WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 16 |

«С.И.Розанов Возвращение нежелательно Москва 2004 год 4 Автор приносит глубокую признательность за безвозмездное издание настоящей книги. Розанов С.И. Возвращение ...»

-- [ Страница 4 ] --

Я прицепился к кузову автомашины, чтобы проскочить зону обстрела. Совершенно черная ночь окутала землю. Послышалась команда:

- Не курить!

- Не демаскировать свое местонахождение!

На обочине дороги послышался грохот гусениц наших средних танков корпуса имени А.С.Пушкина. Танки ночью продвигались вслепую, на ощупь. Вдруг один танк врезался в автомашину, на которой я висел. Я оказался между танком и машиной. Теряя сознание от удара, я услышал крик-команду:

- Санитары, сюда!

Очнулся я в полевом госпитале, куда меня принесли санитары в одеяле.

Полевой госпиталь - это огромный брезентовый шатер с красным крестом у входа.

Располагался он в кустарнике на холме. Внутри находилось несколько десятков раненых, контуженных, искалеченных войной. Уснуть я не мог: тупая боль сковывала ноги и все тело. Я просил у медсестры пить. Вместо воды она дала глотнуть мне из фляги водки и протерла ноги и грудь спиртом. Мне стало легче, я задремал. Утром проснулся я от тревожного крика:

Открыв глаза, я увидел перед собой рыжего немца с автоматом в руках.

Нервное лицо его было мертвенно бледно. Пальцы сжимали рукоять автомата. От испуга я вскочил на ноги и удивился, что могу передвигать ноги.

Немец показал мне на толпу стоящих раненых. Тяжелые, набухшие от боли ноги сделали несколько шагов. «Значит, ноги мои целы», - подумал я.

После некоторого ожидания раненых построили в колонну, окружили конвоем, и все медленно двинулись по дороге к станции. Сзади патрулировал танк с открытым люком. Пулемет танка был направлен на колонну военнопленных. На станции всю колонну погрузили в товарные вагоны, зарешеченные колючей проволокой. Посадка в товарняк была быстрой: ее ускорили крики немецких конвоиров и удары прикладов. Двери вагонов плотно закрылись. Заскрипели колеса.

Поезд двинулся на Запад, как мы потом узнали, в направлении ВладимироВолынска.

Вагон товарняка тяжело громыхал, качаясь из стороны в сторону, он был перегружен военнопленными. Вчера еще они были воинами, вольными людьми. А сегодня, 27 мая года, у села Крутояровки, в полевом госпитале они стали военнопленными, их захватили немецкие солдаты прямо на земле, с перебинтованными руками, ногами, шеями.

Вагон был переполнен, было тесно и душно. Ослабевших тяжелораненых общими усилиями подтаскивали ближе к двери, где еще как-то проникал свежий воздух. Мокрые тела прилипали друг к другу. Ночью в темноте слышался стон и бред раненых. Они метались во сне, прося о помощи и сострадании. В первую ночь умерло трое. Их оттащили в дальний угол вагона и прикрыли соломой. Стук колес заглушал возгласы остальных несчастных и сверлил мозг и душу каждого.

- Плен, постыдный плен!

- Нужно бежать, и немедленно! Увезут в Германию – будет трудно вырваться!

-Плен, постыдный плен, - отстукивали колеса вагона.

В середине вагона вдруг организовалась группа единомышленников, дружных людей. Они жестикулировали руками, тихо шептались, как заговорщики, и, поняв друг друга, начали тихо, но упорно трудиться ножами, всю ночь вытаскивая гвозди из досок пола. Следующей ночью с молчаливого согласия тяжелораненых, они подняли три ряда досок пола и поочередно исчезли в дыре вагона, когда поезд немного замедлил ход, поднимаясь на крутой холм. Оставшиеся были совсем слабые, они с завистью смотрели на смельчаков:

- Счастья вам, ребята, удачи в побеге! – мысленно шептали они.

Дыру пола вагона вновь заложили досками и забросали соломой, чтобы немцы сразу не подняли тревогу и не расстреляли на месте оставшихся в вагоне молчаливых свидетелей.

Третья ночь была тревожной. Вдруг раздались выстрелы охраны - поезд заскрежетал и остановился. Раздался грохот открывающихся и закрывающихся дверей вагонов, ругань и крики охраны, лай собак. В соседнем вагоне обнаружили побег.

