WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 60 |

«МАТЕРИАЛЫ IV МЕЖДУНАРОДНЫХ СТАХЕЕВСКИХ ЧТЕНИЙ ТОМ I 1-2 ОКТЯБРЯ 2009 г. Елабуга 2009 2 МАТЕРИАЛЫ IV МЕЖДУНАРОДНЫХ СТАХЕЕВСКИХ ЧТЕНИЙ. ТОМ I Печатается по решению ...»

-- [ Страница 4 ] --

Более детальное освещение эта проблема нашла свое отражение в трудах В.А. Скубневского, М.В. Шиловского, А.Р. Ивонина, Ю.М. Гончарова, А.М. Мариупольского и некоторых других авторов. Там тема еврейской буржуазии затрагивается попутно, при освещении других проблем, и в этой связи встает вопрос о подготовке обобщающего труда. Большую пользу в этом принесут регулярные конференции по истории евреев в России и Сибири и периодические издания, например, журнал «Диаспоры» [2].

Важность избранной тематики подчеркивается известными двухтомными монографиями Ю.И. Гессена («История еврейского народа в России») и А.И. Солженицына («Двести лет вместе»), где на основе широкого и многообМАТЕРИАЛЫ IV МЕЖДУНАРОДНЫХ СТАХЕЕВСКИХ ЧТЕНИЙ. ТОМ I разного источникового материала освещаются особенности жизни и деятельности евреев в России и отдельных ее регионах. Весьма важным наблюдением Ю.И. Гессена стало указание на то, что до середины XIX в. российские губернии должны были быть свободными от евреев, но делались исключения.

Например, еврейские фабриканты, купцы и ремесленники, если их искусство представлялось необходимым для общественной пользы, могли быть при соблюдении определенных стеснительных условий переступить за черту оседлости для кратковременного пребывания во внутренних губерниях [3, Т. 2, с.

46]. Стоит ли говорить, что эта льгота была использована многими предприимчивыми людьми для улучшения своего положения, а краткие сроки растягивались на неопределенное время. Вскоре последовало разрешение свободно расселяться по всей России еврейским купцам первой гильдии (1859), а затем купцам второй гильдии (1861). С 1863 г. евреям без учета их гильдейства было разрешено заниматься винокурением в Западной и Восточной Сибири, чем они не преминули воспользоваться, так как «все замечательные специалисты в этой области принадлежали почти исключительно к евреям» [4, Т. 5, с. 622].

В данной статье прослеживаются основные этапы внедрения евреев в некогда монолитное по своему национальному составу сословие томских купцов на протяжении второй половины XIX в. и оценка их роли в хозяйственной и общественной жизни Томска и некоторых других городов. В качестве основного источника берутся списки томских купцов разных лет, хранящиеся в фондах Государственного архива Томской области, материалы периодической печати и источники личного происхождения.

Отметим, что до середины XIX в. в списках томских купцов изредка встречались имена торгующих татар или бухарцев, выходцев из Средней Азии, в середине века появляются немецкие, польские и даже шведские имена людей, которые занимались здесь предпринимательством и вынуждены были в связи с этим вступать в купеческие гильдии. В начале 1850-х гг. в Томске и других городах Западной Сибири еврейских купцов практически не встречалось, причем даже в таких городах, которые потом в шутку называли за большое число купцов евреев «сибирским Иерусалимом» – Каинске и Мариинске.

Однако уже с начала 1860-х гг. наблюдался быстрый, если не сказать «взрывной» рост численности купцов из евреев, который был вызван, прежде всего, либерализацией законодательства, позволившего евреям заниматься торговопромышленной деятельностью вне черты оседлости и вступать в гильдии, общим оживлением российской экономики, ускорением темпов добычи в Сибири золота. Особенно сильно повлияло на рост численности еврейских купцов отмена откупов, когда многие «сидельцы» в кабаках мгновенно становились крупными виноторговцами, владельцами или арендаторами винокуренных заводов.

18 МАТЕРИАЛЫ IV МЕЖДУНАРОДНЫХ СТАХЕЕВСКИХ ЧТЕНИЙ. ТОМ I

Обратимся к списку томских купцов за 1860 г.: из 4-х капиталов первой гильдии 3 принадлежало евреям – Каминеру Ананию Михайловичу с сыном Яковом, Хаймович Анне Исаевне с 4 сыновьями и 6 дочерьми, Хотимскому Берко Лейбовичу (3 сына и 3 дочери). Правда, во второй гильдии из 17 капиталов только два принадлежало евреям – Мордуховичу Абелю Абрамовичу и Хотимскому Янкелю Лейбовичу с 5 сыновьями и 3 дочерьми, а в самой массовой третьей гильдии из 71 капитала только 5 принадлежало евреям, налицо активное внедрение еврейских купцов в состав большей частью патриархального томского купечества. Какие основания для этого были? На наш взгляд, основной причиной такого бурного роста было наличие больших средств в семьях еврейских предпринимателей, которые скапливались через нелегальный и полулегальный бизнес. Объявленная таким капиталам амнистия и возможность легально и законно заниматься прежде запрещенной для евреев деятельностью и вызвала столь резкий скачок в численности еврейских купцов, особенно в высших гильдиях.

В 1877 г. из 19 капиталов первой гильдии 4 принадлежало евреям. В числе их был Федор (Фебус) Иванович Манасевич с 5-летним сыном Иваном и 3 капитала, принадлежавшим клану Хотимских – Маремьяна Гиршевна с 7 сыновьями, Яков Лейбович, с 6 сыновьями и выделившийся из этой семьи 35-летний Миней Яковлевич с 12-летним сыном Иаковом. Во второй гильдии из 122 капиталов 12 было объявлено евреями, что говорит о более широком и основательном их внедрении в экономику города, прежде всего в торговлю вином, галантерейными и бакалейными товарами, содержанием гостиниц, трактиров и распивочных заведений (кабаков и трактиров). Часть еврейских купцов входит с этого времени в местную элиту, их представители становятся не только видными деятелями делового мира, но и общественными и научными авторитетами. К их числу принадлежали Манасевичи, давшие, правда, миру, авантюриста международного масштаба, Бейлины, Фуксманы, Левины, Каймановичи. Их имена встречаются в списках членов городской думы, общественного собрания, других организаций и комитетов. Одними из первых они начинают использовать такое сильное средство для расширения и упрочения своих дел, как реклама. В частных газетах и государственной периодике, каковыми являлись губернские ведомости, в справочной литературе и путеводителях реклама еврейских предпринимателей занимала видное место.



В 1887 г. среди 10 капиталов первой гильдии 2 принадлежало евреям:

40-летнему Гортикову Михаилу (Менделю) Яковлевичу, в семье которого осталась 10-летняя дочь Ревека, и 50-летнему Илье Леонтьевичу Фуксману с такого же возраста дочерью Марией. За десятилетие доля купцов первой гильдии из евреев осталась без изменений (около 20 %), в то время как во второй гильдии наметился рост с 10 до 19 %. Появляются новые имена предпринимателей, которые становятся дельцами общесибирского масштаба. Например,

МАТЕРИАЛЫ IV МЕЖДУНАРОДНЫХ СТАХЕЕВСКИХ ЧТЕНИЙ. ТОМ I

братья Андрей и Василий Ельдештейны, кроме торговли и ростовщичества, стали владельцами пароходства, Иосиф Абрамович Юдалевич и Яков Аронович Яппо торговлю совмещали с ростовщичеством, Петр Николаевич Кайманович составил с братьями Королевыми «Ростовское товарищество» по торговле вином, чаем, сахаром и доставке грузов, которое стремилось к монополизации этой сферы предпринимательства [5].

Тенденция роста численности купцов евреев сохранилась до конца XIX в. По спискам 1897 г. из 125 юридических лиц, объявивших купеческие капиталы, 27 было из евреев, что составляло 21,6 % всех томских капиталов. Среди почти такого же количества капиталов иногороднего происхождения доля евреев была выше, а, учитывая многочисленность большинства еврейских купеческих семей, доля евреев в общей численности томского купечества была еще выше. Всего в 52-тысячном Томске проживало 3202 чел. еврейской национальности, что составляло около 6 % городского населения [6]. Только малочисленность еврейского населения в Томске и других городах Сибири, запрещение вести торгово-промышленную деятельность на некоторых территориях, например на Алтае, сдерживало в определенной мере рост численности и влияния еврейского купечества в Сибири. Закаленная тяжелыми условиями предпринимательства в черте еврейской оседлости, более образованная и дальновидная, вобравшая в себя опыт более развитого капитализма Европейской России и отчасти Европы, спаянная традиционно крепкими национальными и родственными узами, еврейская буржуазия составляла серьезную конкуренцию складывающейся местной буржуазии, ядром которой являлось купечество.

