WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 33 |

«АЛЕКСАНДР РУБЦОВ РОССИЙСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ И ВЫЗОВ МОДЕРНИЗАЦИИ Москва Экон-Информ 2009 УДК 323.2 ББК 66.3(2Рос)0 Р82 Р82 Рубцов А.В. Российская идентичность и вызов ...»

-- [ Страница 16 ] --

присвоила себе миссию в режиме ручного управления руководить позитивной наукой на основе умозрительных, политически заряженных постулатов. При этом как раз «научность» (то есть претензия на все ту же неопровергаемую истинность) послужила обоснованием самых ненаучных теорий, экспериментов и практик.

Более того, именно в марксоидных обществах идеология господствовала не только как система идей, но и как система институтов. Критерии идеологии были высшими в принятии государственных, политических, социальных и, казалось бы, сугубо экономических, производственных, даже инженерно-технических и технологических решений.

Идеология была институционализирована в сложной иерархии, в том числе в форме идеологических отделов ЦК, что по типу управленческой иерархии превращало подчеркнуто светские, секулярные государства в очень близкое подобие государств религиозных (партия как церковь и как правящий орден). Генсек неизменно преподносился и как идеолог22; секретарь по идеологии был вторым человеком в государстве. Общеизвестно, что задачам идеологической обработки сознания были подчинены все соответствующие институты: системы образования, политпросвещения и пропаганды, СМИ, искусства и архитектуры, организованной социальной жизни, а по сути – и всех других практик, ориентированных на работу с сознанием. Но при этом идеологической обработкой сознания (то есть формированием идейной составляющей общества) в полном объеме занимались также и вовсе не идеологические институты и практики – армия, больница, социальное регулирование и вспомоществование, системы безопасности, правозащиты и наказания, институты науки и технической деятельности и т.д. и т.п., включая хозяйственную деятельность и собственно материальное производство. В определенном смысле результатами активности этих институтов были даже не столько безопасность, здоровье, законопослушание и закоВ период расцвета застоя готовилось решение о том, чтобы в официальной и «научной» литературе впредь называть Маркса, Энгельса и Ленина не классиками, а основоположниками. Статус классика освобождался для Генсека (генсеков).

нопорядок, знание, техника, товары народного потребления или какие-либо еще продукты интеллектуального либо физического труда, сколько советский человек – правильно политически ориентированный, надежно идеологически подкованный и воспитанный в духе нужных социальных инстинктов и реакций (М. Рыклин). За исключением отдельных ситуаций идейно-воспитательный процесс был здесь сплошь и рядом много важнее практического результата той или иной деятельности. Ровно по классику нашей литературной советологии: «Причем тут борщ, когда такие дела на кухне!?».

На излете советского периода идеология пережила глубокий кризис, который, в свою очередь, был частью системного кризиса общества. На месте идейных высот образовались провалы. Этот типовой эффект перехода из крайности в крайность можно назвать самоубийством через гипертрофию. То же, что и с идеологией, произошло с советской государственностью и имперской конструкцией, с традиционным для России отношением к власти, а также с социальными, коммунально-общинными традициями.

(Ниже этим метаморфозам нашей идентичности будет посвящен отдельный параграф).

Идеология одновременно и стоит в ряду этих исторических перевертышей, и занимает в нем особое место. Если этатизм, имперскость и коллективизм имели как противников, так и сторонников, то энтузиастов восстановления государственной идеологии как таковой почти не оказалось.

Либеральная власть старалась строго следовать ею же введенному конституционному запрету на огосударствление идеологии. Те же, кто в случае прихода к власти несомненно попытались бы в полном объеме восстановить традиции и структуры государственной идеологии, саму эту идею в общем виде не пропагандировали, поскольку подходили к вопросу строго избирательно: государственная идеология возможна, но только если это будет наша идеология. В результате деидеологизация в сложившейся политической конъюнктуре выглядела практически безальтернативной.

Здесь проявилась своего рода ирония истории: обрушение идеологии марксизма на какое-то время обернулось торжеством его же антиидеологизма, направленного против политического носителя самой марксистской идеологии.

Идеократия выродилась в идиосинкразию.