Оказалось, кто-то из бежавших неудачно упал на шпалы, крик услышал часовой последнего вагона. Часовой выстрелил : дал сигнал тревоги. И началось… В вагоне беглецов раздалась автоматная очередь: в назидание были расстреляны оставшиеся. Мы ждали той же участи, но охранники, учинив расправу, задвинули двери соседнего вагона и разошлись по местам. Дали сигнал, поезд тронулся.

Прошло трое суток в пути. Поезд остановился: двери вагонов с грохотом отворились, все оставшиеся вздохнули полной грудью и охмелели от свежего воздуха.

Громким немецким ругательством, ударами палок по головам и спинам охрана выгнала всех из вагонов и выкинула трупы умерших. Всех согнали в одну общую колонну. Это, оказалось, и было нашим спасением! Мы смешались с общей массой пленных. Немцы только позже обнаружили побег из нашего вагона, но было уже поздно. После общего подсчета живых и мертвых, озверев от свершившегося факта побега русских, охрана пинками и ударами прикладов винтовок погнала колонну в старые довоенные казарменные конюшни наших пограничных войск в городе Владимиро-Волынске.

Деревянные ворота, обитые колючей проволокой, закрылись, и красномордый полицай с белой повязкой на рукаве указал нам на конюшню, где мы должны были расквартироваться. В полумраке конюшни я увидел Виктора Логинова и Ивана Красавцева – офицеры из штаба нашей 270-й стрелковой дивизии, с которыми я встречался во время последнего весеннего наступления под Харьковом в мае 1942 года.

Они были старше меня, опытнее и в военных, и в житейских делах. Я искренне обрадовался встрече.



- Что, лейтенант, плохи наши дела? – спросил Виктор Антонович.

- Да, кроме того, что немцы схватили нас прямо в госпитале, у меня кровавый понос, - ответил я.

- Это совсем скверно, друг мой, - проговорил Виктор. – Нужно что-нибудь придумать… Я отошел в сторону и остановился у стены дома, выложенного из красного кирпича. Страшные рези в животе не прекращались. «Черт побери, как нескладно идет жизнь, неужели это конец, такой неминуемый, обыденный, - подумал я, - какая глупость – умереть от дизентерии».

По рассказам очевидцев, именно здесь, зимой 1942 года несколько тысяч военнопленных погибли от эпидемий.

« Нет, надо бежать, как только окрепну, нужно немедленно бежать. Ведь если рассказать Марине, которая только недавно прислала письмо из осажденного Ленинграда, какое несчастье со мной приключилось! Если рассказать друзьям! Какой позор! Плен, постыдный плен!»

Я стоял в растерянности и готов был себя казнить, как ничтожество. Вдруг, как видение, неожиданно передо мной остановилась девушка в темно-зеленой военной форме без погон, тихая и внимательная.

- Тебе что, мальчик, плохо? – строго спросила она.

Я стоял и не мог понять, откуда она появилась, и правда ли это, что я вижу. Таких женщин я никогда не видел в своей жизни! Может быть, это мой ангел-хранитель?

- Живот у меня болит, - стыдливо прошептал я.

- Вот что, дорогой, постой здесь несколько минут, Я принесу тебе сухари и таблетки. Понял? – еще строже сказала она.

- Хорошо, я буду ждать, - ответил я.

Сердце у меня екнуло и забилось от надежды на спасение. Обо мне заботится женщина. Это напомнило мне мое первое свидание и ожидание девушки! Обычно дома, в Ленинграде, обо мне заботилась моя бабушка или мама. «Откуда взялась эта заботливая женщина? Видимо, это та соломинка, за которую хватается утопающий. Правда, мать говорила мне, что я родился в «рубашке». Значит, это точно! И сколько раз я буду испытывать судьбу и вытаскивать счастливый билет в жизни? Как очутилась, как искусно действует, незаметно и тайно, за колючей проволокой эта безвестная сестра милосердия», - мысленно рассуждал я, ожидая.

Она опять тихо появилась.

- Вот сухари в кулечке. Вот таблетки. Пей только кипяченую горячую воду из своего котелка. Баланду и черный хлеб отдай товарищу. Сам не ешь 2-3 дня, если выдержишь, - сказала она и также незаметно удалилась, не прощаясь. Я даже поблагодарить ее не успел. Видение как бы исчезло.

В бараке я рассказал о встрече с медицинской сестрой Виктору Антоновичу. Он добыл мне кипяток, остудил его. Я принял лекарство, лег на нары и быстро уснул.

На следующий день, проглотив таблетку и съев остаток сухарей с горячим кипятком, я почувствовал, что боль прошла. Я ожил. Беда миновала. Виктор Антонович предупредил меня, чтобы я остерегался полицаев, которые явных дизентерийных больных просто сталкивали ногою в отхожую яму, без промедления!

