WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 51 |

«Чарльз де Линт Блуждающие огни Чарльз де Линт – всемирно известный писатель, автор знаменитого цикла Легенды Ньюфорда. В своих произведениях де Линту удается мастерски ...»

-- [ Страница 13 ] --

– Ну что, придумала наконец, что пожелать? – спросил Арнольд.

Маргарита так порывисто села в постели, что опрокинула стакан, стоявший рядом на столике. Хорошо, что он был пустой.

– Арнольд! – воскликнула она, оглядываясь. – Ты тут?

– Не совсем чтобы тут, но я тебя слышу.

– Где ты пропадал?

– Все жду, когда ты загадаешь желание.

– Как я без тебя скучала! – сказала Маргарита. Она поспешно полезла руками под подушку, надеясь найти там яйцо с Арнольдом. – Как тебе удалось вернуться?

– Я же тебе сказал, – отвечал Арнольд, – я вообще-то не у тебя.

– Почему же ты не отзывался раньше, когда мне так тебя не хватало?

– Не в моей власти посвящать тебя во всякие тонкости, – объяснил Арнольд, – все обстоит довольно сложно, но, хотя яйцо сейчас у кого-то другого, я не смогу выполнить желание нового владельца, пока не перестану быть твоим желанием.

– Значит, ничего, что я потеряла яйцо? Мы с тобой все равно можем дружить и разговаривать, да?

– Не совсем так. Желание твое я выполнить могу, но, поскольку я теперь не с тобой, мы не сможем переговариваться, разве только ты надумаешь, что пожелать.

– Не сможем разговаривать? – всхлипнула Маргарита.

– К сожалению, не сможем. Ты же понимаешь, это не от меня зависит.

– Понятно, – сказала Маргарита и на самом деле все поняла. Если она хочет, чтобы Арнольд всегда был с нею, ей нужно сделать только одно – загадать именно это желание: пусть он всегда будет ее другом. Тогда никто не сможет отнять его у нее.

Они всегда будут вместе. – Я бы хотела… – начала Маргарита.

«Но это не очень-то красиво!» – сообразила она и дернула себя за обесцвеченную прядь. Некрасиво заставлять кого-то быть твоим другом. Однако если она не задумает такое желание, если она попросит что-то другое, Арнольд просто исчезнет и станет желанием кого-то другого. Ох, ну почему все так запутано! Наверно, надо просто пожелать очутиться на Луне, и тогда со всеми проблемами будет покончено! Она будет лежать себе на Луне, смотреть сверху на далекую Землю и потихоньку задыхаться – там же нет кислорода. Тем все и кончится… Маргарита ощутила в голове знакомое уже покалывание, сказавшее ей, что Арнольд снова собирается ее покинуть.

– Подожди, – попросила Маргарита. – Я еще не загадала желание.

Покалывание в голове утихло.

– А ты, значит, наконец решила? – спросил Арнольд.

Ничего она еще не решила, но, когда он задал ей этот вопрос, Маргарита поняла, что может загадать только одно справедливое желание.

– Я хочу, чтобы ты был свободен, – проговорила она.

И сразу шевеление у нее в голове перешло в трепыхание.

– Чего ты хочешь? – переспросил он взволнованно.

– Хочу, чтобы ты был свободен, – повторила Маргарита. – Я же имею право загадать такое желание, верно?

– Да, но… разве тебе не хочется лучше самой получить что-нибудь? Ну, что-то для себя?

– А это и есть для меня! – засмеялась Маргарита. – Самое лучшее, что я могу пожелать, это чтобы ты был свободен! Ты же мой друг, и я не хочу, чтобы ты вечно был на привязи. – Она на секунду замолчала. – Или по каким-то правилам это запрещается?

– Что ты, таких правил нет, – тихо сказал Арнольд. Его шелестящий голосок захлебывался от возбуждения. – Нет правил, запрещающих такие желания.

– Ну, тогда выполняй то, о чем я прошу, – сказала Маргарита.

Она почувствовала, как у нее в голове вдруг поднялся маленький смерч, он крутился и крутился, в нем слышался голос Арнольда, запах осенних листьев и, как в калейдоскопе, мелькали пляшущие огни.

– Свободен! – раздался вдруг возглас Арнольда из самой середины этого смерча. – Свободен! Свободен! Свободен!

