающим ...»

-- [ Страница 2 ] --

Самонаблюдение внесло большой вклад в развитие лабораторного психологического эксперимента и способствовало разработке того множества методов, которым располагает современная психология. Фрэнсис Гальтон (1822— 1911) был автором не только первого опросника; его считают основоположником метода тестирования психики. Можно утверждать, что этот второй по важности метод, подобно лабораторному эксперименту, появился также благодаря интроспективным исследованиям. Гальтон использовал опросник как инструмент, предназначенный для изучения различий между людьми. Он применял его с целью выявления различий в субъективном опыте испытуемых, которые обнаруживались в записях их самонаблюдений, и разработал статистические методы обработки полученных данных11. С помощью опросников Гальтон изучал умственные образы и обнаружил значительные индивидуальные различия. С той поры стало традицией относить людей к образным типам: зрительному, слуховому и кинестетическому, соответственно преобладающей форме их умственных образов. Слово «тип» едва ли подходит к описанию того богатого многообразия различий, которое было выявлено в работах Гальтона и в последующих исследованиях. Люди могут различаться по количеству чувственных модальностей, в которых они описывают образ, по доминирующей модальности, по способам связи таких образов с процессами мышления, воображения и припоминания, по способности произвольного управления образами, по живости возникающих у них образов, а также по их локализации, устойчивости, полноте и т.д.

Гальтон обнаружил, что свыше 10% школьников говорят о способности к продуцированию живых и устойчивых зрительных образов, которые они могли проецировать вовне. Умственные образы этого типа с тех пор стали называть эйдетическими. По живости, устойчивости и другим свойствам они оказались сходными с образами восприятия. Первым на это явление обратил особое внимание В. Урбанчич в 1907 году, а позже в Марбурге в связи с его изучением образовалась еще одна важная школа интроспективных исследований12. Работа самого Гальтона заключалась в измерении разного рода индивидуальных различий. Хотя его интересовали различия в строении тел и другие доступные измерению внешне наблюдаемые особенности, основной вклад Гальтона состоял в том, что он привлек внимание к скрытым, субъективным различиям между людьми. Мы еще вернемся к воображению и другим явлениям такого рода в последующих разделах данной статьи.

Еще одна разновидность интроспективного подхода к психической жизни связана с З. Фрейдом и различными ответвлениями психоанализа. Бейкен высказал предположение, что вюрцбургская школа прекратила свое существование возможно потому, что входящие в ее состав психологи, практиковали интенсивную интроспекцию друг на друге и столкнулись с теми Galton F. Inquieries into Human Faculty. L.: Everyman, 1907/1919.

Jaensch E.R. Eidetic Imagery. L.: Kegan Paul, 1930.

эмоциональными проблемами, которые позже исследовал Фрейд13. Очевидно, что вид самонаблюдения, практикуемый Фрейдом на самом себе, как следует, например, из Толкования сновидений, предъявлял к нему жесткие эмоциональные требования. Автор настоящей работы в другом исследовании обсуждает вопрос:

«Кто же анализировал самого Фрейда?» и приходит к выводу: «Сам Фрейд» 14.

Протокол этого самоанализа находится в книге Толкование сновидений15. К этому можно добавить, что значительную эмоциональную поддержку он получал от Вильгельма Флисса, который помогал Фрейду анализировать самого себя. К счастью, письма Фрейда к Флиссу, написанные в этот период интроспективного самоисследования, сохранились16. Они имеют большую ценность потому, что в то время психоанализ только начинался.

Следует подчеркнуть, что Фрейд и его коллеги, хотя и ставили акцент на «бессознательной» жизни психики, во многом опирались на данные самонаблюдения. Психоанализ привлек внимание к бессознательным аспектам мотивации и пошли разговоры о том, что он служит каким-то особым обоснованием для отказа от использования метода самонаблюдения. Но как мудро заметил О`Нилл, даже если некоторые феномены психической жизни с помощью обычного самонаблюдения поддаются изучению с большим трудом, то это еще не является основанием для отказа от использования самонаблюдения в тех случаях, когда такое изучение возможно17. Для того, чтобы некоторые явления стали доступными исследованию путем самонаблюдения может понадобиться применение специальных приемов, типа гипноза и свободных ассоциаций, то есть именно тех методик, которые разрабатывал Фрейд. Как уже говорилось, в своей работе Фрейд опирался на обычное самонаблюдение гораздо в большей степени, чем это признано. Толкование сновидений Фрейда во многом представляет собой проведенное автором интроспективное исследование. Психоанализ включает в себя исследование того, как протекают ассоциативные процессы пациента, а также сообщение пациенту результатов этого исследования для того, чтобы он лучше понимал самого себя. В частности, пациенту объясняют способы, посредством которых сопротивления и стратегии самообмана управляют ассоциативным процессом и тормозят его.

Несмотря на очевидные различия, между методами Вундта и Фрейда существует определенное сходство. Вундт учил своих студентов проводить самонаблюдение согласно определенным правилам, а Фрейд тренировал своих пациентов и учеников в понимании собственных мыслей, эмоций и мотивации.

Цель такой тренировки состояла в «усилении Я», то есть в том, чтобы научиться дистанцироваться от плохо понятых переживаний и эмоциональных процессов и не позволять себе быть захваченными ими. Деятельность Фрейда была направлена на поиск новых сведений о психической жизни, а не на узко терапевтические цели. То же самое, хотя и не столь явно, характерно для работы, например, Адлера. Когда психоаналитики пытались расширить и приспособить методы самонаблюдения для изучения сложных проблем мотивации и эмоций, в исследование этой области привносился своеобразный акцент. Если курс A reconsideration of the problem of introspection // Psychological Bulletin. 1954. Vol. 51. P. 105–118.



