WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 102 |

«поистине увлекательный процесс. Мири ам Саид очень помогла мне своими исследованиями в об ласти первоначального периода современной истории институтов ориентализма. Помим ...»

-- [ Страница 24 ] --

Текст, претендующий на то, чтобы содержать в себе знание о чем то действительно важном, и вырастающий из обстоятельств, аналогичных названным, не так то про сто выбросить из головы. За ним стоит определенный опыт. В нем аккумулирован авторитет академических уче ных, институтов и правительств, окружая его гораздо бльшим престижем, чем это мог бы обеспечить ему сам по себе практический успех. Самое важное в том, что по добные тексты могут порождать не только знание, но и саму описываемую ими реальность. Со временем такое знание и такая реальность создают традицию, или то, что Мишель Фуко назвал дискурсом, чье материальное при сутствие или вес (а вовсе не оригинальность отдельного автора) в действительности ответственны за возникаю щие в ее пределах тексты. Такого рода тексты состоят из предзаданных единиц информации, которые Флобер по местил в список ides reues. В свете всего сказанного посмотрим еще раз на Наполе она и де Лессепса. Все, что было им известно о Востоке, в той или иной степени пришло из книг, написанных в ори енталистской традиции и попавших в разряд ides reues.

Для них Восток подобен свирепому льву — это нечто, с чем сталкиваешься и с чем нужно суметь справиться — от части потому, что именно такой Восток стал возможен благодаря текстам. Этот Восток безмолвен, он беспрепят ственно позволяет Европе осуществлять свои проекты, которые затрагивают интересы местных жителей, но ни когда непосредственно перед ними не ответственны. Этот Восток не в силах противиться подобным специально для него разработанным проектам, образам или простым опи саниям. Ранее в этой главе я назвал такие отношения меж ду письмом Запада (и его последствиями) и молчанием Востока результатом и знаком большой культурной силы Запада, его воли к власти над Востоком. Но есть и иная сторона этой силы, сторона, существование которой зави сит от давления ориенталистской традиции и свойствен ного ей текстуального отношения к Востоку. Эта сторона существует в нашей жизни подобно тому, как книги про свирепых львов будут существовать до тех пор, пока львы не смогут нам как либо ответить. Перспектива, в которой редко рассматривают Наполеона и де Лессепса,— если брать среди авторов множества проектов, вынашивавших планы относительно Востока, только этих двух,— состоит в том, чтобы рассмотреть осуществление этих планов на фоне полного безгласия Востока,— в основном потому, что именно ориенталистский дискурс (сверх и помимо не способности Востока им противостоять) придает такой деятельности значение, вразумительность и реальность.

Ориенталистский дискурс плюс то, благодаря чему он оказался возможен (в случае Наполеона — это несомнен но бльшая военная мощь Запада в сравнении с Восто ком), дают нам того самого восточного человека, которого можно было представить в «Описании Египта», и тот са мый Восток, который можно было перекроить наново, как перекроил Суэцкий перешеек де Лессепс. Более того, именно ориентализм и обеспечил успех подобным дейст виям (по крайней мере так представляется с их точки зре ния, которая не имеет ничего общего с точкой зрения са мих восточных народов). Иными словами, успех имел все признаки действительно взаимовыгодного обмена между восточным человеком и западным, как и тот, о котором идет речь в рефрене Судьи «сказал я себе, сказал я» (said I to myself, said I) из «Суда присяжных». Коль скоро мы представили ориентализм как своего рода проекцию Запада на Восток и волю управлять по следним, нам предстоит столкнуться еще с несколькими неожиданностями. Если можно сказать, что такие исто рики, как Мишле, Ранке, Токвиль и Буркхардт, выстраи вали свои нарративы «как своего рода историю»,* то же самое верно и для ориенталистов, которые выстраивали историю Востока, его характер и судьбу на протяжении сотен лет. В течение XIX и XX веков число ориенталистов значительно возросло, потому что диапазон имагинатив ной и реальной географии сузился, потому что взаимоот ношения Востока и Запада определялись безостановоч ной европейской экспансией в поисках рынков, ресурсов и колоний и, наконец, потому что ориентализм завершил собственный метаморфоз, превратившись из научного дискурса в имперский институт. Свидетельства подобного метаморфоза очевидны в том, что я говорил о Наполеоне, де Лессепсе, Бальфуре и Кромере. Их проекты на Востоке лишь в самом первом приближении можно представить как действия гениальных и прозорливых людей, героев в смысле Карлейла. Действительно, действия Наполеона, де Лессепса, Кромера и Бальфура покажутся нам, скорее, вполне привычными и менее неожиданными, если вспом нить схематику д'Эребело и Данте и добавить к ним совре менный эффективный движитель (например, европей скую империю XIX века) и позитивный ракурс: поскольку никому не под силу аннулировать Восток онтологически (уже д'Эребело и Данте, по всей видимости, это понима ли), нам следует им овладеть, наладить с ним отношения, усовершенствовать его, радикально при этом переиначив.

