WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 11 |

«критика и замечания оказали большую помощь при подготовке статьи. Д. А. Александрову автор признательна за проявленное внимание и ценные советы. Автор также благодарна уч ...»

-- [ Страница 1 ] --

О. Ю. Елина

Сельскохозяйственные опытные станции

в начале 1920-х гг. :

Советский вариант реформы *

Историки по-разному оценивают ситуацию в науке в первые

годы после революции, и, прежде всего, во время НЭПа. Одни говорят о "мягкой линии" государства, предполагавшей значительную автономию науки. Другие находят в событиях тех лет приметы перестройки культурной жизни, которая в некоторых областях

оказалась гораздо более жесткой, чем грядущая "культурная революция". Именно к этому периоду относят они начало структурных и институциональных изменений в науке, завершившихся ее тотальной "советизацией".

Для науки в сельском хозяйстве эти годы связывают с особым доверием и поддержкой со стороны властей, веривших в ее созидательные возможности. По мнению Д. Жоравского, "в ретроспективе легко заметить, как на протяжении короткого периода НЭПа появлялись ростки того, что взорвалось насильственной коллективизацией в конце 20-х. Но едва ли можно уловить признаки кризиса, который одновременно разразился над головами ученых-аграриев" (1, с. 27).

Вместе с тем, ранняя история советской сельскохозяйственной науки редко становится предметом самостоятельных исследований. Историки науки чаще обращают свой взгляд на более яркую * Автор выражает искреннюю благодарность М. Адамсу, Н. Л. Кременцову, Н. Ролл-Хансену за нелегкий труд по прочтению первоначальных вариантов рукописи. Их доброжелательная критика и замечания оказали большую помощь при подготовке статьи. Д. А. Александрову автор признательна за проявленное внимание и ценные советы. Автор также благодарна участникам семинара по социальной истории науки (ИИЕиТ, Москва) В. Д. Есакову, А. Б. Кожевникову, Н. И. Кузнецовой и К. О. Россиянову за заинтересованное обсуждение доклада по данной теме. Часть архивного материала для статьи была собрана автором при содействии Комиссии по истории генетики в СССР.

и драматичную эпоху лысенковщины и массовых репрессий ученых-опытников.

В настоящей работе мы сосредоточили внимание на истории сельскохозяйственных опытных учреждений в первые послереволюционные годы. На наш взгляд, уже в начале 20-х гг. здесь произошли события, крайне важные для всей последующей судьбы опытного дела. В разгар НЭПа была подготовлена и проведена первая реформа опытных учреждений. Реформа была призвана решить первоочередную задачу новой власти — восстановить сельское хозяйство, рационализировать труд нового хозяина земли — крестьянина. Важной особенностью реформы оказалось то, что во многих своих направлениях она была подготовлена дореволюционными идеями ученых-опытников. Вместе с тем, реформа показала, что новая власть, призывая ученых к сотрудничеству, начинает жестко контролировать их деятельность.

Главная задача реформы — усиление практической отдачи опытных станций. О повышении роли практики в опытной работе говорили еще в начале века. Однако эти идеи разделяли далеко не все представители опытной науки. Только в условиях советского строя, когда возникла необходимость в скорейшем восстановлении и росте аграрного производства при минимальных денежных затратах, идея главенства практики оказалась созвучной официальному курсу.

Реформа предполагала вытеснение оригинальных научных исследований из программ опытных станций, переориентацию работы станций на внедрение результатов научного труда в крестьянскую практику. Опытные станции из научно-практических учреждений, какими они были до революции, должны были превратиться фактически в агрономические образования. Параллельно начиналось создание привилегированных институтов с высоким уровнем финансирования: там предстояло сосредоточить научные исследоЗначение реформы не исчерпывается, однако, перенесением центра тяжести с обслуживания "дворянских гнезд" на мелкого товаропроизводителя, как считают некоторые авторы. В частности, такая трактовка реформы дана в статье Т. Н. Осташко о сибирских опытных станциях (2), практически единственной работе, где упомянуты организационные преобразования начала 20-х.

вания по всем отраслям аграрной науки. Мы полагаем, что именно в этих событиях следует искать истоки советской организации опытного дела с ее главными символами — институтами ВАСХНИЛ и повсеместно "внедренными" агротехническими методами Лысенко.

Предыстории, мотивациям и анализу реформы 1923 г. посвящена настоящая статья.

Наследство империи "Опытное дело переживает в России в настоящее время момент серьезного исторического значения, характеризующийся резким подъемом интереса к нему с разных сторон и не менее ярко выраженной верой в будущее агрономического прогресса... Сделана колоссальная работа при участии правительства, общественных организаций и специалистов, но предстоит еще большая работа внутренней организации всех возникающих и преобразуемых станций... " А. Г. Дояренко, 1913.

Революционная Россия унаследовала от империи разветвленную сеть сельскохозяйственных опытных учреждений, которая насчитывала около 400 станций, полей, ферм, питомников и пр. (3).

Лишь треть из них имела статус государственных: опытное дело при царском режиме развивалось главным образом благодаря широкой общественной поддержке. Частные патроны (от августейших особ до университетских профессоров), научные общества, уездные и губернские земства взялись за организацию опытных учреждений значительно раньше, чем в Министерстве земледелия признали необходимость государственного патронажа опытного дела. На рубеже веков явными лидерами вспомоществования опытным учреждениям оказались земства.



