WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 58 |

«НАУЧНОЕ ИЗДАНИЕ РОССИЯ И РЕВОЛЮЦИЯ: прошлое и настоящее системных кризисов русской истории Сборник научных статей (к 95-летию Февраля—Октября 1917 г.) Москва 2012 УДК 94 ...»

-- [ Страница 15 ] --

«Революция по природе своей трагична, — говорил руководитель кафедры Ю. Н. Гаврилов. — Большой трагедией для многих французов, живших в конце XVIII в., была Великая французская революция». Из этого трагического опыта буржуазия извлекла уроки:

«Французская революция положила начало пониманию частью правящего класса, … что своекорыстная политика самоубийственна, … что благоразумней и выгодней уступить часть, чтобы не потерять все».

Иначе говоря, стратегия «социального мира»

виделась уже отнюдь не утопией, поскольку «организации, ведущие свое происхождение от жиронды», оказались в состоянии разработать действенную экономическую и социальную политику и «создать эффективный механизм»

ее проведения в жизнь. И, напротив, Гаврилов критически отзывался о последователях якобинской традиции в СССР, о тех, кто доказывал, что «кардинальные общественные преобразования невозможны без агрессивного, ожесточенного вооруженного противостояния и выжигающей душу народа гражданской войны»9. Попадание было точным: именно степень ожесточенности в противостоянии классов провозглашалась в советской идеологии высшим критерием прогресса, а возможность снять назревшие противоречия преобразованиями сверху понастоящему не допускалась.

О трагических последствиях подобной ориентации большевиков говорил проректор АОН И. И. Антонович:

«Всякая даже легкая попытка оправдания террора неприемлема… Попытки решить чтобы то ни было с помощью насилия после и за пределами революционного взрыва порождали только ответное насилие… Я хочу покаяться уже не за себя, а за нашу революцию. В отличие от Великой французской, наша революция родилась в слепой вере в созидательную роль революционного насилия.

Сплошь и рядом она оказалась глухо враждебной разуму. И этим наша революция все-таки обесславила себя»10.

Самокритичной была и позиция А. В. Адо.

Профессор МГУ уточнял, что большевистская вера в насилие, спроецированная советской историографией на Французскую революцию, выразила себя недооценкой преемственности и выпячиванием произошедшего разрыва с прошлым. «Мы преувеличивали, абсолютизировали реальные возможности самого акта насильственной революции, его способность коренным образом перестроить все общество, во всех его структурах сверху донизу»11, — за себя и за своих коллег признавал наиболее авторитетный представитель советской историографии.

Одновременно Адо выразил опасение, как бы не произошла новая аберрация, и принципы идеологической перестройки конца ХХ в. не были бы спроецированы на реалии конца XVIII в. «Имеем ли мы право судить о людях и событиях прошлого только с позиций нового мышления? — вновь и вновь задавал вопрос историк своим коллегам. — Кроме чувства настоящего, существует такая вещь, как историзм. Мы обязаны помнить о достигнутом тогда уровне цивилизованности, учитывать, насколько общество было связано выработанными в ту пору общественными и политическими структурами, могло ли, умело ли оно решать назревшие проблемы таким образом, чтобы это соответствовало нашим этическим критериям»12.

Существуют два плана, постоянно подчеркивал Адо.

Один — «революция и наша современность», когда выявляется, что «из наследия Французской революции сохраняет немеркнущую ценность» и что следует рассматривать как «присущее лишь той эпохе» и, в частности, «отнести к тем кровавым формам исторического творчества, которые мы не можем принять сегодня». Но есть и другой план — «научного исторического анализа острых и сложных проблем Французской революции в контексте ее эпохи, когда задача историка не столько дать нравственную или иную оценку, сколько объяснить и понять»13.

О выявившейся тенденции подменить утратившую убедительность теоретическую интерпретацию революций и их роли в истории нравственным судом над ними было сказано немало. Бессмысленно выносить приговор революциям, доказывал Антонович: «Революции, рождаясь в насилии, не знают иной формы своего существования, но никому не обязаны за это своими объяснениями. Им недосуг извиняться, что они приходят в мир. Сам факт свершения революции есть главная ее легитимизация (курсив — А. Г.)»14.

Морализация революционной истории усугублялась ее модернизацией: подсознательно происходило проецирование идейных установок и моральных ценностей одной эпохи на иную. «Наше сознание, — говорил Адо, как и все почти современное европейское сознание, порядком «дереволюционизировано», и нам трудно воспринять и ощутить… мышление революционеров, совершавших великую революцию, и людей — историков, которые непосредственно вышли из этой (Октябрьской. — А. Г.) революции и писали о другой, тоже великой революции — Французской»15.

