WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

«науке детальные сведения об эпохе, что было замечено уже в конце XIX в. в Отчете Императорской Публичной библиотеки за 1896 г. Но ценность книги этим далеко не ограничива ...»

-- [ Страница 4 ] --

Причина этой практики проста — просвещенная монархиня не желала оставлять документальных следов своей откровенно удушающей культурной политики, весьма странной по ев ропейским меркам. Именно так матушка царица и могла по ступить с книгой Ф. И. Соймонова. Иные, неофициальные (дневниковые, мемуарные) свидетельства о таких запретах сохранились, но их крайне мало, — отказ в публикации был событием проходным, обыденным, никого не поражавшим и даже не удивлявшим. Монаршая цензура и позже встречала в России понимание публики, когда дело касалось слишком не зависимых и объективных авторов. Как бы то ни было, книга не могла появиться в печатном виде, она и не появилась… В заключение я хотел бы отметить, что все вышесказанное вовсе не означает попытки идеализировать Ф. И. Соймонова как историка, фанатично стремившегося выявить всю правду о Северной войне и высказать ее, рискуя собственным положе нием, а то и свободой. Что касается личности автора «Исто рии Петра», то он на протяжении всей своей жизни оставался вполне земным, практичным человеком, отнюдь не принадле жа к числу героев страстотерпцев. Конечно, он был первым, кто создал историю России Новейшего времени, и это деяние стало подвигом научным и гражданским. Но предаться столь опасному занятию, как изложение истории Петра, его побуди ло отнюдь не стремление свершить подвиг, не жажда славы.

Это было целенаправленное и прагматичное намерение старо го служаки дать в руки молодежи столь необходимое для ее воспитания пособие, а также ознакомить с реальной историей эпохи и читающую публику в целом (это известно из перепис ки автора с проф. Г. Миллером). Наконец, некоторые фраг менты рукописи наводят на мысль о стремлении Ф. И. Соймо нова свершить публичное покаяние, сняв, таким образом, со старческих плеч нелегкий нравственный груз активного учас тника той страшной войны. Желание сколь понятное, столь же редкое в России XVIII в., да и XХI тоже… В этой связи затрону проблему «ангажированности» ав тора рукописи. Если он и был пристрастен, то не к Петру Ве ликому, а ко всей Петровской эпохе. После ее блистательного завершения протекло почти полвека, пришло уже третье из новых поколений. Старый моряк пристально вглядывался в свою юность, в лица и деяния своих современников, из кото рых именно ему было суждено умирать последним. Наш вели кий поэт с пронзительным сочувствием отразил трагический образ такого безымянного ветерана, намного пережившего свое время: