WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 ||

«В поисках прародины славян Проблема происхож дения славян одна из слож нейш их в отечественной историографии. Наиболее старая теория, основывавш аяся на летописном ...»

-- [ Страница 27 ] --

этнополитического термина Р у с ь в районе Закарпатья. В венгерской хронике Шимона Кезаи XIII в., восходящ ей в своей основе к протограф у XI в., Карпатские горы названы Русскими г о р а м и (Ruthenorum Alpes). В г. титул русского князя (dux Ruizorum ) носил сын короля Стефана Венгерского, княживш ий в области Бихар. Что в данном случае не было никакой ош ибки или недоразумения, доказы вает одно место из письма венгерского короля Белы от 1254 г., в котором среди враж дебных венгерскому государству соседних народов называю тся «Rutheni, Com ani, Brodnici, R u s s ia et Bulgaria». Р у с ь в смысле Киевская земля в приведенном относится к каком у-то закарпатском у владению, находивш емуся между бродниками, жившими в Запрутской части Молдавии, и Болгарией, границы которой в указанны й период достигали Карпатских гор(на за ка р п атско е м естополож ение р у си указы вает, каж ется, и одно место в сочинении М ухаммеда ал -Х анаф и : «Русы, больш ой народ из турок (венгров. - В. К.)... от н и х пр ивозят ж елтую медь... В зем л е и х зол отой рудник... Земля и х окруж ена горами... В середине [стр а н ы ] вы со кая гора, с юга ее вы хо д и т белая река, пробиваю щ ая себе путь через л уга к кон еч н ом у морю мрака, затем текущ ая на север Русийи, затем по ворачиваю щ ая в сторону запада и больш е ни куд а не поворачиваю щ ая» (А. П.

Н овосельцев. В осточны е источни ки о во сто ч н ы х сл ав ян а х и Руси..., стр. 401, 402). На Карпаты в этом отры вке у ка зы в а ю т слова «медь», «горы», «золото», река, «текущ ая к морю мрака», с хар а кте р н ы м изгибом в сторону запада, в которой л е гк о распо знается река Висла. О д а вн о сти прож ивания на территории П аннонии, М оравии и Закарпатья како го -то «русского» населен ия сви детел ьствует такж е П анн он ско е ж итие Кирилла, в котором сам ы е пер вы е чеш ско -м о р авски е князья Ростислав, Святоп олк и Коцел им еную тся «князьям и русским и ». Э н е й Сильвий уп о м и н ае т р у с с к и х в числе п о д д а н н ы х Святополка М о р а в ск о го ).

В исторической литературе сущ ествует необоснованное мнение о том, что русские в Трансильвании появились лиш ь после монгольского наш ествия. Между тем, как о том уже говорилось выше, названия сел с корнем рус мы встречаем здесь в грамотах начала XIII в. (от 1228 г. и далее), т. е. за несколько лет до монгольского погрома Руси. В венгерской хронике времен короля Белы III говорится, что русские появились в Паннонии вместе с венграми: «Rutheni cum A lm o duci... in Pannoniam vene-runt». Но и это вряд ли соответствует истине. По крайней мере топонимы с корнем R u s i d a v a (П евтингеровых таблиц) и R iu s ia v a (Птолемей) известны в этих краях уже в первых веках нашей эры.

Русский дореволю ционны й исследователь Закарпатской Руси И. П.

Филевич в одной из своих работ писал: «В течение полувека после Надеждина... русская мысль боролась с норманнистами под знаменем Руси Поморской, роксолан, скиф ов и, наконец, готов. Угорская Русь ни разу не выступала на сцену прямо, но... скры валась за кулисами, смущая своим именем спокойствие всех названны х учены х партий....» К этим словам, очень метко характеризую щ им растерянность учены х перед фактом присутствия мощ ного закарпатского «русского» топонимического гнезда, следует добавить только одно, что о Закарпатской Руси молчат, но хотя бы знаю т и помнят, а вот о русах в Центральной Европе, и в частности в Ш вейцарии, многие даж е и не подозревают. А между тем еще в 40 -х годах XIX в. Б. Вестберг указы вал, что средневековы е европейские хроники и документы неоднократно упоминаю т о сущ ествовании в ш вейцарских Альпах в кантоне Люцерн ряда селений и географ ических названий с корнем рус, причем образованны х явно от племенного имени: R u s n a c h t, R u s c h, R u s s w e il, R u t i, R u s s - обозначаю щ их «гора, река», номенклатуры Б. Вестберг связывал с норманнами, забы вая, что норманны соверш али свои набеги преимущ ественно по морю, реже по рекам и столь глубоко внутрь материковой Европы никогда не проникали.

