WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 33 | 34 || 36 | 37 |   ...   | 58 |

«НАУЧНОЕ ИЗДАНИЕ РОССИЯ И РЕВОЛЮЦИЯ: прошлое и настоящее системных кризисов русской истории Сборник научных статей (к 95-летию Февраля—Октября 1917 г.) Москва 2012 УДК 94 ...»

-- [ Страница 35 ] --

Выступления в дискуссии можно разделить на две части — концептуальные и посвященные конкретным вопросам. Цель настоящей статьи — осветить теоретикометодологический аспект дискуссии.

1. «Определяйте значение слов» (Р. Декарт):

Прежде всего участники дискуссии попытались определить, как соотносятся смута и революция. Только для одного из выступавших — В. Д. Соловья — это одно и то же8, другие участники дискуссии попытались провести разграничения.

Так, по мнению И. А. Анфертьева, революция — это то, что «уничтожает препятствия на пути прогресса», при этом «кардинальным образом меняется социальнополитический облик и весь уклад жизни общества», революция «удовлетворяет запросы наиболее значительной части населения»9. В отличие от этого, смута не ведет к качественным изменениям, существующий социальнополитический строй сохраняется. С этой точки зрения, по мнению Анфертьева, события 1917 и 1991 гг. — это революция, а 1905—1917 гг. — нет10. Кроме того, события рубежа 1920—1930 гг. — это революция (в этом И.А. Анфертьев согласен с тезисом А.М. Колганова о «второй революции большевиков 1929—1930-х»11), с помощью которой Сталин преодолел смуту12. Смута, считает историк, может предшествовать революции, но революция может произойти и без периода смутного времени. «Пример — революция августа 1991 г. в России, когда в достаточно мирной обстановке Советский Союз распался, а советская власть и ее становой хребет в лице компартии ушли в небытие»13.

Анфертьев затронул очень интересную проблему, порождающую следующий вопрос: а не был ли распад СССР и революция августа 1991 г. началом смуты? Если да, то ошибочно противопоставлять смуту и революцию в долгосрочном контексте, а собственно в таком контексте и должен рассуждать историк, памятуя броделевское «событие — это пыль». Есть сомнение и в степени бескровности распада СССР — в любом случае это вопрос спорный.

Спорным также представляется и тезис о том, что существовавшая в СССР власть ушла в небытие. Власть — это ведь не только фасад, это организационные и финансовоинформационные структуры. С учетом появившейся в последнее десятилетие информации становится ясно, что во второй половине 1980-х гг. из СССР выводились огромные средства, которые вкладывались в западную экономику, превращаясь в частные и корпоративные активы, создавалась инфраструктура — все это для сохранения контроля над страной в новых условиях. Сомневающихся отсылаю к служебной записке В. И. Ивашко М. С. Горбачеву (секретный документ 15703, август 1990 г.; открыто опубликован в 1992 г.) и ряду аналогичных документов.

Ну а с двумя конкретными тезисами Анфертьева просто нельзя согласиться, поскольку они не соответствуют действительности. Первое: Ленин с горсткой последователей никак не мог выйти победителем с государственным возвращения Ленина в Россию в апреле 1917 г.

самодержавие уже рухнуло, оказавшись той самой гнилой стеной из апокрифа о молодом Ульянове. Второе: по поводу августа 1991 г. Анфертьев пишет, что это стало результатом следующего порочного круга: «…чем больше власть подавляла недовольство, а не устраняла причин его возникновения, тем больше это недовольство накапливалось.

И рано или поздно этот конфликт между властью и народом должен был разрешиться»15 — разрешением стал 1991 г.

У меня вопрос: это где же и как же горбачевская власть образца 1985—1987 гг. и тем более 1988—1991 гг.

подавляла недовольство народа? Напротив, это недовольство существующей системой с помощью яковлевских СМИ она всячески стимулировала. 1991 г. стал результатом совсем иных процессов и механизмов, чем полагает Анфертьев. Но вернемся к смутореволюциям.