Моя позиция состоит в том, что произошел переход от преимущественного текстуального восприятия, форму лирования или определения Востока к практическому ис пользованию этих позиций, и что ориентализм во многом связан (если только можно использовать этот термин бук вально) с перевернутым переходом. Если говорить об ори * White, Hayden. Metahistory: The Historical Imagination in Nineteenth Century Europe. Baltimore: Johns Hopkins University Press, 1973. P. 12. См.: Уайт Х. Метаистория: историческое воображение в XIX веке. Екатеринбург, 1999. С. 25–26.

ентализме как о сугубо научной деятельности (а я пытался показать, что идею научной деятельности как незаинтере сованного и абстрактного познания не так то просто по нять, хотя и можно допустить ее умом), на его счету зна чительные достижения. На пике его расцвета в XIX веке появились ученые ориенталисты, увеличилось число изу чаемых на Западе языков и количество изданных, переве денных и прокомментированных манускриптов, не так уж редко появлялись исследователи, которые относились к Востоку с симпатией и с неподдельным интересом зани мались такими вопросами, как грамматика санскрита, финикийская нумизматика и арабская поэзия. Тем не ме нее — и здесь не должно быть недомолвок — ориентализм подмял под себя Восток. Как система мышления по пово ду Востока, он всегда восходил от специфически челове ческих деталей к надчеловеческим обобщениям. На осно ве творчества какого нибудь арабского поэта X века ори ентализм переходил к рассуждениям о политике в отно шении (и по поводу) восточной ментальности в Египте, Ираке или Аравии. Аналогичным образом стих из Корана мог считаться лучшим свидетельством неискоренимого сладострастия мусульман. Ориентализм воспринял Вос ток неизменным, абсолютно отличным от Запада (причем причины такой позиции от эпохи к эпохе менялись). Ори ентализму, как он сформировался после XIX века, нико гда не удавалось подвергнуть самого себя ревизии, крити чески к себе отнестись. Все это вместе делает появление Кромера и Бальфура в качестве наблюдателей и управите лей Востока совершенно неизбежным.

Близость между политикой и ориентализмом — или, выражаясь более осмотрительно, огромная вероятность того, что почерпнутые из ориентализма идеи могли быть использованы в восточной политике,— является важной, хотя и чрезвычайно деликатной темой. Это ставит вопрос об обвинительном или оправдательном уклоне, научной объективности или ответственности группы давления в таких сферах, как изучение чернокожих или женщин. Это также вызывает беспокойство по поводу культурных, ра совых или исторических обобщений, их использования, ценности, степени объективности и принципиальной на правленности. Но более всего привлекают внимание те политические и культурные обстоятельства, при которых западный ориентализм процветал на фоне униженного положения Востока или восточного человека в качестве объекта исследования. Могут ли быть с ориентализиро ванным Востоком, который так точно охарактеризовал Анвар Абдель Малик, какие то иные отношения, нежели политические отношения господина раба?

А) На уровне положения проблемы и проблематично го, … Восток и восточные люди [рассматриваемые ориен тализмом] как «объект» исследования отмечен печатью «инаковости» — как и все отличающееся, будь то «субъ ект» или «объект» — но «инаковости» конститутивной, сущностного рода … Такой «объект» исследования, как это обычно и бывает, должен оставаться пассивным, обладать «исторической» субъективностью, кроме того, не быть ак тивным, самостоятельным, суверенным в отношении себя самого: единственный Восток, восточный человек, или «субъект», который здесь допускается (да и то в крайнем случае),— это, выражаясь философски, отчужденное бы тие, т. е. иное в отношении самого себя, выявленное, по нятое, определенное — и исполненное — другими.