По наш ему мнению, слож ение и угорского и альпийского топоним ических гнезд легко объясняется расселением в середине I тыс. н.

э. в долине среднего Дуная ругов, отброш енны х сюда из Прибалтики движ ением готов. Руги входили в состав отрядов Одоакра, свергнувш его последнего римского императора Ромула Августула. После разгрома этого правителя готами подвластны е ему руги и могли найти убеж ищ е в А льп ий ски х горах.

И последнее. Признание тождества ругов с русами позволяет решить еще один «щ екотливый» вопрос. Мы имеем в виду сообщ ение ряда ар абски х и византийских писателей о кочевом, подвижном образе жизни д ревних русов, которое обычно обходится всеми историками стороной.

«Пашен они [русы] не имеют, но питаются лиш ь тем, что привозят из земли славян», «они не имеют ни недвижимого имущ ества, ни городов [или селений]», - читаем у Дж ейхани, Ибн Рустэ и Гардизи. Или у митрополита Фотия: «Этот скиф ский... народ далеко от нас живущ ий, варварский, к о ч е в о й, гордый оружием, не имеющий внутренней стражи, неукоризненны й, без военного искусства...» (П о р ф и р и й У спенский. Четыре беседы патриарха Фотия. СПб., 1864, стр. 18 и след. Сходны м образом ха р а кте р и зу е т д р е в н и х р усо в продолж атель Х р о н и к и Георгия Ам артола (X в.), им еную щ ий и х дромитами, т. е. «бродячим народом», принадлеж ащ им к «роду ф ранков» (ф рягов). Д р ом и там и Н азы в ае т русо в такж е Симеон Л о го ф е т (вторая половина X в.): «... Н арод рус, он ж е дром иты, прозван по м огучем у богаты рю Р у су и и зб е г враж дебности соплеменников, которы е, у ступ ая како м у-то бож ественном у совету ил и пр едсказани ю богини, застави ли и х вы селиться» (курсив наш). С л едует признать, что д л я славян, которы е и сп о ко н в е к у бы ли известны к а к сугубо оседлы й зе м л едельч ески й народ, такая ха р актери стика является н е ско л ько неож иданной. Следовательно, зд есь реч ь идет, скорее всего, тоже о р угах).



ПОСЛЕСЛОВИЕ

Проблема происхож дения славян - извечная проблема нашей отечественной историографии. От Нестора и до наш их дней делались попытки найти прародину славянских народов, ответить на вопрос, «откуда есть пошла Русская земля». Споры вокруг проблематики славянского этногенеза никогда не утихали в нашей науке, продолжаются они и теперь.

О собенно энергично вопросы славянского этногенеза разрабаты вались в нашей историограф ии накануне и в годы второй мировой войны. Тогда реш аю щ ее слово, бесспорно, принадлежало археологам, которые в области этногенетики вели благородную борьбу против расистской идеологии германского фашизма. Борьба эта, несомненно, придавала их работам тех лет высокий граж данский пафос, ибо это была патриотическая борьба, реш ительный протест не только против антиславянского, но и против античеловеческого сущ ества ф аш истских планов переустройства мира.

Правда, предложенная нашими этногенетиками схема происхож дения славянства после известной дискуссии о язы ке, связанной с критикой ош ибок Н. Я. Марра, была признана слабоаргументированной, чем и объясняется определенный спад интереса к вопросам происхож дения славян, наблю давш ийся в конце 50-х и даж е еще в начале 6 0-х годов.

Важно, однако, подчеркнуть, что, когда в 6 0-х годах исследования в области славянского этногенеза, и притом в достаточно ш ироких масш табах, возродились, они по-преж нему велись советскими учеными с позиций интернационализма, на основе м арксистско-ленинского учения, признаю щ его вклад в общ ечеловеческий прогресс как больш их, так и малы х народов.