В руку Маргариты что-то опустилось, и она увидела, что на ладони у нее снова лежит медное яйцо. Оно было открыто, и из него выглядывал выцветший бархат. Как только могла такая маленькая скорлупка вмещать столько счастья? Трепеща крохотными крылышками и крутясь так же, как крутился голос Арнольда в голове у Маргариты, из яйца выбиралась глиняная фигурка вороны.

Пальцы Маргариты крепко сжимали медную скорлупку, а Арнольд, превратившись в вихрь черных перьев, стал расти – сперва вырос вдвое, потом втрое. Его голос, как перезвон колокольчиков, звучал в ушах Маргариты. Потом с ликующим карканьем Арнольд взмахнул крыльями, вылетел в окно и был таков.

Маргарита сидела неподвижно, глядя в окно, и держала в руках опустевшее яйцо. Ее губы растянулись в широкой улыбке. Она ясно чувствовала, что поступила правильно, и ее саму переполняло ощущение счастья, словно это она до сих пор томилась в медном яйце под спудом однообразных желаний, как будто ее выпустил на свободу Арнольд.

Наконец она все же поднялась и сняла с подушки оброненное Арнольдом черное блестящее перышко. Маргарита завернула его в выцветший бархат, положила в медное яйцо, а яйцо снова завинтила.

В сентябре в соседнем коттедже поселилась семья с мальчиком одних лет с Маргаритой. Его звали Арнольд. Маргарита очень этому обрадовалась, и, к удивлению родителей, они с Арнольдом сразу стали закадычными друзьями. Как-то зимой Маргарита показала приятелю медное яйцо и ничуть не удивилась, что перо, которое она все еще в нем прятала, оказалось точь-в-точь такое же черное, как волосы ее нового друга.

Арнольд погладил пальцем перо, улыбнулся ей и сказал:

– Когда-то у меня было одно желание… Действие следующего рассказа разворачивается в той же части штата Онтарио, что и в истории про Арнольда, только немного южнее. Как и в предыдущем рассказе, никого из героев в действительности не существовало, но ферма, куда приезжает в гости Лиз, – есть. На этой ферме моя невестка Джейн прожила много лет. Там есть и старый сарай на холме, в котором Лиз обнаруживает, что не только люди умеют музицировать.



Когда я перечитывал этот рассказ, готовя его для публикации в данном сборнике, я сообразил, что, пожалуй, именно здесь я впервые вывел людей-животных, которые впоследствии появляются во многих моих книгах, таких, например, как «Trader», «Someplace to Be Flying» («Покинутые небеса»), «Forests of the Heart».

– Вот только этогопередидомом дяди, глядявисящейЛиз. одной петле, ржавые инструментыиисвалка! Перед ней красовались груды розовых изоляционмне не хватало, – проворчала ных лент, автомобиль с оторванной дверцей, на обломки досок, разбитый грузовик, свертки пенополистирола, старая ванна – все, что когда-то было необходимо мастеру по ремонту, а потом оказалось брошенным под открытым небом.

Ее дядюшка Том Бохей занимался ремонтом всякого рода техники и работал дома на своей ферме, раскинувшейся прямо у большого озера Ридо. Озеро лежало в ста ярдах от заднего двора фермы, которую дядюшка сейчас тоже ремонтировал. Собственно, с этим ремонтом он возился уже два года, с тех пор как старый фермерский дом на холме сгорел. Дядя решил, что проще будет отремонтировать большой коттедж под холмом, чем отстраивать ферму заново. По мнению матери Лиз, для других дядя работал лучше некуда, а когда дело касалось его самого, особого рвения не проявлял.

Значит, подумала Лиз, лето она проведет все равно что на свалке металлолома. Лиз казалось, что она стоит среди декораций к фильму «Сэнфорд и сын», только здесь было еще безотраднее. Никаких признаков города поблизости, ни магазинов, ни кафе, ни торговых центров, ничего хоть сколько-нибудь интересного. Пастбища, заросли кустарника и каменистые склоны холмов. На выгоревшем лугу, расположенном между дорогой, ведущей к ферме, и холмом, сосед пасет коров. Так что, выйдя за пределы двора, смотри в оба, чтобы не вляпаться в коровью лепешку.

Блеск, а не место!

– Нет, правда, только этого мне и не хватало, – повторила Лиз.

– Чего тебе не хватало? – спросила ее двоюродная сестра, подошедшая сзади.