Б) На уровне тематическом [ориенталисты] приняли эссенциалистскую концепцию изучаемых стран, наций и народов Востока, концепцию, выражающуюся в характер ной этнической типологии, … которая вскоре скатывается к расизму.

С позиции традиционного ориентализма должна быть некая сущность (иногда это явственно выражается в мета физических терминах), что является неотчуждаемой об щей основой для рассмотрения всего сущего. Эта сущ ность является одновременно и «исторической», посколь ку отсылает к началу истории, и фундаментальным обра зом а исторической, поскольку она пронизывает собой сущее, «объект» изучения в его неотчуждаемой и неразви вающейся специфичности, вместо того чтобы определять его, как и все прочие существа, страты, нации, народы и культуры,— как продукт, результат действующих в сфере исторической эволюции сил.

Таким образом, дело заканчивается типологией,— ос нованной на реально существующей специфичности, но оторванной от истории и, следовательно, постигаемой как нечто неосязаемое, сущностное — что делает «объект» изу чения другим существом, по отношению к которому по знающий субъект оказывается трансцендентным. В итоге мы получаем хомо китаикуса, хомо арабикуса (или даже хомо египтикуса, почему нет), хомо африкануса и челове ка вообще (в смысле «нормального человека»), под кото рым подразумевается европеец исторического периода, т. е. после античной Греции. Всякому ясно до какой степе ни, начиная с XIX и по XX век, разоблаченная Марксом и Энгельсом гегемония владетельных меньшинств и вскры тый Фрейдом антропоцентризм связаны с европоцентриз мом в области гуманитарных и социальных наук и в осо бенности тех из них, которые имеют непосредственное от ношение к неевропейским народам.* Абдель Малик говорит о собственной истории ориента лизма, которая в соответствии с представлением о «Вос токе» конца XX века ведет его в описанный выше тупик.

Позвольте нам кратко проследить ход этой истории, на чиная с XIX века, рассмотреть, каким образом он приоб ретает вес и силу, «гегемонию владетельных меньшинств»

и антропоцентризм вкупе с европоцентризмом. С послед них десятилетий XIX века и по крайней мере в течение следующих полутора веков в ориентализме как дисципли не лидирующую роль играли Англия и Франция. Великие филологические открытия в сравнительной грамматике, сделанные Джонсом, Францем Боппом, Яковом Гримом и другими, первоначально были всецело обязаны ману скриптам, попадавшим с Востока в Париж и Лондон.

* Abdel Malek, Anwar. Orientalism in Crisis // Diogenes. Winter 1963.

Vol. 44. P. 107–108.



Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 102 |
 


Похожие работы:

«Виктор Викторович Конецкий Невезучий Альфонс (сборник рассказов) Содержание Невезучий Альфонс Кошмарная история с моим бюстом Наш кок Вася Петр Нниточкин к вопросу о психической несовместимости Петр Ниточкин к вопросу о матросском коварстве Фома Фомич в институте красоты Повседневность и некоторые исключения из нее Единство и борьба противоположностей в Фоме Фомиче Фомичеве Необыкновенная Арктика Арктическая Комаринская Сценаристы и режиссеры в море Артист Как я первый раз командовал кораблем...»

«УТВЕРЖДАЮ Руководитель ООП подготовки Магистров Д.ф.н., проф. Николаева С.Ю. 2012 г. Учебно-методический комплекс по дисциплине М2.В.ОД.8. Редакционная подготовка переводных изданий (наименование дисциплины, курс) Для студентов _2 курса магистратуры Направление 035000 (м) Издательское дело (шифр, название направления подготовки) _Редакционная подготовка изданий (название специализированной программы подготовки магистров) Обсуждено на заседании кафедры Составитель: 3 07 2012 г. Протокол № 11 Д....»

«ИСТОРИЯ РЕЛИГИЙ И СЕКТОВЕДЕНИЕ диакон Константин Павлюченко* К ВОПРОСУ О ВОЗНИКНОВЕНИИ, ИДЕОЛОГИИ И СТРУКТУРЕ СИКХИЗМА В статье рассматривается история возникновения, вероучение и религиозный культ сикхизма. Учение, возникшее в на рубеже XV — XVI вв., сегодня является одной из религий Индии, ее последователи составляют примерно 2% от общего населения этой страны. Доктрина сикхизма представляет собой своеобразный сплав ислама и индуизма. В заключении автор анализирует учение сикхов с позиций...»