Поэтому не случайно судьба всего идеологического комплекса с самого начала нынешних преобразований оказалась в крайне сложном положении.

Однако эта картина вовсе не однозначна как в свете реалий массового сознания, так и с точки зрения общей теории идеологии и конкретного анализа идеологических процессов. Прежде всего, здесь имеет смысл освободиться от ряда распространенных иллюзий.

Иллюзия первая: «Мы отменили старую идеологию».

На самом деле, на этапе массовой деидеологизации были отменены: государственная монополия на производство, интерпретацию и распространение идеологии, основные практики контроля и идеологических репрессий, официальная идеологическая символика. Кроме того, идеология была демонтирована все же более как официальная риторика, как совокупность специализированных политических институтов и символов, чем как глубоко укорененная система идей и представлений. В сознании общества и в коллективном бессознательном, в толщах социальной жизни, в стереотипах индивидуального и массового поведения – везде остались глубокие метастазы. Дело в том, что многие марксоидно-лениноидальные, типично советские «очевидности» люди не связывают с этой конкретной идеологией, считая их нормальными, естественными и извечными представлениями и нормами. Во многих штампах, кажущихся общечеловеческими, многие из нас на самом деле до сих пор благоверные марксисты-ленинцы.



Далее, идейная демобилизация – не издание декрета о роспуске идеократии, а долгая, тяжелая работа – интеллектуальная, нравственная, организационная, политическая.

У нас же сделали, как всегда: с людей сняли униформу, но не отучили ходить строем, а идеологическое оружие роздали желающим, в том числе разного рода теоретизирующим бандформированиям. В результате на идеологическом фронте появились позиции, не укладывающиеся в рамки не только нормальной идеологической работы, но и хоть сколько-нибудь цивилизованной идеологической войны.

В нашем идейном зоопарке постепенно оказались собраны все виды, включая самые отвратительные. Здесь до сих пор о своих же доморощенных идеологических противниках часто изъясняются в лексике, достойной самого изуверского внешнего врага.

Иллюзия вторая: «Идеология это ложное сознание, которое отменить можно».

Как уже отмечалось, подобное в проектах деидеологизации навеяно той самой идеологией, которая без лишних затей противопоставляла «ложному сознанию» знание «истинное», якобы свободное от искажающей идеологичности.

Но уже в интеллектуальной ситуации второй половины ХХ века эта жесткая альтернатива выглядела безнадежно устаревшей – даже в отношении философий, критерием истинности которых признавалось не безупречное построение теории, а историческая практика. Оказалось, что такая практика сталкивается с обычными «убивающими» контрфактами, со столь же историческими пересмотрами и переоценками, как и в позитивной науке. Особенно ярко это проявилось в России, в которой, как нигде, начудило именно «научное» мировоззрение, в итоге оказавшееся одним из самых предвзятых и утопичных.

Идеология – это Вера в упаковке Знания. С акцентом на Знании, но в реалиях Веры. Как только какое-либо знание становится убеждением, системой взглядов, стимулом к объединению и действию, всякая «истина» начинает жить по совершенно особым законам и критериям – по законам и критериям идеологии. В этом смысле идеология неустранима. Непрерывно поддерживать себя в состоянии снимающей идеологию жесточайшей, бескомпромиссной рефлексии невозможно даже просто физически (чем-то это напоминает неизбежное снижение концентрации в спорте, например, в теннисе или бильярде). И как только человек, общность или общество сподабливаются, ослабив критику, во что-либо уверовать, автоматически возникает идеологическая ситуация и само идеологическое 23.

