WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 102 |

«поистине увлекательный процесс. Мири ам Саид очень помогла мне своими исследованиями в об ласти первоначального периода современной истории институтов ориентализма. Помим ...»

-- [ Страница 2 ] --

Я начал с предположения, что Восток не является инертным фактом природы. Он не просто есть, так же как есть сам Запад. Нам следует серьезно отнестись к глубоко му наблюдению Вико о том, что люди творят свою исто рию сами, и то, что они могут познать, зависит от того, что они могут сделать,— и распространить его на географию, поскольку и географические, и культурные сущности (не говоря уже об исторических) — такие, как отдельные ме стоположения, регионы, географические сектора, как «Запад» и «Восток» — рукотворны. А потому так же, как и сам Запад, Восток — это идея, имеющая историю и тради цию мышления, образный ряд и свой собственный сло варь, обусловившие их реальность и присутствие на Запа де и для Запада. Таким образом, эти две географические сущности поддерживают и до определенной степени от ражают друг друга.

Сделав такое заявление, нам придется развернуть его в ряде обоснованных оговорок. Первая из них состоит в том, что было бы неправильно считать, будто Восток — это по существу идея, или создание, не имеющее отноше ния к реальности. Когда Дизраэли говорит в своем романе «Танкред», что Восток — это профессия, он имеет в виду, что интерес к Востоку станет для блестящих молодых представителей Запада всепоглощающей страстью. Не верно было бы понимать его так, будто для человека Запа да Восток — это только профессия. Были прежде (и есть сейчас) культуры и нации, которые пространственно рас полагаются на Востоке, и их жизнь, история и обычаи со ставляют грубую реальность — очевидно, большую, чем все, что только могло быть о них сказано на Западе. По этому поводу наше исследование ориентализма мало что может добавить, разве что признать его в явной форме.

Однако феномен ориентализма в том его виде, в каком о нем пойдет речь здесь, связан не столько с соответствием между ориентализмом и Востоком, но с внутренней со гласованностью ориентализма и его представлений по по воду Востока (Восток как профессия), вопреки и помимо всякого соответствия или его отсутствия с «реальным»

Востоком. Моя позиция состоит в том, что заявление Дизраэли по поводу Востока относится преимущественно к той рукотворной согласованности, к тому упорядочен ному множеству идей, которое представляется самым важным в отношении Востока, а не просто, по выраже нию Уоллеса Стивена, к его существованию.

Вторая оговорка состоит в том, что эти идеи, культуру и историю невозможно понять сколько нибудь серьезно без учета их силы, или, точнее, конфигурации власти. Ве рить в то, что Восток рукотворен — или, как я говорю, «ориентализирован» — и в то же время верить в то, что это произошло всего лишь в силу закономерностей воображе ния, значит быть совершенно неискренним. Отношение между Западом и Востоком — это отношение силы, гос подства, различных степеней комплексной гегемонии, что вполне точно отражено в заглавии классического тру да К. М. Паниккара «Азия и господство Запада».* 4 Восток подвергся «ориентализации» не только потому, что от крылся его «ориентальный» характер во всех тех смыслах, которые считались общим местом в Европе середины XIX века, но также и потому, что его можно было сделать «ориентальным» (т. е. его вынудили быть таковым). Так, например, вряд ли можно согласиться с тем, что встреча Флобера с египетской куртизанкой задала получившее широкое хождение модель восточной женщины: она ни когда не говорит о себе, никогда не выдает своих эмоций, присутствия или истории. Он говорил за нее и представ лял ее. Он — это иностранец, сравнительно хорошо обес печенный мужчина. Таковы были исторические обстоя тельства доминирования, что они не только позволили ему обладать Кучук Ханем физически, но и говорить за нее и поведать читателям, в каком смысле она была «ти пично восточной» женщиной. Моя позиция состоит в том, что ситуация силы у Флобера в отношении Кучук Ха нем — это вовсе не изолированный, единичный случай.

Он лишь удачно символизирует схему распределения силы между Востоком и Западом и дискурс о Востоке, ко торому Кучук Ханем дала возможность проявиться.

Это подводит нас к третьей оговорке. Не следует думать, будто структура ориентализма — это нагромождение лжи, или миф, который рассыплется в прах, как только прозву чит правда. Сам я уверен, что ориентализм более ценен как знак европейско атлантической власти над Востоком, чем в качестве правдивого дискурса о Востоке (каким он представляет себя в академической или научной форме).