«АННОТАЦИЯ: В статье рассматривается генезис теории созидательного альтруизма Питирима Сорокина. Среди факторов, повлиявших на появление и развитие теории альтруизма, выделены: биография П.А. Сорокина, отечественная социально-философская традиция и ее осмысление П.А. Сорокиным в ранних работах, поиски путей трансформации человека и общества через утопический проект раннего этапа творчества, а также интегральная методология П.А. Сорокина как пролог создания идеи альтруизма. А.Ю. Долгов ГЕНЕЗИС...»

«ВОЕННОЕ ИСКУССТВО Н.В. АГЕЕВ — Противовоздушная оборона войск по опыту Первой мировой войны N.V. AGEEV – Antiaircraft defense of the forces from the experience of World War I Аннотация. В статье рассматривается история развития противовоздушной обороны войск, а также опыт боевых действий подразделений ПВО в ходе Первой мировой войны. Ключевые слова: противовоздушная оборона; воздушная цель; противосамолетная батарея. The summary. In article the history of development of antiaircraft defence of...»

«Абу Бакр ас-Сыддик Первый праведный халиф. История Халифата ‘Али Мухаммад ас-Салляби Абу Бакр ас-Сыддик Первый праведный халиф Москва | Умма | 2011 УДК 28-3(092) ББК 86.38 С16 Перевела с арабского Умм Иклиль (Екатерина) Сорокоумова Ответственный редактор Кабир Кузнецов ас-Салляби, ‘Али Мухаммад С16 Абу Бакр ас-Сыддик. Первый праведный халиф  /  Пер. с араб. Е. Сорокоумовой. — М. : Умма, 2011. — 560 с. — Часть текста парал. рус., ар. — (История Халифата). ISBN 978-5-94824-146-3 (серия История...»

«Polina8 Я.А. Пляйс доктор исторических наук, профессор кафедры политологии Финансовой академии при правительстве РФ ПОЛИТОЛОГИЯ В РОССИИ:ИТОГИ ПЕРВОГО ДЕСЯТИЛЕТИЯ РАЗВИТИЯ В данной статье речь пойдет о становлении политической науки в России как науки систематизированной, науки в полном смысле слова, со всеми ее неотъемлемыми слагаемыми. К этим слагаемым, как известно, относится не только теоретическая база, заимствованная в целом у западной политологии, но и все то, без чего наука не может...»

«Оздоровительные упражнения Древнего Китая Джет Лин 2 Книга Джет Лин. Оздоровительные упражнения Древнего Китая скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! 3 Книга Джет Лин. Оздоровительные упражнения Древнего Китая скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! Лин Джет Оздоровительные упражнения Древнего Китая 4 Книга Джет Лин. Оздоровительные упражнения Древнего Китая скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! ВВЕДЕНИЕ Уникальные...»

«Протоиерей А. В. Васин Подобно росе? Образ росы в масоретском тексте Пс. 109(110):3 и его мессианская значимость на основе библейского текста и богослужебной литературы Православной Церкви Росодательную убо пещь содела Ангел, преподобным отроком, халдеи же опаляющее веление Божие, мучителя увеща вопити: благословен еси, Боже отец наших. Ирмос 7-ой песни канона 6-го гласа. Из пламене преподобным росу источил еси, и праведнаго жертву водою попалил еси, вся бо твориши, Христе, токмо еже хотети. Тя...»

«ИСПОВЕДЬ ПОБЕДЫ ЭВОЛЮЦИЯ СИСТЕМЫ КУДРИНА Предисловие Александра Нагорного Москва • Книжный мир • 2014 Андрей Гуськов Исповедь победы. Эволюция системы Кудрина. Предисловие А.А. Нагорного. – М.: Книжный мир, 2014. – 448 с. ISBN 978-5-8041-0680-6 Не сразу я пришел к тому, чем занимаюсь сейчас: вопросами землеустройства и проблемами переселения. Некоторое время, проработав в бизнесе, я пришёл к душевной потребности работать во благо. Во благо страны, людей, семьи, члены которой не мыслят свою...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.