Стоявшие рядом девочки являли собой полную противоположность друг другу. Длинные темные волосы Энни Бохей были зачесаны назад, перехвачены и закручены в хвост. Большие карие глаза на округлом лице делали ее похожей на сову. Она любила мешковатые джинсы, спортивные туфли и футболки, все это отнюдь не красило ее пухлую фигуру. В отличие от нее, Лиз была худощавой и поджарой, джинсы туго обтягивали ее бедра, на футболке, открывавшей плечи, красовались череп с разинутым ртом и название группы «Мотли Крю», наряд довершали черные кожаные сапоги с узкими оббитыми носами, а короткие светлые волосы торчали в разные стороны.

– Не хватало всего вот этого! – ответила она, обводя рукой двор.

– Да брось! – отозвалась Энни. – Не так уж тут плохо.

«Возможно, и неплохо, если ничего лучшего ты даже не нюхала», – подумала Лиз, но тактично промолчала. В конце концов, она отправлена сюда на все лето. Незачем восстанавливать кузину против себя – кто знает, может, в предстоящие три месяца она будет единственной из сверстников, с кем ей придется общаться.

Вчера Энни показывала Лиз их владения. Они обогнули лесистый мыс, вдающийся в озеро, и вышли на песчаный пляж; купаться можно было и у причала возле дома, но там мешал каменистый берег. Потом они поднялись на вершину холма, которую Энни прозвала Луной. «И впрямь Луна», – подумала Лиз, когда они взобрались наверх. Широкая верхушка холма была плоская, выложенная известняком, белым, как мрамор, ручьи образовали здесь запруды, а вокруг площадки рос можжевельник и склонялись яблони, так что она и в самом деле казалась каким-то заоблачным местом.

С «Луны» они спустились по другому крутому склону к коровьей тропе, ведущей к дому. Однако когда тропа подошла к дороге, Энни не повернула домой, а направилась в другую сторону – к старой заброшенной ферме, по дорожке, вьющейся между пастбищами. Там и сям на их пути громоздились заржавевшие останки брошенной сельскохозяйственной техники, торчали еще не рухнувшие в траву дворовые постройки и сараи. Эти клетки из деревянных выгнутых ребер, поднимавшиеся высоко над землей, казались не привыкшей к таким зрелищам горожанке Лиз скелетами каких-то древних чудовищ.

По обе стороны дороги в скошенной траве темнели коровьи лепешки и, словно стойкие солдатики, вытягивались вверх прямые стебли чертополоха.

На вершине холма, где в тени раскидистых деревьев тропка сливалась с дорогой, стоял старый амбар, сохранившийся за все эти годы почти целым. Фундамент у него был каменный, а стены, сложенные из бревен, стали серыми от непогоды.

Внутри амбара в одном конце пол был настлан из досок, в другом застелен охапками сена. Здесь царил таинственный полумрак. Свет проникал сюда только через щели в стенах, где были оторваны доски, и от этих неожиданных снопов солнечных лучей тени в углах казались еще гуще. Лиз почувствовала, как манит ее эта таинственность, и в то же время ощутила странную тревогу.

С вершины холма девочки спустились прямо к озеру и по берегу вернулись домой. На этом путешествие закончилось.

Пока они все осматривали и лазили повсюду, Лиз сама удивлялась, как ей весело и интересно, но вечером, когда после ужина она выглянула в окно и увидела темные поля – а за городом тьма всегда особенно густая, – Лиз вдруг поняла, что вот и точка! За один день она обошла и увидела все, что можно было увидеть. Чем же она будет заниматься еще три летних месяца?

Ведь ей суждено проторчать здесь все лето! Ее выбросили сюда, как вышвырнули под открытое небо старые машины, ржавеющие на холме.

Последние несколько лет Лиз жилось все хуже и хуже. Когда ей было двенадцать, от них с матерью в самый канун Рождества ушел отец, и два года они о нем ничего не слышали. Сперва они даже почувствовали облегчение после его ухода – по крайней мере, кончились драки и скандалы, но потом мать Лиз начала выпивать и водить к себе приятелей – каждый выходной нового, так что Лиз приходилось все чаще ночевать у друзей или просто бродить по улицам, – домой идти не хотелось.

А потом мать устроилась на работу в гостиницу в Банфе.



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 51 |