Но ни тогда, ни тем более впоследствии не удалось избежать смещения двух планов — «революция и наша современность» и революция «в контексте ее эпохи».

Современное понимание не только Французской революции, но и, в первую очередь, отечественного наследия попрежнему отягощено порой сознательной, чаще неосознаваемой морализацией, тем грузом моральнополитических оценок, что привнесло быстротекущее время со всеми его драматическими поворотами. Может ли быть примером зрелости восприятие своего (а заодно и нашего) революционного прошлого во Франции?

Основу современного государственного строя страны заложила Третья республика, и она же утвердила, можно сказать — кодифицировала триколором, «Марсельезой» и государственным праздником память о Революции ХVIII в.

Революция с тех пор и доныне стала отождествляться с самой Республикой, а все это вместе — с собственно Нацией (конституционный смысл самого определения тоже был детищем Революции: «Французская нация» заменила «Короля Франции» в формуле государственного суверенитета).

Произошло это далеко не сразу, лишь к столетней годовщине (1889) Революции, и победа революционнореспубликанской традиции над религиозно-монархической была отнюдь не бесспорной. Эта победа кристаллизовала раскол страны по идейно-политическому принципу, увековечив в известной мере и разделение национальной идентичности на причастность к дореволюционной истории страны и ее истории после 1789 г. Над воссозданием истории страны в целостности национальной идентичности, иными словами, ее — истории и идентичности — приемлемости для всех французов вот уже два века, видя в этом важнейшую задачу, размышляет интеллектуальная элита, трудится профессиональное историческое сообщество.

Борьба по этому водоразделу антагонистических традиций продолжалась на протяжении всей истории Третьей республики (1871—1940 гг.). Многозначительный между тем факт: когда после капитуляции Франции в 1940 г.

«национальный вождь» Петен провозгласил начало Национальной революции, задуманной как опровержение идей и принципов 1789 г., ему не удалось провести ни государственного статуса католической религии. А День взятия Бастилии так и остался государственным праздником.

Не лучшее ли то свидетельство укорененности революционной традиции в стране?

Трудно сказать, принесет ли это удовлетворение национальному самолюбию, но бесспорен факт, что во Франции современное понимание своего революционного революционного процесса в России. Зародившаяся в период Третьей республики и приобретшая законченную форму после 1917 г. «классическая» историография Французской революции в лице выдающихся исследователей Матьеза и Лефевра, а в послевоенный период Альбера Собуля подпитывалась той исторической перспективой, которую обозначила революция в России: Французская революция виделась прототипом Русской, а Русская расширяла и закрепляла достижения первой в решении социального вопроса и пророчила светлое, без эксплуатации и антагонистических классов, будущее человечества.

То было, по утверждению французского социолога Раймона Арона, бегство в гармоничное будущее от реальных конфликтов французского общества. Но было и нечто большее — поиск решений для самой Франции на путях того, что один из ярких писателей эпохи Поль Низан определил как «неистовое свержение одного социального порядка другим, слом определенной экономики, определенной культуры». Подобное «наваждение революции» (по слову петербургского филолога С. Л. Фокина) захватило цвет французской литературы, лауреатов Нобелевской, Гонкуровской и иных престижных премий (Ромен Роллан, Анри Барбюс, Андре Жид, Андре Мальро, Жорж Батай, Луи Арагон, Эльза Триоле, а позднее Альбер Камю и Жан-Поль Сартр). И, поскольку «наваждение» означало «свержение капиталистического режима, устройство пролетарского государства», Октябрьская революция становилась маяком, Советская Россия — образцом16.

В конструировании нового образа России ведущую роль приобретали актуальные для того времени бинарные оппозиции: «социализм — капитализм», а в 30-х гг. и «социализм — фашизм». И все же Фокин считает возможным назвать это явление «Русской идеей», ибо возникла оно во французской литературе на пересечении увлеченностью Русской революцией и русской классикой, в первую очередь, как ни парадоксально — Достоевским.

«Чем внимательнее относился писатель к русской классической литературе, тем, — обобщает петербургский филолог, — менее критичен он был к русской революции».

И, «чем позитивнее был образ Французской революции в сознании писателя, тем менее критичен он был к русской революции»17.

Первый надрыв этой перспективы случился именно тогда, когда большевики приступили к реальному созданию «бесклассового общества» с одновременным насаждением культа вождя и утверждением единомыслия.

«Академическое дело» 1929 г. вызвало протест профессорского сообщества Франции, и возглавил протестовавших восторженный поклонник Октябрьской революции Альбер Матьез.

Процесс охлаждения симпатий к советскому эксперименту остановила победа Советского Союза над Германией. Французские друзья СССР вновь получили повод гордиться своей верностью этой дружбе и вдохновляться верой в социалистическую революцию.