Обращ ение к проблематике этногенеза славян, попытки решения со строго научны х позиций проблемы происхож дения современных славянски х народов, того коренного населения Европы, которое сегодня по занимаемой им площади и по своей численности составляет самую больш ую часть населения Европейского континента и значительную часть Азии, не имеет и никогда в советской историограф ии не имело панрусистского, панславянского или какого-либо иного националистического налета.

Что касается продолж аю щ ихся и далеко еще не реш енны х в нашей науке споров по конкретным вопросам этногенеза славян, то они прежде всего объясняю тся общей неразработанностью как теории, так и методики современны х исследований этногенетических процессов вообще и этногенетических процессов, происходивш их в глубокой древности, в особенности. Нельзя не отметить, впрочем, что в самое последнее время в результате дискуссии, проведенной советскими этнографами в 1969- гг., был сделан все же сущ ественный шаг вперед в разработке этнических процессов современности. К сож алению, сколько-нибудь сущ ественны х попы ток использовать результаты этой дискуссии для изучения процессов палеоэтногенетических сделано не было.

Между тем вопросы теории и методики исследований, всегда имеющие реш аю щ ее значение, тем более важны при изучении палеоэтнических процессов, в том числе и процессов славянского этногенеза (до образования в связи с переходом к классовому общ еству отдельных славянских народностей), поскольку изучение это осложняется чрезвычайной узостью источниковедческой базы.

Исследователям палеоэтногенетических процессов приходится обращ аться к безгласным памятникам археологии, с одной стороны, и к не имеющим сколько-нибудь точны х хронологических показателей данным языка - с другой, опираясь одновременно на крайне ф рагментарны е и относительно поздние свидетельства источников письменных. При этом сама методика, принципы сопоставления этих разны х групп источников (не говоря уже об источниках антропологических, этнограф ических, ф ольклорны х) соверш енно недостаточно определены в науке, как и не вполне ясным до сих пор остается значение каждой из этих групп источников для изучения процессов этногенеза.

Речь идет здесь в первую очередь о развернувш ейся и далеко еще не заверш ивш ейся в нашей исторической науке дискуссии о соотнош ении этноса и материальной культуры. Но это не единственный спорный теоретический и методический вопрос. Столь же спорным остается и вопрос о соотнош ении процессов этногенеза и глоттогенеза, т. е. процесса ф ормирования языка.

В связи с этим делались и делаю тся попытки расш ирить круг привлекаемы х источников за счет ономастики (науки об именах).

Последние исследования в этой области дали даже, как кажется, довольно сущ ественны е наблюдения. Вместе с тем, однако, и в данном случае нельзя не обратить внимание на свойство этнонимов отходить от первоначально обозначаемы х ими этносов, переходить на другие. Поэтому наличие в письменны х источниках того или иного этнонима еще далеко не всегда гарантирует реальное присутствие первоначально обозначенной соответствую щ им этнонимом этнической общности.

Очень подвижными оказы ваю тся такж е топонимы, в связи с чем в последнее время особое значение придается исследованиям лингвистов, посвящ енным данным гидронимики, ибо гидронимы (названия рек и прочих водны х объектов), как кажется, являются гораздо более устойчивыми, чем другие географ ические названия.

При таком состоянии источниковедческой базы исследований славянского (да и не только славянского) этногенеза не будет ничего странного, если мы скажем, что книга, с которой только что познакомился читатель, не претендует, да и не может претендовать на сколько-либо исчерпы ваю щ ее реш ение всех затронуты х в ней вопросов. Практически все рассмотренные в ней вопросы как были, так и продолжают оставаться спорными. В связи с этим и основной тезис автора, стремящ егося возвратиться к теории паннонской прародины происхож дения славян, также, естественно, должен рассматриваться лиш ь как, одна из рабочих гипотез, и не более.