Разрыв между общественным и государственным патронажем опытных учреждений должна была преодолеть программа организации опытного дела, родившаяся в земской среде и одобренная Министерством. Впервые в законченном виде программу обнародовали в 1908 г. на Всероссийском совещании по организации опытного дела. 2 Основная идея программы заключалась в централизованном сельскохозяйственном районировании территории Российской империи, порайонном устройстве опытных учреждений и объединении их в единую государственную сеть. Однако, отказавшись от дорогостоящих проектов финансирования опытной сети "из казны", создатели программы предусмотрели практику совместных ассигнований с привлечением общественных, прежде всего, земских капиталов. Таким образом, предстояло перестроить стихийно сложившуюся к тому времени систему опытных учреждений. Отношения патронажа при этом утрачивали прежнее значение; на первый план выдвигался "принцип областничества". Непременной основой опытной организации становилась крупная областная станция. Под ее контролем работали районные станции и поля, составлявшие областную сеть.3 Программа не проводила разграничения между научной и практической деятельностью опытных учреждений. Опытные станции призваны были проводить научные исследования с учетом "использования результатов для областных потребностей"; опытные поля — разрешать преимущественно практические вопросы местного хозяйства; кроме того, предполагалось "постепенно учреждать институты опытной агрономии" для разработки "проблем общенаучного и методологического характера" (5, с. 327-328). В специальном разделе программы шла речь о необходимости развития селекции и ее государственной поддержки; при всех областных станциях предлагалось устроить селекционные отделы (5, с. 315). Оставив в стороне подробности обсуждения программы, отметим стремление участников совещания сделать ее приоритетной частью государственной аграрной политики.

На основе итоговых документов совещания был разработан и внесен в Думу законопроект "О насаждении сельскохозяйственных В разное время в разработке программы участвовали лучшие российские ученые — от академиков до земских агрономов: А. С. Ермолов, П. А. Костычев, В. В. Докучаев, И. С. Стебут, В. И. Ковалевский, A. С. Фаминцын, Д. Н. Прянишников, А. Г. Дояренко, В. В. Винер, B. В. Таланов.

Впервые областная модель была предложена на земском совещании по опытному делу в Харькове летом 1908 г. для организации земской опытной сети (4, с. 436).

опытных учреждений", который с уточнениями и доработками был утвержден и высочайше подписан в 1912 г. (6). Как писал профессор Московского сельскохозяйственного института Дояренко, "постепенно, органически на местах выковывалась идея районного построения опытного дела; в ряде областных совещаний выкристаллизовывалась мысль о создании крупных областных центров, и, наконец, на историческом совещании 1908 г. получила совершенно законченный характер в форме областных опытных учреждений, установленных после совещания законодательным путем... " (7, с. 4).

В рамках программы были предложены общие рекомендации по районированию. Они опирались на известные в то время идеи территориального деления по совокупности естественно-исторических характеристик. Основой сельскохозяйственного районирования России признали растительно-климатические зоны, установленные исследованиями русских геоботаников, почвоведов и метеорологов. Областное районирование предполагало долгую и кропотливую работу по сведению воедино статистических данных, характеризующих распределение угодий, скота, полевых культур, экономических факторов и т. п. Такой подход выявил 11 главных сельскохозяйственных зон. Ориентировочно их разделили более чем на 30 областей, границы которых в дальнейшем подлежали уточнению.

Предстояло также и более тонкое внутриобластное районирование.

Каждую область должно было обслуживать звено из районных опытных станций, полей, питомников с областной станцией во главе (8).

Немногие даже самые крупные опытные станции можно было сразу преобразовать в областные: программа областной опытной станции предполагала проведение работ по многим направлениям одновременно. Для исследований по такой программе требовалось пополнение оборудования, набор квалифицированного персонала, изменение структуры отделов. Большую часть таких станций предстояло создать заново. Особые надежды возлагались на инициативу земств. Действительно, некоторые южнорусские земства пристуСреди обязательных направлений были: агротехника (или зоотехния);

селекция сельскохозяйственных растений (животных); энтомология;

фитопатология и бактериология; химический анализ; метеорология (9).

пили к организации станций сразу после совещания 1908 г., не дожидаясь принятия закона. До первой мировой войны было открыто 5 новых областных станций (10); началось объединение вокруг них распыленных мелких опытных учреждений. Война затормозила устройство областных станций. Однако и в военные годы сохранилась положительная динамика расширения опытной сети: с 1913 по 1916 гг. было организовано более 90 учреждений (3, с. 59-60).

Этот момент для нас особенно важен, поскольку он позволяет утверждать: программа областной организации опытного дела была определена и начала выполняться задолго до революции. Эта программа стала отправными пунктами советских преобразований.

"Всеобщий передел": что делать с опытным делом?

"Четыре года войны, в том числе и текущий год республиканского строя... привели в значительное расстройство существовавшие ранее опытные учреждения... Мероприятия по охране опытных учреждений должны коснуться персонала, земли, имущества и автономии их научной деятельности."



Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 11 |