При этом, как уже отмечалось, если идеологии нет там, где мы привыкли ее видеть, это не значит, что ее более нет вовсе. В том числе необходимо также иметь в виду не только рационально оформленные, вербальные, дискурсивные формы идеологии, но и ее скрытые, вытесняемые, латентные формы, включая своего рода идеологическое бессознательное. Идеология сплошь и рядом более эффективно транслируется именно через образы, через средства управления настроениями, через эмоциональные каналы, подсказки действий и т.п. Причем это не обычная «социальная психология» и не простое вытесненное рацио, а именно идеологическое бессознательное, заставляющее человека вести себя так, как если бы он исповедовал определенные взгляды, имел определенные идейные понятия и представления, был носителем определенных идеологизированных убеждений. В отличие от обычных социальнопсихологических эффектов, такие понятия и представления могут быть рационально реконструированы внешним наблюдателем-аналитиком и описаны в виде идеологии, «стоящей за кадром». Иными словами, человек может быть Строго говоря, это имеет место и в науке, аксиоматика которой и составляет ее идеологию (не говоря уже о мировоззренческих предпосылках, которые увязаны с позитивным познанием, хотя при этом часто не отслеживаются). История попыток выйти на свободное от идеологии (в этом смысле слова) познание закончилась в XX веке, с крушением третьего позитивизма. Правда, в самой метанауке, как правило, обходятся без описания этой проблемы в терминах идеологии. Нам же здесь важно именно такая терминология, поскольку она позволяет увидеть тренды, объединяющие, например, позитивное познание и социальную практику.

убежденным носителем идеологии, которую он вербально просто не выговаривает24.

Кроме того, в ХХ веке ряд фундаментальных методологических проектов показал, что эффект «теоретической веры» до конца не устраним даже из точной, позитивной науки, не говоря уже о знании гуманитарном и социальном.

После афронта, случившегося со светлой идеей «наука – сама себе философия», постпозитивистская методология относится к «идеологии внутри науки» не просто терпимо, но как к важной составляющей выработки, оформления и передачи знания. Неопределяемые понятия и базовые эмпирически не верифицируемые постулаты не могут быть элиминированы из теории в принципе, каким бы логическим и «логичным»

позитивизмом такие проекты ни обосновывались.

Что же касается постнеклассической науки, то ее вынужденный диалог с обществом оказывается и вовсе идеологичным в самом банальном смысле этого слова. То же относится и ко всем вновь обнаруженным и постоянно пополняющимся гуманитарным, социальным, правовым, этическим и т.п. аспектам производства и утилизации знания.

При этом с точки зрения поведенческих эффектов на определенном этапе не так важно, совершают ли массы какие-либо социальные движения и действия под воздействием вербализированной идеологии или же идеологического бессознательного. Но при этом нельзя также не учитывать, что, втягиваясь в ту или иную социально-политическую бихевиористику, субъекты вырабатывают и предрасположенность к принятию соответствующих идеологических конструкций и в рациональной форме.

Иными словами, если идеи могут рождать сильные эмоции и действия, то и наоборот, сильные эмоции и действия формируют определенную идеологическую предрасположенность, готовят обустроенное «место»

под соответствующие идеологемы.

На этом фоне идея изъять идеологию из общественной жизни и естественного, повседневного оборота сознания выглядит и вовсе утопичной.



Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 33 |
 



Похожие работы:

«ГОЛ ш L. Borodin THE YEAR OF MIRACLE A N D SORROW © Possev - Verlag, V. Gorachek, K. G., 1981 Frankfurt / Main Printed in Australia Baron Printing Co., Melbourne Л.Бородин ГОД ЧУДА И ПЕЧАЛИ ПОСЕВ Обложка и рисунки художника CA. Зезина Н Е С К О Л Ь К О СЛОВ О ПИСАТЕЛЕ Леонид Иванович Бородин родился 14 апреля 1938 года в Иркутстке в семье учителей. После окончания средней школы поступил в Иркутский университет, из которого был исключен за участие в студенческом кружке Свободное слово. Был...»

«Suomen venjnkielinen kuukausijulkaisu Suomen venjnkielinen kuukausijulkaisu № 1, 2008 № 1, 2008 № 1 (100) ОТ РЕДАКЦИИ Стольник издается с 1998 года О семинаре по русофобии мне тоже хотелось бы ска Страницы первых номеров Спектра в нашем архиве зать несколько слов. Считается, что предубеждения харак уже пожелтели. Шутка ли — в апреле мы будем отмечать терны для людей с невысоким уровнем образования и 10 летний юбилей газеты. Как стремительно летит время малым жизненным опытом. Скорее всего, это...»