В конце XIX в. среди сибиряков сложилось мнение, что некоторые города стали во многом еврейскими по составу населения и, особенно, по составу местной буржуазии. В Томской губернии ими стали Каинск и Мариинск, превратившиеся благодаря поселившимся там евреям вмиг из «углубленных в себя и мертвенно молчаливых в крикливые, живые и торговые». Каинск сибиряки справедливо называли еврейским Иерусалимом, и он стал одним из звеньев связи еврейских купцов из Сибири с крупными российскими и зарубежными центрами. Ими организовывалась торговля ценными товарами, прежде всего мехами и золотом, получались кредиты и даже выписывались невесты для местных женихов, так как на местах трудно было ее выбрать без того, чтобы не попасть на родню.

Черты еврейского предпринимательства во многом были сходны с характеристикой российского бизнеса. Купеческую «мудрость» сформулировал один из клиентов провинциального адвоката В. Кроткова: «Плутом жить уж больно совестно, а в пол-плута – самое настоящее дело. С нахрапом в чужой карман не лезь, а только маху не давай – оберешься деньгами» [7, с. 39].

Одним из распространенных занятий евреев стало ростовщичество. ОткрыМАТЕРИАЛЫ IV МЕЖДУНАРОДНЫХ СТАХЕЕВСКИХ ЧТЕНИЙ. ТОМ I вать ссудные конторы было разрешено законом, который, однако, ограничивал долю прибыли 6 % годовых, что повсеместно нарушалось. Более того, показывать свою прибыль в несколько раз меньше реальной, как, впрочем, и сейчас, было слишком заманчиво, чтобы удержаться от соблазна. В крупных злоупотреблениях были уличены владельцы ссудных касс в Томске – Мизгер, Ельдештейн и Яппо. Судя по документам, они не были в ладах с законом с момента открытия своих заведений до момента их закрытия в 1897 г., когда правительство отказалось от попыток организовать частный кредит на законных основаниях [8]. Удалось воспроизвести некоторые черты делового облика Якова Ароновича Яппо, который в несколько раз преуменьшил годовую прибыль своей конторы, вынужден был несколько раз судиться со своими клиентами по поводу их обмана, судился и по поводу своего исключения из членов общественного собрания в Томске, что было вполне справедливо и заслуженно.

С внедрением купцов из евреев в деловую жизнь Сибири стали применяться такие способы быстрого обогащения, как лжебанкротство, что было для далекой от цивилизации губернии нововведением. В 1867 г. объявил себя несостоятельным должником томский купец Лейба Хаймович. Его долги Государственному банку и частным лицам превысили 82 тыс. руб., а наличных денег у него в конторе оказалось всего 2,5 тыс. руб. Свое разорение Хаймович объяснял пожаром, уничтожившим его имущество и товары, но при судебном разбирательстве оказалось, что пожар случился за четыре года до объявления банкротства и был ложным, так как часть товаров была заранее перенесена в безопасное место [9, с. 184].

Позднее, в 1883 г., Томский окружной суд признал нарымского купца из евреев Наума Минского несостоятельным должником с обязательством выплатить своим кредиторам по гривеннику (10 коп.) с рубля. Но купец не захотел выполнять решение суда и из города скрылся. Тогда возмущенные кредиторы, среди которых были и соплеменники Минского, подали в суд на апелляцию, и выяснилось, что лжебанкрот продал свой стеклоделательный завод родному отцу за 15 тыс. руб., изделия этого завода – за 1750 руб., заложил принадлежавший ему каменный дом за 20 тыс. руб. и вполне мог расплатиться с должниками не только на 10 %, но и полностью. Дело рассматривалось в Сенате, и в 1888 г. Н. Минский был признан виновным в злостном банкротстве, его отец – в соучастии, а члены конкурсного управления под председательством В.П. Картамышева – в укрывательстве злостного банкротства [10].



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 60 |