Как я был благодарен своему старшему другу за заботу! Судьба свела нас надолго вместе, впереди были тяжелейшие испытания, о которых тогда, во Владимиро-Волынске мы даже не подозревали.

За месяц пребывания в этом городке я сильно похудел, осунулся и стал, по определению Виктора Антоновича, обыкновенным белобрысым мальчишкой из Ленинграда.

Лагерь военнопленных офицеров № 10105 Нюрнберг-Фюрт.

На чужбине, в Баварии, было особенно тоскливо на душе весною, не потому ли большинство побегов из неволи приходилось именно на эту пору.

Баварская весна чувствуется уже в конце февраля.

- Да, попал я, как кур в ощип! Занесла меня судьба, воистину к черту на рога, в столицу фашистской Германии – в Нюрнберг, который окружен тремя полосами обороны:

противовоздушной, воинской и ополченцами вместе с «гитлерюгенд», полицией и жандармерией.

Но весною все равно хотелось бежать.

- Нет! Надо действовать! Собрать, раздобыть постепенно гражданскую одежду, кое-какие продукты, оружие и бежать с Виктором на Запад, во Францию или в счастливую и нейтральную Швейцарию! – так думал я, сидя на своих нарах в бараке поздно вечером при свете коптилки.

Виктор лежал ниже и что-то тоже думал, а когда я высказывал свои мысли вслух, отвечал:

- Куда бежать, если мы в военной зоне, все прослушивается, все прощупывается, все просвечивается… Нас шестьдесят четыре человека, если даже мы организуем несколько групп для побега, он обречен на трагический исход.

Виктор, конечно, прав. Он –опытный человек, кадровый военный. Как хорошо, что я подружился с Виктором. Я верю в него, в его интеллект, его талант.

Я вспомнил прошлую осень 1942 года, когда мы были в стационарном лагере Хаммельбург под Нюрнбергом, организованном еще в 1914 году. Хаммельбург – центральный распределительный лагерь, как невольничий рынок рабов – рабочих рук для военных заводов «Манесмана», «Шахта», «Геринга». Формировались рабочие лагеря в тысячу и более человек.

Помню, Виктор задался целью проскочить в лагерь с малым количеством людей, где можно будет проще организоваться, быстрее изучить людей и обстановку, более оперативно действовать в подполье. Я удивился его ловкости и сообразительности рассуждений, гибкости его ума. Все осуществилось так, как он рассчитал. Мы попали в группу из 64 человек для Фюрта. Вот уже прошли осень, зима – холодная, голодная:

положение на Восточном фронте было ужасное. Немцы стояли под Сталинградом, а с нами обращаются, как с рабами, даже гражданские, цивильные немцы смотрели на нас, как на рабочий скот.

Холодный февраль в Баварии бывал редким случаем, но в 1943 году это случилось.

Снег еще лежал прочно на земле и на черепичных крышах домов.

Помню, нас привезли на территорию военных складов пригородного местечка Фюрт, близ Нюрнберга. Склады были огорожены высоким деревянным забором и «колючкой», как мы называли проволоку заграждения. Железнодорожная колея соединяла склад с Нюрнбергом. Это были старые немецкие склады кайзеровских времен прошлого столетия. Каменные здания были прочно построены, в одном из них были срочно поставлены двухэтажные нары, где нас разместили и выдали сине-зеленую военную форму кайзеровской Германии.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 16 |
 



Похожие работы:

«САЛОННАЯ КУЛЬТУРА XVII В. И АНГЛИЙСКИЙ ГАЛАНТНО-ГЕРОИЧЕСКИЙ РОМАН А. А. КУЗНЕЦОВА В статье идет речь об английской салонной культуре и литературе. Салонная культура была завезена в Англию из Франции сначала в свите королевы Генриетты Марии в 1625 г., а потом аристократами, находившимися на континенте во время гражданской войны. Однако в отличие от Франции, где члены салонов являлись и авторами романов, английские романисты при создании своих произведений ориентировались не на отечественных...»

«КЛАССИЧЕСКИЙ И СОВРЕМЕННЫЙ ПСИХОАНАЛИЗ Программы курсов и спецкурсов (Электронная версия) А АНТОЛОГИЯ МИРОВОГО ПСИХОАНАЛИЗА УДК 159.9 ББК 88.8 О 35 Овчаренко Виктор Иванович О 35 Классический и современный психоанализ. Программы курсов и спецкурсов. М.: Академический проект, 2000. – 622 с. (Электронная версия с изменениями и дополнениями – 550 с.) ISBN 5-8291-0033-9 Первая в России представительная публикация программ различных учебных курсов и спецкурсов по классическому и современному...»