Тем не менее то, что нам следует уважать и попытаться по нять — это явную и неразрывную силу ориенталистского * Panikkar K. M. Asia and Western Dominance. London: George Allen & Unwin, 1959.

дискурса, его устойчивые связи с подкрепляющими его социоэкономическими и политическими институтами, его вызывающую почтение долговечность. Как бы то ни было, всякая система идей, которой удавалось оставаться неизменной и притом пригодной для передачи знаний (в академической среде, книгах, на конгрессах, в универ ситетах, институтах внешней политики) со времен Эрне ста Ренана в конце 1840 х вплоть до современных Соеди ненных Штатов, должна быть чем то более значитель ным, чем простое нагромождением лжи. А потому ориен тализм — это не легкомысленная европейская фантазия по поводу Востока, но рукотворное тело теории и практи ки, в которое на протяжении многих поколений шли зна чительные материальные инвестиции. Длительные инве стиции сделали ориентализм как систему знания о Восто ке признанным фильтром, через который Восток прони кал в западное сознание, точно так же те же инвестиции умножили — и сделали действительно продуктивными — положения, проникающие из ориентализма в культуру в целом.

Грамши ввел полезное аналитическое различение между гражданским и политическим обществом, в котором первое состоит из добровольных (или по крайней мере ненасильст венных) объединений, таких как школы, семьи и союзы, а последнее — из государственных институтов (армия, поли ция, центральная бюрократия), чья роль в политике состоит в непосредственном господстве. Конечно, культура дейст вует в пределах гражданского общества, где влияние идей, институтов и других людей осуществляется не через господ ство, но через то, что Грамши назвал согласием. В любом не тоталитарном обществе определенные культурные формы доминируют над другими точно так же, как определенные идеи более влиятельны, чем другие; формой такого культур ного лидерства является то, что Грамши определил как геге монию — важное понятие для понимания культурной жизни индустриального Запада. Именно гегемония, или, скорее, результат культурной гегемонии в действии придает ориен тализму те прочность и силу, о которых шла речь выше. Ори ентализм никогда далеко не удаляется от того, что Денис Хэй (Hay) назвал идеей Европы,* коллективного понятия, определяющего «нас», европейцев, в противоположность всем «им», не европейцам, и действительно можно утвер ждать, что основным компонентом европейской культуры является именно то, что обеспечивало эту культурную геге монию как внутри, так и вне Европы: идея европейской идентичности как превосходства над всеми другими неевро пейскими народами и культурами. Вдобавок ко всему суще ствует гегемония европейских идей по поводу Востока, сама утверждающая снова и снова превосходство Европы над восточной отсталостью, как правило, не допускающая воз можности того, что некий более независимый или скепти чески настроенный мыслитель может иметь и другие взгля ды по этому поводу.

Ориентализм почти всегда зависел в своей стратегии от этого гибкого позиционального превосходства, которое предоставляет западному человеку целый ряд возможных отношений с Востоком, сохраняя при этом его верховен ство. Да и могло ли быть иначе, особенно в период исклю чительного доминирования Европы с конца Ренессанса и до наших дней? Естествоиспытатель, ученый гуманита рий, миссионер, торговец или солдат был на Востоке (или думал о нем) потому, что мог быть там (или мог думать о нем), не встречая серьезного сопротивления со стороны его прошлого. В общем русле знаний о Востоке и под при крытием зонтика западной гегемонии над Востоком с конца XVIII века появился комплексный Восток, пригод ный и для изучения в академической среде, и для экспо зиции в музеях, для реконструкции в колониальной адми нистрации, для теоретической иллюстрации в антрополо * Hay, Denys. Europe: The Emergence of an Idea. 2nd ed. Edinburgh:

Edinburgh University Press, 1968.

гических, биологических, расовых и исторических дис сертациях о человечестве и Вселенной, для примеров в экономических и социологических теориях развития, ре волюции, культурной личности, национального и религи озного характера. Кроме того, имагинативное исследова ние Востока основывалось более или менее исключитель но на полновластном западном сознании, из неоспори мой центральности которого появился восточный мир — вначале в соответствии с общими идеями о том, кто или что такое восточный человек, затем в соответствии со скрупулезной логикой, направляемой не одной только эмпирической реальностью, но и сонмом желаний, ре прессий, инвестиций и проекций. И если можно говорить о великих, подлинно научных ориенталистских работах, таких как «Арабская хрестоматия» («Chrestomatie arabe») Сильвестра де Саси или «Сообщение о нравах и обычаях современных египтян» Эдварда Уильяма Лэйна, то следу ет отметить, что расовые идеи Ренана и Гобино исходили из того же импульса, что и большинство викторианских порнографических романов (см. их анализ в книге Стиве на Маркуса «Сладострастный турок»*).