Здесь нет нужды, пожалуй, подробно говорить о том, что больш инство исследователей в настоящ ее время являются сторонниками гипотезы об одро-висленском или одро-днепровском ареале славянского этногенеза, либо противопоставлять гипотезе автора аргументы, ф игурирую щ ие в специальной литературе (в какой-то мере об этом говорится на страницах самой книги). Важнее обратить внимание читателя на другое, на то, что, на наш взгляд, составляет главную особенность настоящей работы, а именно на то обстоятельство, что она написана этнографом, в течение многих лет занимавш имся изучением слож ны х этнических процессов на Кавказе и в ряде д ругих областей Советского Союза, и от них, в силу внутренней логики занятий, приш едш его к славистике» Впрочем, славистика для В. П. Кобычева область знания отнюдь не новая. Она интересовала его еще в студенческие годы, когда им была написана первая исследовательская работа о славянских просветителях Кирилле и Мефодии. С тех пор в течение двадцати с лишним лет автор систематически самостоятельно собирал материал по славянском у этногенезу, основательно изучив круг связанны х с ним вопросов и источников.

Как указы валось выше, до сих пор главную роль в изучении славянского этногенеза играли археологи. Им принадлежали и основные схемы реш ения этого вопроса, появлявш иеся на страницах наш их отечественны х В первую очередь здесь надо упомянуть имена таких изданий.

исследователей, как П. Н. Третьяков, М. И. Артамонов, В. В. Седов, Ю. В.

Кухаренко, И. И. Л япуш кин. В несколько меньшей мере участвовали в разработке этой проблематики наши лингвисты, глубоко исследовавш ие отдельные стороны процесса, но по основным проблемам дававш ие замечания слиш ком общ его порядка (см., например, работы С. Б.

Бернш тейна, Ф. П. Ф илина). Поэтому показателен и даж е знаменателен сам факт обращ ения к этой теме этнограф а, тем более что по сущ еству процессы славянского этногенеза были процессами палеоэтническими, для изучения которых собственно сопоставительный этнограф ический материал должен иметь огромное значение.

К сож алению, нельзя не отметить, что в публикуемой работе В. П.

Кобычев не использовал всего того богатства этнограф ического материала, которым он обладает, своего больш ого опыта исследователя-этнограф а и пошел по традиционному пути сопоставления дан н ы х лингвистики, археологии и письменны х источников. О трудностях и неясны х вопросах, связанны х с такого рода сопоставлениями, выше уже говорилось. Именно неразработанность их методики определяет в настоящ ее время слабые стороны наш их этногенетических исследований.

Забегая несколько вперед, не ожидая заверш ения идущ их в нашей науке дискуссий, позволю себе вы сказать здесь свое убеж дение, что на смену прежним, опытом не подтвержденным сопоставлениям отдельных показаний письменных, археологических, лингвистических и д ругих источников долж но прийти сопоставление реконструкций, основанны х на совокупности дан н ы х по каждой отдельной группе источников. Такое сопоставление первоначально может представлять, конечно, только имеющ ее несколько вариантов решение. Постепенное суж ение рамок возмож ных вариантов решения тех или ины х этногенетических проблем потребует большой систематической работы. Но это будет принципиально новый подход, новый источниковедческий прием обработки имеющихся материалов.

Возвращ аясь к книге В. П. Кобычева, следует сказать, что для читателя, без сомнения, больший интерес представили бы этнограф ические параллели, которые известны этнограф ической науке и к которым в ряде случаев обращ ается, но, скорее, попутно автор. И это, пожалуй, самый главный недочет книги, объясняемый отчасти состоянием исследуемой проблематики, общей теоретической и методологической слабостью наш их этногенетических исследований.

Ввиду этого с особой осторожностью следует отнестись к некоторым лингвистическим построениям В. П. Кобычева, прежде всего к тем из них, с помощью которы х он стремится подтвердить свою точку зрения относительно паннонской прародины славян. Хотелось бы надеяться, что в будущ ем, продолжая работу над проблематикой славянского этногенеза, автор сделает больший упор на данны е этнограф ии, тем более что, по собственном у признанию, его работа в области славянского этногенеза данным изданием не заверш ается. Настоящая же его книга, хотя и не может (и, как говорилось, не претендует) дать окончательный ответ на волную щ ий всех нас вопрос о славянской прародине и происхож дении славянски х народов, написанная в доступной форме, насыщ енная большим ф актическим материалом, все же удачно вводит читателя в круг той проблематики, над которой со времен русской летописи XI в. работала наша отечественная историческая мысль.

Доктор исторических наук В. Д. Королю к

Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 ||