«РАБЫ ЦАРЯ В ЕГИПТЕ ЭПОХИ СРЕДНЕГО ЦАРСТВА (Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук) В документах Среднего царства как-то вдруг, неожиданно, становится заметным социальный слой, называемый рабами царя. Довольно прозрачное название слоя обещает немало историку египетского общества, но до сих пор проблема рабов царя казалась неразрешимой из-за крайней скудости и однообразия материала. Такой, в действительности, она бы и была, если б среднеегипетские...»

«Более 200 сенсационных фотографий артефактов С ^П П Т Е Р Е^ППТЕР Erich von Daniken EVIDENCE OF THE GODS A Visual Tour of Alien Influence in the Ancient World A division of rteriS The Career Press, Inc. page Pompton Plains, NJ Ibooks Эрих фон Дэникен ДОКАЗАТЕЛЬСТВА СУЩЕСТВОВАНИЯ БОГОВ Более 200 сенсационных фотографий артефактов С^ППТЕР Москва Санкт-Петербург Нижний Новгород Воронеж Ростов-на-Дону • Екатеринбург Самара Новосибирск Киев - Харьков - Минск 2013 ББК 22.3 УДК 502.9 Д97 фон Дэникен...»

«Аннотация Центральное место в новой книге Вадима Шефнера, известного ленинградского поэта и прозаика, занимает автобиографическая повесть Имя для птицы, или Чаепитие на желтой веранде (полный вариант), рассказывающая о детстве автора, о Ленинграде двадцатых годов. Кроме того, в книге помещены разные истории, в которых реалистические описания органически сочетаются с фантастикой и юмором. Содержание 1. Ранние страхи 5 2. Первый взгляд из окна 10 3. Золотое ли детство? 15 4. Императорский мед 18...»

«УДК 323.1 И. И. АНТОНОВИЧ, ДОКТОР ФИЛОСОФСКИХ НАУК, ПРОФЕССОР (МОСКВА) НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИМПЕРИИ И ИСПЫТАНИЕ НАЦИОНАЛИЗМОМ* Рассматриваются становление и динамика Statement and dynamics of the national issues национальных вопросов в XIX и XX стст. в Евро- in XIX и XX centuries in Europe are given пе. Исследуются истоки и причины франко-гер- consideration to. The origins and reasons of манского противостояния, создания многонацио- French-German opposition, formation of multinaнальных европейских...»

«УТВЕРЖДАЮ: Ректор _М.Г. Борозна “” 2014 г. ПРОГРАММА вступительного экзамена в магистратуру по специальности 1-21 80 14 Искусствоведение (направление исследования Кино-, теле- и другие экранные искусства) Минск, 2014 Составитель: Л. Н. Зайцева, кандидат искусствоведения, профессор кафедры менеджмента, истории и теории экранных искусств УО Белорусская государственная академия искусств Рекомендовано к утверждению: кафедрой менеджмента, истории и теории экранных искусств УО Белорусская...»

«СОВРЕМЕННЫЙ ИНВАЙРЭНМЕНТАЛИЗМ И ПАРАДИГМАЛЬНОЕ ПРОСТРАНСТВО СОЦИАЛЬНОЙ ЭКОЛОГИИ На основе анализа наиболее характерных экологических аномалий и проблем современного общества обосновывается одна из возможных стратегий теоретической концептуализации социальной экологии как интегративной научной дисциплины, определяются ее роль и место в системе современного инвайрэнментализма. One of the possible strategies of theoretical conceptualization of the social ecology as an integrative scientific branch...»

«28 Глобальный мир: проблема управления А. Н. Чумаков Общественное сознание в целом и индивидуальное в частности за редким исключением весьма инертны. Они оперируют по большей части стереотипами и начинают реагировать на происходящие перемены лишь тогда, когда не реагировать уже нельзя, причем даже не столько в силу абсолютной очевидности свершившегося, сколько по причине доставляемых неудобств, а то и вовсе серьезной угрозы со стороны изменившейся реальности. Не стала исключением и...»

«Р.М. Нуреев Послесловие к Политической экономии сталинизма Пола Грегори Книга Пола Грегори Политическая экономия сталинизма поднимает очень важные вопросы экономической истории России и является, фактически, первым историческим исследованием политической экономии диктатуры на материалах сталинского периода. Книга Пола Грегори – это сравнительное редкое для современной России явление, когда историческая книга написана профессиональным экономистом. Это своеобразный жанр теории экономической...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.