И тем не менее следует постоянно задавать себе вопрос, что в ориентализме важнее: попирающая массу материала общая совокупность идей, неоспоримо пропитанных иде ей европейского превосходства, разного рода расизма, империализма и тому подобное, догматическими взгляда ми по поводу «восточного человека» как своего рода иде альной и неизменной абстракции, или куда более разно образная работа, проделанная бесчисленными отдельны ми авторами, которых можно взять в качестве отдельных примеров индивидов, имеющих дело с Востоком. В опре деленном смысле обе эти альтернативы — общая и част * Marcus, Steven. The Other Victorians: A Study of Sexuality and Pornography in Mid Nineteenth Century England. 1966; reprint ed.

N. Y.: Bantam Books, 1967. P. 200–219.

ная — представляют собой два подхода к одному и тому же материалу: в обоих примерах приходится иметь дело с пионерами в этой сфере, такими как Уильям Джонс, и ве ликими художниками, как Нерваль или Флобер. И поче му же нельзя воспользоваться обоими этими подходами вместе или же по очереди? Не существует ли явной опас ности искажения (точно того типа, к какому всегда был склонен академический ориентализм), если систематиче ски придерживаться либо слишком общего, либо слиш ком специфического уровня описания?

Мне хотелось бы избежать искажений и неточностей, или, скорее, неточностей определенного рода, обусловлен ных излишне догматичной генерализованностью или из лишней позитивистской локализованностью внимания.

Пытаясь совладать с обеими этими проблемами, я стремил ся работать с тремя основными аспектами нашей совре менной реальности, которые, как мне кажется, указывают выход из отмеченных выше методологических затрудне ний. Иначе эти затруднения могут увести нас в первом слу чае в грубую полемику на столь неприемлемо обобщенном уровне описания, что это не будет стоить затраченных уси лий, а во втором случае — в разработку детализированной и атомистичной серии анализов ценой утраты возможности выхода на общие линии силы, формирующей это поле и придающей ему характерную убедительность. Как можно учесть индивидуальность и примирить ее с ее разумным, но ни в коем случае не пассивным или просто диктаторским общим и гегемонистским контекстом?

Я упомянул ранее о трех аспектах моей текущей реаль ности, настало время пояснить и кратко их обсудить так, чтобы было ясно, каким образом я пришел к такому роду исследования и письма.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 102 |
 


Похожие работы:

«2 Оглавление Чеченская память пока я буду жив. Мои годы История для моих детей Под бомбежками День артиллериста Пока я буду жив. Мы пережили три войны Самашки Небо над Гудермесом Я соберу своих детей. Бохча моей бабушки Я из тейпа терло Опять война Я чеченка, дочь чеченцев Где я соберу своих детей? Мой прадед - Салам-молла Чеченская семья: связь...»

«ОККУЛЬТНЫЕ ТАЙНЫ НКВД И СС Посвящаю деду моему, Василию Антоновичу, прошедшему самую жестокую из войн и сумевшему победить. Автор выражает благодарность Александру Ивановичу Колпакиди за предоставленные материалы и помощь в работе над этой книгой. А также — Николаю Михайловичу Петрову-Воджи за интересные рассказы и замечательные стихи. Антон Первушин Оккультизм в НКВД и СС Содержание Ещё один великолепный миф, или Необходимое авторское предуведомление. Часть первая. Оккультные тайны НКВД. 1.1....»

«ЧЕМУ МЫ МОЖЕМ ПОУЧИТЬСЯ У ИЗРАИЛЯ Благословила ли Церковь кремацию чад своих? КАКОЮ МЕРОЙ МЕРИМ Наши трагедии – случайности или закономерности? Минск • Братство в честь святого Архистратига Михаила • 2010 Допущено к печати Издательским Советом Белорусской Православной Церкви Решение №4 от 21.09.2010 Рецензенты: протоиерей Виталий Антоник, профессор, кандидат богословия; протоиерей Феодор Кривонос, кандидат богословия; В.А. Теплова, профессор, кандидат исторических наук Первая часть книги...»

«ОТ СОЛДАТА ДО ГЕНЕРАЛА Воспоминания о войне Том 7 Москва Академия исторических наук 2006 УДК 82-92”1941/45” ББК 84Р7-4 О-80 7 О 80 От солдата до генерала. Воспоминания о войне. Том 7. — М.: Академия исторических наук, 2006.- 533 с. ISSN 1818-6688 (print) ISSN 1818-6689 (on-line) ISBN 5-903076-03-3 (т.7) ISBN 5-903076-05-Х В настоящем томе публикуются воспоминания советских участников боевых действий Второй мировой войны, подготовленные ими в рамках целевой программы Академии исторических наук....»

«Тверской край в годы Великой Отечественной войны Книга для учащихся Тверь 2009 ББК 63.3(2Рос-4Тве)622я72 УДК 94(470.331).084.89(075) Т26 Авторы-составители: В. М. Воробьёв, И. Н. Победаш Рецензенты: А. В. Борисов, доцент Тверского государственного университета В. И. Лавренов, канд. истор. наук, доцент Российского государственного гуманитарного университета Тверской край в годы Великой Отечественной войны : Книга Т26 для учащихся / авт.-сост. В. М. Воробьёв, И. Н. Победаш. – Тверь: СФК-офис,...»

«Рабочая программа по истории 9 класс Пояснительная записка Рабочая программа по истории для учащихся 9-х классов составлена в соответствии с требованиями федерального компонента государственного образовательного стандарта основного общего образования (Приказ Минобразования России от 5 марта 2004 г. № 1089 Об утверждении федерального компонента государственных образовательных стандартов начального общего, основного общего и среднего (полного) общего образования), федерального базисного учебного...»

«А.Ю. Мельвиль, М.В. Ильин Е.Ю. Мелешкина, М.Г. Миронюк, Ю.А. Полунин И.Н. Тимофеев,О.Г. Харитонова, Я.И. Ваславский Как измерить и сравнить уровни демократического развития в разных странах? (По материалам исследовательского проекта Политический атлас современности) Москва МГИМО-Университет 2008 Научнокоординационный совет по международным исследованиям МГИМО (У) МИД России А.Ю. Мельвиль, М.В. Ильин, Е.Ю. Мелешкина, М.Г. Миронюк, Ю.А. Полунин, И.Н. Тимофеев, О.Г. Харитонова, Я.И. Ваславский Как...»

«В СУРОВЫЕ ГОДЫ ВОЙНЫ Р едакци онн ая коллегия: Д. В. К о ч у р а (отв. редактор), А. И. Б о р о в с к и й, А. А. К а з н а ч е е в (зам. отв. редактора), К. Р. К и п к е е в, | Л. Н. Л о з а н о в и ч|, | В. И. С и в к о в.| щ в д Xт С иЛ еи С г и й 11203 М159С03)—78 Без объявлС тавроп ольское книжное и зд ател ьство, 1978 г. ВВЕДЕНИЕ Эта книга воскреш ает героические страницы истории народного подвига в годы Великой Отечественной войны, повествует о том, как сражались против немецко-фа­...»

«Po.. Автор, название / Autor, nzev poet 1. Петросян, М. Дом, в котором. 1 2. Набоков, В. Совершенство 1 3. Гузеева, Н. Петя Пяточкин и веселая суматоха 1 4. Полжизни за коня 1 5. Колесов, В.В. Гордый наш язык. 1 6. Вербицкая, Л.А. и др. Давайте говорить правильно! Трудности современного русского произношения и 1 ударения 7. Крюкова, Т. Свистать всех наверх!: повесть-сказка 1 8. Крюкова, Т.Ш. Потапов, к доске!: рассказы, стихи 1 9. Никольская-Эксели, А. Приключения чёрной таксы: приключенческая...»

«ИСТОРИЧЕСКАЯ ЭТНОГРАФИЯ Выпуск 3 МАЛЫЕ ЭТНИЧЕСКИЕ И ЭТНОГРАФИЧЕСКИЕ ГРУППЫ Сборник статей, посвященный 80 летию со дня рождения профессора Рудольфа Фердинандовича Итса Ответственный редактор В. А. Козьмин Санкт Петербург 2008 356 “., [2] /K.,. ПРЕДИСЛОВИЕ 1 октября 2008 г. заместителю директора, руководителю Ленинградской части Института этнографии им. Н. Н. Миклухо Маклая АН СССР, заведую щему кафедрой этнографии и антропологии Ленинградского государственно го университета, востоковеду,...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.