С. Ю. Разин трактует смуту как системный кризис, масштабный настолько, что охватывает физическое и метафизическое пространство социума и соразмерен империи, в которой происходит16, в данном случае — Российской. Вообще, по мнению П.П. Марченя и С. Ю. Разина17, подлинное понимание смысла и социокультурного механизма Русской Смуты невозможно вне осмысления феномена империи18. В том, что смута — это системный кризис государственности, согласна и Е. В. Павлова, по мнению которой смута — это, помимо прочего, и кризис представлений о том, какой должна быть власть19. Перефразируя М. Булгакова, можно сказать, что смута — это и смута в головах. «Смутные времена, — пишет С. Ю. Разин, — в российской истории наступают тогда, когда Власть перестает, с точки зрения массового сознания, быть “своей”, перестает соответствовать той цивилизационной задаче, той Миссии, которая на нее возложена. В этом случае народные массы приводят на политический Олимп новую элиту, поведение и идеи которой резонируют с их сознанием»20.

В докладе А. М. Колганова представлена следующая диалектика смуты: смута может вылиться в революцию, и тогда смута становится формой революционных событий, но революция не всегда протекает как смута, характерной чертой которой является распад государственности21.

В. П. Булдаков считает, что «понятие… революции использовалось по преимуществу теоретиками (а также легковесными политиками), а образ смуты — писателями, художниками, которые опирались на житейские народные представления и собственную интуицию. Те и другие фактически говорили на разных языках, причем первые грешили схоластичной умозрительностью, вторые — вульгарным эмпиризмом. Между тем логическое отличие смуты от революции может состоять лишь в том, что в ней модернизационный компонент, напротив, приглушен либо отсутствует вовсе. В известном смысле соотношение смуты и революции отражает новые и старые представления об истории, связанные, в свою очередь, с эпохой Просвещения.

Сложно говорить о революции применительно, скажем, к дворцовым переворотам, хотя формально революция означает именно переворот. Смута — заведомо архаичное явление, некое коловращение, случающееся по преимуществу в традиционалистской среде; революция, напротив, обязана своим появлением эпохе Модерна.

Использование термина “смута” уместно при характеристике бытового восприятия всякой нестабильности — в том числе и революции. К тому же, смута несет на себе отпечаток эмоциональной, преимущественно субъективной оценки события»22.

Отсюда вопрос: могла ли в России произойти собственно революция, если известно, что численно преобладающая масса непременно повернет процесс вспять?

Для В. П. Булдакова «смута» — это образ, а не понятие23 (то, что «это всего лишь образ», утверждает и Б. Ф. Славин24), и образ этот представляется ему более емким и более точно соответствующим реалиям системного кризиса в архаичной среде, чем понятие «революция», навеянное отнюдь не бесспорными аналогиями с Великой Французской революцией.

Вот такой разброс мнений. Начнем с вопроса о соотношении прогресса и революции. Прав В.Д. Соловей, заметивший, что революция далеко не всегда связана с прогрессом, как это считает И. А. Анфертьев. Кстати, у последнего налицо противоречие: если революция по его определению должна удовлетворять запросы наиболее значительной части населения, то август 1991 г., вопреки тезису Анфертьева, это никак не революция, поскольку эти события привели к резкому ухудшению жизни огромной части населения, вызвав регресс в экономической, социальной и духовной сферах. При этом августовские события 1991 г. вкупе с обусловленными ими «реформами»

Гайдара (по сути — массовой экспроприацией населения) изменили социально-экономический строй, т. е. были революцией. Кроме того, помимо социально-экономических революций бывают революции политические, и события 1905—1907 гг. — это, конечно же, политическая революция, у которой, впрочем, были и социально-экономические «хвосты».

Вообще же, как правило, кратко-, а иногда и среднесрочным результатом революций становится разрушение производительных сил, ухудшение экономического положения значительных по численности слоев, нередко — большинства, т. е. регресс. И это естественно: если революция есть выход из системного кризиса, его преодоление в условиях краха, развала прежней социальной системы, то, во-первых, этот выход всегда осуществляется за счет кого-то; во-вторых, в потоке кризисно-революционного времени люди выбирают из двух зол — хаос или новый порядок, отличающийся более жестким социальным контролем от старого порядка, более скудным «экономическим рационом» и обладающий своей социальной несправедливостью (например, наполеоновская эпоха и Реставрация во Франции, СССР в 1920—30-е гг. — особенно в описании Ю. Олеши/А. Белинкова: ситуация превращения тибулов и просперо в новых «толстяков»).

А вот события конца 1920-х — начала 1930-х гг. — это, действительно (правы И.А. Анфертьев и А.М. Колганов), — революция, причем вдвойне: 1) она кардинально изменила социально-экономический строй — отношения собственности, власти и социальной организации для основной массы населения и в то же время 2) принципиально изменила положение России/СССР в международном разделении труда, в мировой системе — октябрьский переворот 1917 г. и тем более НЭП к такому изменению не привели. Речь, на мой взгляд, должна в данном случае идти о национальной («национальноимперской») фазе революции (1929—39 гг.), которая пришла на смену интернациональной фазе (1917—27 гг. — аккурат между «октябрьским» переворотом 7 ноября 1917 г. и попыткой троцкистского путча 7 ноября 1927 г.), став ее отрицанием. Эта же вторая фаза должна была дать окончательное решение крестьянского вопроса, который стоял перед русской властью как минимум с середины XIX в., а по сути раньше, и который не был решен самодержавием.

Речь идет об интеграции крестьян в современное (в нашем случае — системно-антикапиталистическое, т. е.

социалистическое) общество и установление социального контроля над ним как над массой населения. Если в столкновении двух революций в 1917—22 гг. — «революции комиссаров» и «революции крестьян» (некоторые участники дискуссии говорят об «общинной революции» — кавычки вполне уместны) крестьяне как минимум не проиграли;

партия была отложена, но в 1929 г. возобновившись, завершилась победой «железных коней» — и «железных наркомов». В известном смысле эта вторая революция завершила, загасила смуту, начавшуюся в широком смысле в 1860-е гг., в узком, если брать только деревню, в 1902 г. И она же стала последним аккордом гражданской войны в России, окончательно «дисциплинировав» (в фукоистском смысле слова) «охлос», превратив «опасные классы»

русского общества в «трудящиеся классы» — на это в свое Н. Мандельштам.

Целый ряд мыслей о смуте и революции высказал один из лучших знатоков «красной смуты» и автор одной из лучших книг о ней в русской и зарубежной исторической науке В. П. Булдаков. И, как это часто бывает у больших ученых, в своих рассуждениях о смуте и революции он вышел за рамки этой тематики и затронул важные методологические проблемы, побуждающие к спору. Я не могу согласиться с его интерпретацией феномена революции и смуты, с самим подходом к ним. Впрочем, как говорил мой хороший знакомый Ф. Фехер, именно несогласие делает жизнь стоящей штукой.

Прежде всего отмечу, что Булдаков предлагает две принципиально различные, логически противоречащие друг другу интерпретации различия между смутой и революцией.

современным обществом, с эпохой Модерна, а смута — архаичное явление, т. е. связано с досовременной, докапиталистической эпохой.

содержательное.

Но тут же выдается интерпретация № 2.

Оказывается, революция — это понятие, которое используется преимущественно теоретиками и политиками, а смута — это образ, используемый главным образом писателями и художниками; соотношение смуты и революции отражают старые и новые представления (выделено мной — А. Ф.) об истории, связанные с эпохой Просвещения.

функциональное. Здесь смута и революция — не реальности, а образы и представления. При этом если образ «революция»



Pages:     | 1 |   ...   | 33 | 34 || 36 | 37 |   ...   | 58 |
 


Похожие работы:

«Фазлаллах Рашид ад-Дин Огуз-Наме Перевод с персидского, предисловие, комментарии, примечания и указатели Р. М. ШУКЮРОВОЙ Баку Элм 1987 Печатается по постановлению Редакционно-издательского совета Академии наук Азербайджанской ССР Редактор академик 3. М. Буниятов Фазлаллах Рашид ад-Дин Огуз-наме. — Баку: Элм, 1987. — 128 с. Издание представляет собой комментированный перевод знаменитого тюркского эпоса Огуз-наме, в котором содержатся уникальные сведения о появлении и расселении огузов в...»

«И.В.Бойко ПУТЬ ВРАЧА И УЧЕНИЕ Многие читатели газеты наверно отметили, что множество материалов приходит от педагогов, историков, филологов, но очень мало от профессиональных врачей. Мой врачебный стаж 8 лет, за это время успел защитить кандидатскую диссертацию, стал преподавателем института усовершенствования врачей. Преподавал среди врачей различных медицинских учреждений, приезжающих из разных городов и сам неоднократно бывал в командировках от Смоленска до Воркуты. Честно говоря, однозначно...»

«Православие и современность. Электронная библиотека Н.А. Бердяев Философская истина и интеллигентская правда © Статья опубликована в книге: Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции, Москва, 1909 год Философская истина и интеллигентская правда В эпоху кризиса интеллигенции и сознания своих ошибок, в эпоху переоценки старых идеологий необходимо остановиться и на нашем отношении к философии. Традиционное отношение русской интеллигенции к философии сложнее, чем это может показаться на первый...»

«РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ПО ДИСЦИПЛИНЕ ОПД.Ф.8 История образования и педагогической мысли (наименование дисциплины) Для направления 050700.62 Педагогика Профиль – Практическая психология в образовании факультет Педагогического образования курс_I экзамен_I (семестр) семестр_I_ лекции36_(часов) зачет _ (семестр) практические занятия36(часа) лабораторные занятия -(часа) самостоятельные занятия_80(часа) Всего часов152(часов) Составители: ассистент Боброва А.Ю. Анжеро-Судженск, 2013 Рабочая программа...»

«Указатели ко второму изданию Сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса Указатель произведений К. Маркса и Ф. Энгельса, цитируемых и упоминаемых в их работах Указатель имен Указатель периодических изданий ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Москва. 1974 III ПРЕДИСЛОВИЕ Настоящая книга входит в серию справочных пособий ко 2-му изданию Сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса, выпускаемых Институтом марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. Первым в этой серии является Алфавитный указатель произведений, вошедших во...»

«Б И Б Л И О Т Е К А А Л Е К С А Н Д Р А П О Г О Р Е Л Ь С К О Г О 1 С Е Р И Я И С Т О Р И Я К У Л Ь Т У Р О Л О Г И Я 2 ДЖЕФФРИ СТАУТ ДЕМОКРАТИЯ И ТРАДИЦИЯ ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ ТЕРРИТОРИЯ БУДУЩЕГО МОСКВА 2008 3 ББК 63.3 Н 58 : В. В. Анашвили, А. Л. Погорельский : В. Л. Глазычев, Г. М. Дерлугьян Л. Г. Ионин, А. Ф. Филиппов, Р. З. Хестанов академик РАН В. В. Алексеев доктор исторических наук, г. н. с., профессор А. В. Коротаев доктор исторических наук, г. н. с., профессор Н. Н. Крадин Книга...»

«УДК 316.61, 159.9:613 Дик Павел Владимирович ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РИСКОВАННОГО ПОВЕДЕНИЯ В СТАРШЕМ ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук по специальности 19.00.01 – общая психология, психология личности, история психологии Минск, 2014 Работа выполнена в Белорусском государственном университете. Научный руководитель – ФРОЛОВА Юлия Геннадьевна кандидат психологических наук, доцент, доцент кафедры психологии Белорусского...»

«ИСТОРИЯ РОССИИ Учебник •ПРОСПЕКТМосква 2008 УДК 94(47)(075) ББК 63.3(2)-9 И89 Авторы: А. Ю. Дворниченко — доктор исторических наук, профессор; Ю. В. Тот — доктор исторических наук, профессор; М. В. Ходяков — доктор исторических наук, профессор. Рецензенты: М. Ф. Флоринский — доктор исторических наук, профессор (Санкт-Петербургский государственный университет); С. А. Козлов — доктор исторических наук, профессор (Санкт-Петербургский государственный университет). История России : учеб. / А. Ю....»

«ISBN 5-93878-046-2 ISBN 0-7167-3108-8 (англ.) Эта книга — одна из самых лучших в мире по вопросам убеждения и влияния! Эту точку зрения разделяют ведущие российские и зарубежные психологи, которые с ней познакомились. Книга дает блестящий, остроумный анализ моделей, мотивов и результатов усилий массового убеждения, стремящихся повлиять на то, как мы думаем, что мы покупаем, как мы голосуем и что мы ценим. В книге читатель найдет богатейшую информацию об истории пропаганды, о современных...»

«В числе основополагающих для фундаментальной геополитики XX в. значится до клад Х.Дж. Маккиндера, прочитанный в Королевском географическом обществе 25 янва ря 1904 г., в котором он впервые обнародовал идеи, вызвавшие сильный резонанс в национальном и мировом научном сообществе и немало, как считают исследователи, повлиявшие на оценки перспектив международных отношений того времени. Свои гео политические концепции он развивал в течение четырех последующих десятилетий, изложив их в известной...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.