«Левин, И. Последняя надежда. Шпионская сага. Книга первая: АСТ, Астрель; Москва; ISBN 978-5-17-058413-0, 978-5-271-23348-7 Аннотация Действие остросюжетного романа разворачивается в наши дни. Леонид Гардин, бывший сотрудник КГБ, прошедший двойную вербовку, живет в Израиле. Официально он числится умершим и живет в стране под чужой фамилией, пройдя пластическую операцию. Принимая участие в секретном расследовании, он выходит на тайный Орден Хранителей, ведущий свою историю со времен...»

«ЗВЕЗДНОЕ НЕБО НАД НАМИ.Вид звездного неба в ясную ночь доставляет такое удовольствие, какое испытывает только благородная душа. При всеобщем безмолвии природы и спокойных чувствах заговорит тогда скрытая познавательная способность бессмертного духа на неизъяснимом языке и внушит неясные понятия, которые можно, правда, почувствовать, но нельзя описать. И. Кант. Всеобщая естественная история и теория неба, 1755 Мало кто из образованных жителей нашей страны не читал, или хотя бы не слышал этих...»

«А.Р. Корсунский История Испании IX-XIII веков А.Р. Корсунский (Социально-экономические отношения и политический строй Астуро-Леонского и Леоно-Кастильского королевства) (Социально-экономические отношения и политический строй Астуро-Леонского и ЛеоноКастильского королевства) Рецензенты: Кафедра всеобщей истории Горьковского государственного университета; профессор Курбатов Г. Л. Рекомендовано Министерством высшего›и среднего специального образования СССР для.использования в учебном процессе...»

«2010 Старец Паисий Святогорец Старец Косма Этолийский Наставления Письма Пророчества Вёрстка 090613.indd 1 14.06.2009 18:00:52 УДК – заказать в РГБ ББК – заказать в РГБ 2010 Афонский календарь для чтения Старец Паисий Святогорец и старец Косма Этолийский: Наставления, письма, пророчества. Библиографическое описание - Заказать в РГБ. Календарь основан на поучениях современного нам подвижника старца Паисия (Эзнепидиса) и великого православного святого равноапостольного Космы Этолийского. Их...»

«Биоразнообразие усадеб, старинных сел и других мемориальных объектов нуждается в специальном анализе. Лишайники как компоненты биомониторинга вызывают особый интерес. Лихенологические исследования старинных усадеб, исторических садов и парков, крепостных сооружений, проведенные в разных регионах России, подтвердили достаточно высокий уровень видового богатства и своеобразия лихенофлоры [1; 8; 9; 16-22; 33]. Удобным модельным регионом для изучения лишайников усадеб и других мемориальных объектов...»

«Т.З. Позняк Формирование застройки и благоустройство городов юга Дальнего Востока России во второй половине XIX – начале XX в. The formation of the building and accomplishment of the Russian Far East cities in second half XIX – the beginning XX centuries) Статья посвящена историческим процессам развития городских поселений на территории юга Дальнего Востока во второй половине XIX – начале XX в. В статье рассматриваются характер застройки, преобладающий тип зданий, планировка и устройство улиц и...»

«УЧЕБНИК НОВОГО ВЕКА Л. Ф. БУРЛАЧУК ПСИХОДИАГНОСТИКА Учебник для вузов Допущено Советом по психологии УМО по классическому университетскому образованию в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению и специальностям психологии 300.piter.com Издательская программа 300 лучших учебников для высшей школы в честь 300-летия Санкт-Петербурга осуществляется при поддержке Министерства образования РФ an® Москва • Санкт-Петербург • Нижний Новгород • Воронеж...»

«Люди, нравы и обычаи Древней Греции и Рима Лидия Винничук Книга состоит из серии очерков, посвященных описанию быта, нравов и материальной культуры Древней Греции и Рима. Автор прослеживает все этапы развития Греции и Рима, их особенности, проводит сравнительный анализ. В результате возникает реальная и живая историческая картина. Книга снабжена иллюстрациями и списком источников. Оглавление ОТ ПЕРЕВОДЧИКА Открывая эту книгу, мы как бы входим в пестрый мир повседневности, быта, простых...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.