McKellar P. Freud's self-analysis // Literary Guide. 1954. Vol. 69. P. 22–23.

Freud F. The Interpretation of Dreams. L.: Hogarth, 1900/1953. Русский перевод см. напр.: Фрейд З.

Толкование сновидений. Изд-во «Академический проект», 2007.

The Origins of Psycho-analysis: Letters to Wilhelm Fliess, Drafts and Notes 1887-1902 / M. Bonaparte, A. Freud, E. Kris (Eds.). N.Y.: Imago, 1954.

O'Neill W. An Introduction to Method in Psychology. N.Y.: Cambridge Univ. Press, 1957.

психоанализа проходит, как это нередко бывает, человек интеллигентный, утонченный и высокообразованный, то аналитик, как правило, должен уделять много времени тому, чтобы препятствовать его стремлению порассуждать. Здесь фрейдисты стараются поставить преграду интеллектуальной деятельности, которую Вундт и другие ранние интроспекционисты должны были, по-видимому, поощрять. Психоаналитики придерживались рабочего принципа, согласно которому преждевременные разглагольствования могут помешать субъекту понять свои мотивы и эмоциональную жизнь. Благодаря такому подходу и усилиям распространить осознание на некоторые, интроспективно наименее ясные аспекты мотивации психоаналитики существенным образом расширили современный взгляд на возможности человеческого самопознания. Как уже отмечалось, Боринг утверждает, что самонаблюдение остается методом современной психологии, хотя и скрывается под разными прозвищами, одной из которых является словесный отчет. Психоанализ — еще одно важное «прозвище».

В последние годы самонаблюдение и методы тесно с ним связанные приносят существенную пользу психологии личности. Как утверждает Маклелланд, психоанализ, с одной стороны, и проективные методики, с другой, внесли вклад в желанную переориентацию, выразившуюся в большей готовности исследователей собирать отчеты о фантазиях и субъективном опыте 18. Ранние интроспекционисты не располагали проективными методиками, типа тестов Роршаха и тематической апперцепции. Благодаря разработке этих методик, появились новые способы изучения «содержания» сознания человека, а не только процессов, как говорит Маклелланд, «стандартных мыслей», и открылся новый подход в изучении личности.

Психологии личности и социальной психологии могут принести большую пользу биографические сведения. Хорошим тому примером может служить исследование Оллпорта и его коллег, выполненное на материале биографических отчетов жертв нацизма, которые включали в себя сведения о мыслях и сновидениях19. Другие исследователи, пытаясь разобраться в приемах внушения идей и «промывания мозгов», использовали интроспективные данные отчетов бывших военнопленных20. При ознакомлении с материалом такого рода можно лишь с большой натяжкой провести границу между наблюдениями и интроспекциями. Когда людей просят дать такие отчеты, они могут рассказать не только то, что делали они или другие люди, но и о своих мыслях, сновидениях и фантазиях. Так, бывший узник концентрационных лагерей, психолог Беттельхайм, в течение всего периода заключения вел дневник21. Собранный им материал не ограничен наблюдениями за другими узниками; большое внимание он уделяет собственным интроспекциям и данным самонаблюдения, полученным им от других заключенных.

От интроспективных и других биографических данных, записанных или собранных психологами, следует отличать того же рода данные, полученные не McClelland D.C. The psychology of mental content reconsidered // Psychological Review. 1955. Vol. 62.

P. 297–302.

Allport G.W., Bruner J.S., Jandorf E.M. Personality under social catastrophe: ninety life-histories of the Nazi Revolution // Char. and Personal. 1941. Vol. 10. P. 1–22.

Schein E.H. The Chinese indoctrination programme for prisoners of war: a study of attempted «brainwashing» // Psychiatry. 1956. Vol. 19. P. 149–172.

Bettelheim B. Individual and mass behaviour in extreme situations // J. Abn. Soc. Psychol. 1943. Vol.

38. P. 417–452.

психологами. Мнения относительно ценности этих сведений не совпадают.

Показано, что психолог, как собеседник, берущий интервью, ничем не превосходит не психолога, а клинический психолог не имеет преимущества в этом отношении перед другими психологами22. Превосходство профессионального психолога в самонаблюдении по сравнению с писателем научно не доказано. При отсутствии таких доказательств кажется разумным собирать интроспективные сообщения и не психологов, если они содержат данные, получить которые иным образом невозможно. Самонаблюдение этого вида можно проиллюстрировать следующим примером.

Русский писатель Достоевский, которому, кстати сказать, Ницше отдавал должное как единственному психологу, у которого он чему-то научился, не был профессиональным психологом. Его описания жизни в сибирском каторжном остроге, основанные на биографических и интроспективных данных, представляют ценность для понимания процессов десоциализации и регрессии (Записки из Мертвого дома). В другом произведении он описывает субъективный опыт, переживаемый перед эпилептическим припадком (Идиот). Поскольку Достоевский был эпилептиком, можно утверждать, что здесь он описывает свои самонаблюдения. В Игроке Достоевский вводит читателя в субъективный мир переживаний человека, который борется со своим пороком и не может от него избавиться; биографические данные вновь указывают на соответствующий опыт автора. В другом месте писатель описывает мысли и чувства закоренелого преступника (Записки из подполья) и человека, переживающего опыт раздвоения личности (Братья Карамазовы).

Психологи могут оценивать данные такого рода по-разному. Но большинство, пожалуй, согласится с тем, что, по меньшей мере, в начале исследования, такие сведения заслуживают внимания, так как помогают сформулировать гипотезы, проверяемые другим способом.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |