WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 77 |

«Б И Б Л И О Т Е К А А Л Е К С А Н Д Р А П О Г О Р Е Л Ь С К О Г О С Е Р И Я С О Ц И О Л О Г И Я П О Л И Т О Л О Г И Я СОЦИОЛОГИЯ ВЕЩЕЙ СБО Р Н И К С ТАТЕ Й П ОД Р Е Д А ...»

-- [ Страница 8 ] --

Впрочем, вопрос о том, чего больше между «классическими» и «постклассическими» концептуализациями — сходств или различий, — мы оставляем открытым. Одно несомненно: «поворот к материальному»

оказывает заметное влияние на словарь и оптику дисциплины, открывая, по меткому выражению К. Кнорр-Цетины, новые горизонты социологического воображения. Его эвристическая ценность обусловлена способностью «схватить» в согласованных понятиях пока еще смутные дотеоретические интуиции повседневного опыта, сделав социальную науку более чувствительной к изменениям своего предмета.

Здесь можно провести аналогию с популяризацией теорий глобального мира. Как замечает А. Ф. Филиппов, «явления этого рода [всемирной взаимосвязи] фиксируются социальными учеными с давних пор. Однако в наши дни в этом понятии акцентируется также и момент небывалого прежде социального единства мира, а не просто мирового хозяйства. И в таком виде понятие глобализации стало популярным, в основном, благодаря усилиям сравнительно узкого круга влиятельных теоретиков, впечатленных, возможно, не только политическими или экономическими тенденциями современной жизни, но и новым пространственным видением мира в его слабо расчлененном единстве, которое стало формироваться к концу 60-х — началу 70-х гг., между прочим, благодаря все более частым и успешным космическим полетам (участники их, к которым было привлечено широкое внимание публики, часто говорили о том, что из космоса не видно никаких границ между странами и народами, Земля и человечество представляются едиными)». Новая возможность увидеть лишь воображаемое прежде социальное единство мира обеспечила социологическим теориям глобализации — существовавшим задолго до космических полетов — сильную интуитивную достоверность. Так же и новые концептуализации вещи, принесенные «поворотом к материальному», при всей их теоретической спорности, обладают несомненным преимуществом интуитивной достоверности. Материальные объекты, одновременно связывающие и разделяющие человека с другими людьми, вещи, которые выполняют функцию «медиаторов» и «стабилизаторов» социальной жизни, изменчивые и неизменные предметы повседневного обихода — все эти образы материального сегодня неотделимы от нашего интуитивного понимания социальности. Как бы банально не прозвучал такой вывод: «Мы живем в мире объектов…». И сама банальность этой фразы — свидетельство согласованности аксиом объект-центричной социологии с современным опытом мира.

63 Филиппов А. Ф. Теоретическая социология Теория общества. Сборник / Пер.

с нем., англ., вступ. статья, сост. и общая ред. А. Ф. Филиппова. М.: КанонПресс-Ц, 1999. С. 16–17.

ЧАСТЬ I

ВЕЩЬ В СОЦИОЛОГИИ

РУЧКА Современные теории искусства решительно подчеркивают, что подлинной задачей живописи и пластики является пространственное изображение вещей. В этой связи легко упустить из виду, что пространство внутри картины представляет собой совершенно иной образ, чем то, реальное, в котором мы живем. Ибо если к предмету внутри этого пространства можно прикоснуться, то на картине его можно только созерцать; если каждая действительная часть пространства ощущается нами как часть бесконечности, то пространство картины — это замкнутый в себе мир; если реальный предмет состоит во взаимодействии со всем, что движется или покоится рядом с ним, то содержание произведения искусства обрывает эти связи и объединяет в самодостаточное единство лишь собственные элементы — его бытие протекает по ту сторону реальности. Из опыта действительности, откуда произведение искусства, разумеется, берет свое содержание, оно создает свое суверенное царство. В то время как холст и краски на нем представляют собой части действительности, существование возникающего с их помощью художественного произведения протекает в идеальном пространстве, которое так же мало соприкасается с реальным, как могут соприкасаться друг с другом звуки и запахи.

С каждым предметом утвари, с каждой вазой, в той мере, в какой они рассматриваются как эстетическая ценность, дело обстоит точно так же. В качестве осязаемого, имеющего вес, включенного в действия и связи окружающего мира куска металла, ваза представляет собой часть действительности, тогда как ее художественная форма ведет совершенно отдельное, покоящееся в себе существование, для которого ее материальная действительность является всего лишь носителем. И только в силу того, что сосуд, в отличие от картины или статуи, задуман не как подобная острову неприкосновенность, а предназначен для исполнения определенной, пусть и символической цели, — его берут в руки, включают в практические жизненные движения, — он одновременно находится в двух мирах. Если в чистом произведении искусства момент действительности полностью нейтрализован, можно сказать, сведен на нет, то к вазе он предъявляет свои притязания, ибо с ней производятся определенные манипуляции: ее наполняют и опустошают, передают друг другу и переставляют с места на место.

Такое двойственное положение вазы нагляднее всего выражает ее ручка. Это та часть вазы, за которую ее берут, поднимают, наполняют;

она зримо вторгается в мир действительности, в мир отношений ко всему внешнему, который для произведения искусства как такового не существует. Однако не только корпус вазы должен подчиняться требованиям искусства, а ее ручки — не простые рукоятки, безразличные, подобно блокам картинной рамы, к своей эстетической форме. Ручки, которые связывают вазу с бытием по ту сторону искусства, одновременно включены в художественную форму, и, независимо от своего практического назначения, должны быть оправданы как чисто художественная конструкция, составляющая с вазой один эстетический образ. Это двойное значение и характерное явное выступание делают ручку одной из интереснейших эстетических проблем.



То, как облик ручки гармонизирует в себе два мира — внешний, предъявляющий через нее свои притязания к сосуду, и художественную форму, которая, игнорируя внешний мир, требует ее к себе, — похоже, и является неосознанным критерием ее эстетического воздействия. Причем ручка не просто должна быть пригодной для выполнения своих практических функций, она должна убеждать в этом своим внешним видом. Это отчетливо проявляется в тех случаях, когда ручка выглядит прикрепленной, в противоположность тем, когда она кажется слитой с корпусом вазы. Первая конструкция подчеркивает, что ручка привнесена внешними силами, из внешнего порядка вещей, акцентируя ее превосходящее чисто художественную форму значение. Такая дистанция между вазой и ручкой еще более заметна в часто встречающейся форме, когда ручка имеет вид змеи, ящерицы или дракона. В данном случае на особое значение ручки указывает то, что кажется, будто животное заползло на вазу извне, и, так сказать, лишь впоследствии было включено в общую форму.

Здесь на фоне наглядно-эстетического единства вазы и ручки на передний план выступает принадлежность ручки к совершенно иному порядку, из которого она возникла и который через нее претендует на вазу. И напротив, акцент переносится на включенность в эстетическое единство, если ручка кажется непосредственным продолжением корпуса вазы, подобно рукам человека, которые выросли в том же едином процессе организации, как и его тело, и так же являются посредниками в отношениях всего существа к внешнему миру.

Эта тенденция к единству находит свое крайнее выражение в некоторых вазах цилиндрической формы, от которых отсечено так много, что остались лишь горловина и ручка. Особенно ярко это выражено у некоторых китайских чаш, ручки которых вырезаны из холодного металла.

Однако впечатление сразу же оборачивается недовольством, как только одним из смысловых значений ручки полностью пренебрегается в пользу другого.

Например, когда ручки полностью прилегают к корпусу вазы, создавая лишь разновидность рельефного орнамента. Из-за того, что такая форма исключает назначение ручки — обеспечивать возможность держать вазу и манипулировать ею, — возникает неприятное чувство абсурдности и несвободы, как если бы человеку руки привязали к телу.

И никакая внешняя декоративная красота не может компенсировать того, что внутренняя тенденция вазы к единству поглотила ее отнесенность к внешнему миру. И наоборот, крайняя чуждость ручки сосуду как целому, крайнее выражение ее предназначенности практической цели налицо в том случае, когда ручка накладная и вообще не имеет жесткой связи с корпусом сосуда. На языке материала это часто подчеркивается тем, что ручка и сосуд сделаны из разного материала. В результате получаются многообразные комбинации внешнего вида. У некоторых греческих ваз и чаш жестко закрепленная на корпусе и сделанная из того же материала ручка имеет вид широкой ленты.

Если она при этом сохраняет полное единство формы с сосудом, то такая комбинация может быть весьма удачной. В данном случае символизируется материал ленты по тяжести, консистенции и гибкости совершенно несравнимый с материалом корпуса вазы, и посредством этих явных отличий ясно указывается на принадлежность ручки к совершенно иной области бытия, причем благодаря неоспоримому единству материала эстетическая связанность целого сохраняется. Однако хрупкое и неустойчивое равновесие обоих требований к ручке невыгодным образом нарушается, когда жестко закрепленная ручка, хотя и выполненная из того же материала, что и корпус вазы, натуральным образом копирует другой материал, чтобы посредством иного облика подчеркнуть свой особый смысл. Именно у японцев, которые являются большими мастерами по части ручек и которым в некоторых бронзовых вазах удается создать недостижимое в других случаях единство крайне целевого характера ручки и власти эстетической целостности формы, — именно у них обнаруживается такое уродство, как жестко закрепленные фарфоровые ручки, в точности имитирующие накладные, оплетенные соломой ручки чайников. То, в какой степени ручка навязывает вазе чуждый ее самостоятельному смыслу мир, проявляется в высшей степени наглядно, когда специальное назначение ручки вынуждает материал вазы обретать совершенно для него несвойственную и похожую на маску поверхность. Если слитая с корпусом вазы ручка односторонне преувеличивает свою принадлежность к ней в ущерб своему целевому назначению, то последний пример являет противоположную крайность:

ручка не может выразить дистанцированность всего прочего по отношению к вазе более решительно, чем копируя материал этого прочего и именно ему навязывая облик совершенно чужеродного, будто навешенного на вазу извне, обруча.

Возможно, специфическая проблема ручки и не стоила бы столь пространного толкования, если бы само толкование не оправдывало себя широтой символических отношений, которое именно оно придает этому незначительному феномену.

Так как внутри искусства нет более четкого обозначения для этого великого синтеза и противопоставления, когда некая сущность полностью принадлежит единству одной широкой области и одновременно на нее претендует совершенно иной порядок вещей, который требует от нее сообразности цели, определяющей ее форму, причем форма эта тем не менее остается включенной в первую связь, как если бы вторая и вовсе не существовала. Например, индивидуум, принадлежа закрытому кругу семьи, общины, одновременно является точкой проникновения в эти круги притязаний внешнего рода: требований государства, профессии. Государство окружает семью подобно тому как практическая среда окружает сосуд, и каждый из ее членов уподобляется ручке, при помощи которой государство манипулирует ею для своих целей.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 77 |
 



Похожие работы:

«Непосредственным стимулом к настоящему исследованию послужила гипотеза Дэвида Аттенборо, положенная в основу фильма The Lost Gods of Easter Island (BBC, 2000). Главная идея, впервые опубликованная еще в 1990 г., заключается в сопоставлении двух рапануйских фигурок из со брания Санкт Петербургской Кунсткамеры с рисунками, хранящимися в Библиотеке Митчелла, в Сиднее [Attenborough 1900: 42–34]. Рисунки вложены в альбом, первоначально принадлежавший самому капитану Куку, а затем перешедший к Исааку...»

«УТВЕРЖДАЮ Декан факультета психологии и социальной работы _ Т.А. Жалагина 2010 г. УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС по дисциплине ИСТОРИЯ ТВЕРСКОГО КРАЯ для студентов 2 курса очной формы обучения специальности 030301Психология Обсуждено на заседании Составитель: кафедры истории и краеведения к.и.н., доцент 10 сентября 2010 г. Иванова Н.И. Протокол № 1 Зав.кафедрой Т.И. Любина Тверь, 2010 ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА Предметом изучения курса является история Тверского края. Цель - изучение...»

«Введение в научную и общекультурную дискуссию о человеке как воспитателе и воспитуемом, о путях его самосовершенствования. ПРЕДИСЛОВИЕ I Кто бы ни был в конечном счете нашим главным воспитателем — Бог? Судьба? Космос? — непосредственно человека воспитывает человек. Воспитуемый и воспитывающий, он един в двух лицах. Задача в том, чтобы понять человека как того и другого, охватить возможности и границы воспитания, его потенциал, резервы, горизонт. Деятельность воспитания предполагает...»

«ГОСУДАРСТВЕННОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИНСПЕКЦИЯ ПО ИСПЫТАНИЮ И ОХРАНЕ СОРТОВ РАСТЕНИЙ ПАТЕНТОВАНИЕ СОРТОВ РАСТЕНИЙ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР Минск 2011 УДК 633/365:631.526.32:001.894(476) ББК 41/42 П 20 Авторы: В.А. Бейня, Т.В. Семашко, Т.В. Савченко, Е.А. Ошмяна, И.А. Русских Рецензенты: канд. биол. наук Карбанович Т.М. канд. с.-х. наук Шкуринов П.И. Перевод: М.Г. Солодухо, Е.В. Грибко Патентование сортов растений в Республике Беларусь: аналитический обзор / Т.В. Семашко...»

«Шлегель А.А., Рукин М.Д., Мазур И.И. Средневековые паломничества к Святой Земле в текстах пилигримов. Содержание ВВЕДЕНИЕ к запискам..5 Средневековые паломничества к Святой Земле в текстах пилигримов..19-308 Аннотация..19-23 ВВЕДЕНИЕ к паломникам..23. Часть первая. ПРЕДЕЛЬНЫЕ ФОРМЫ ЖАНРА.38-84 Глава 1. ПАЛОМНИЧЕСТВО и еще раз ПАЛОМНИЧЕСТВО.38-50 1.1. Что такое паломничество? 1.2. Обыденный взгляд..44. 1.3. Ненаписанная история..48 Глава 2. СРЕДНЕВЕКОВЫЕ ПАЛОМНИЧЕСТВА В СУЖДЕНИЯХ..50-65 2.1....»

«С.А. Сычева ЖЕНЩИНЫ–ПОЧВОВЕДЫ Биографический справочник о российских и советских исследовательницах почв Под редакцией: академика РАН Г.В. Добровольского и д.б.н. проф. Н.Г. Рыбальского Издательство: НИА–Природа Москва – 2003 Сычева С.А. Женщины-почвоведы. Биографический справочник о российских и советских исследовательницах почв / Под ред. Г.В. Добровольского и Н.Г. Рыбальского. – М.: НИА–Природа, 2003. – 440 с. В справочнике представлены основные биографические сведения о 347...»

«Иудин А.А. Рюмин А.М. Шпилёв Д.А. ИНФОРМАЦИОННАЯ ВОЙНА В ИНТЕРНЕТ: ЗАПАДНЫЕ ОБЫВАТЕЛИ О РОССИИ Нижний Новгород – 2011 УДК 316.658.2 ББК 60.524.224.1 Иудин А.А., Рюмин А.М., Шпилёв Д.А. Информационная война в Интернет: западные обыватели о России. – Нижний Новгород: НИСОЦ, 2011. – 156 с. Рецензенты: д.э.н., проф. Овсянников А.А. д.ф.н., проф. Туманов С.В. В монографии рассмотрены вопросы отношения активного западного обывателя, посещающего форумы Интернет, к России и русским. Социологический...»

«ИГОРЬ УШАКОВ ПРЕКРАСНЫЕ УЧЕНЫЕ ПРЕКРАСНОГО ПОЛА San Diego 2011 Дизайнер обложки: Кристина Ушакова Художник: Святослав Ушаков © Игорь Ушаков, 2011. 2 Серия книг Истории o научных озарениях 1. ПУТИ ПОЗНАНИЯ ВСЕЛЕННОЙ НАЧАЛО АСТРОНОМИИ. АНТИЧНЫЕ УЧЕНЫЕ ИЗМЕРЯЮТ РАЗМЕРЫ ЗЕМЛИ, ЛУНЫ И СОЛНЦА. НАЧАЛО ГЕОГРАФИИ. КАК ЛЮДИ УЧИЛИСЬ ИЗМЕРЯТЬ. 2. В НАЧАЛЕ БЫЛО ЧИСЛО. КАК ЛЮДИ НАЧАЛИ СЧИТАТЬ. ЦИФРЫ РАЗНЫХ НАРОДОВ. УДИВИТЕЛЬНЫЕ ЧИСЛА. ЦИФРЫ В ЧЕРНОЙ МАГИИ. АРИФМЕТИКА – НЕ СКУЧНАЯ НАУКА! 3. КОЛДОВСТВО...»

«Мухтар Ауэзов Путь Абая. В двух томах. Том 1 Главный герой романа - реальное историческое лицо, великий поэт, основоположник казахской письменной литературы, просветитель Абай Кунанбаев. В романе развернута панорама полной драматизма и противоречий народной жизни, быта и нравов кочевых и оседлых степняков конца XIX века, показана широта и красота вольнолюбивой души казахского народа, его мечты о лучшем. В первый том вошли части I и II. 1 Мухтар Ауэзов - Путь Абая. В двух томах. Том 1 ПЕВЕЦ...»

«Автор благодарит работников Государственного архива Ростовской области, Центра документации новейшей истории Ростовской области, отдела краеведения Донской государственной публичной библиотеки, заведующего кафедрой историографии, источниковедения и методологии истории Южного федерального университета профессора, доктора исторических наук Николая Александровича Мининкова, старшего научного сотрудника Археологического музея-заповедника Танаис Светлану Андреевну Науменко, писателя Геннадия...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.