Научно-теоретическая перспектива поступательного развития человечества от одной (Французской) революции к другой (Российской) обрела на фоне послевоенных настроений французского общества серьезное подкрепление, став господствующей в подходе к революционной проблематике.

разнообразных факторов успеха атаки «ревизионистов» на «классическую» историографию Французской революции было угасание международного авторитета Советского Союза — несмотря на достижения в космосе и провозглашенную де Голлем идею Европы «от Атлантики до Урала». На революционной проблематике явно сказалось окостенение идейно-теоретического арсенала ФКП (заодно с соцпартией), обнаружившееся одновременно и в прямой связи с торжеством догматизма в КПСС. Французские коммунисты, в том числе среди вузовской профессуры, утратили творческую инициативу, и ее перехватили люди, прошедшую ту же марксистскую школу, но ставшие в итоге антикоммунистами (симптоматична фигура самого лидера «ревизионистов» Франсуа Фюре, прошлое которого было связано с ФКП).

интерпретация — опровержение фундаментального постулата «классической» историографии о том, что Французская революция была «буржуазной».

Действительно, в обосновании этого постулата идеология имела приоритет над социологией. Родоначальникам «классики» (Тьерри, Гизо, Минье, Тьер) оправдание революции требовалось для противостояния клерикальномонархическим силам Реставрации, и таким оправданием сделалась интерпретация ее приемлемой для класса, восходящего к власти, и, главное, это восхождение обосновывающей.

Для марксистов понятие «буржуазной революции»

становилось важнейшим звеном учения о формациях, предвещавшего, что за буржуазной революцией наступит торжество социалистической. «Ревизионисты»

противопоставили марксистской философии истории преимущественно доводы из области эмпирической социологии и историко-экономической статистики, а эта методика приобрела исключительную популярность в академическом сообществе Франции в рамках обретшей моду в 1960-х гг. «клиометрии».



Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 58 |
 


Похожие работы:

«Выпуск подготовлен НИЦ Информкультура РГБ Музейное дело и охрана культурного наследия: Реф.-библиогр. информ. / Рос. гос. б-ка. НИЦ Информкультура. — М.: Рос. гос. б-ка, 2014. — Вып. 1. — 76 с. Ответственный за выпуск И.В. Бабич, канд. ист. наук. Оформление обложки А.А. Кобылянская Технический редактор А.С. Жукова Уч.-изд. л. 4,75 _ ФГБУ Российская государственная библиотека Тел.: (495) 695-50-42 119019, Москва, Воздвиженка, 3/5 © ФГБУ Российская государственная библиотека, 2014 _ РОССИЙСКАЯ...»

«Тони Шей Доставляя счастье. От нуля до миллиарда Тони Шей Доставляя счастье. От нуля до миллиарда: история создания выдающейся компании из первых рук Десять главных причин, по которым вам стоит прочитать эту книгу 10. Вы хотите узнать, как меньше чем за десять лет мы в Zappos прошли путь с нулевых продаж до торгового оборота в миллиард долларов. 9. Вы хотите узнать о том пути, который в итоге привел меня в Zappos, и об уроках, которые я попутно получил. 8. Вы хотите узнать об ошибках,...»

«К. М. МАМЕД-ЗАДЕ СТРОИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО АЗЕРБАЙДЖАНА (С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО XIX В.) ИЗДАТЕЛЬСТВО Баку ЕЛМ 1983 Печатается по постановлению Редакционно-издательского Совета Академии наук Азербайджанской ССР Научный редактор aкадемик АН Азерб. ССР А. В. Саламзаде Фото Гусейнзаде Г. М. 4902020000 М 76-84 M-655-84 © Издательство ЭЛМ, 1983 ОГЛАВЛЕНИЕ Введение 4 Глава I ОБЗОР ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ 6 Глава II ГОРОДА И ТИПЫ СООРУЖЕНИЙ 10 Глава III СТРОИТЕЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ 69 Глава IV КОНСТРУКЦИИ,...»

«ИСТОРИЯ КАЗАХСТАНА Методическое руководство Для учителей 8 класса общеобразовательной школы Рекомендовано Министерством образования и науки Республики Казахстан 2-е издание, переработанное Алматы Атамџра 2012 1 УДК 373(072) ББК 74.266.3 К 15 Кайыпбаева А.Т., Жунусова К.А. К 15 История Казахстана. Методическое руководство: Для учителей 8 класса общеобразовательной школы/ 2-е изд., переработ. – Алматы: Атамџра, 2012. – 136 стр. ISBN 978–601–282–662–3 УДК 373(072) ББК 74.266.3 © Кайыпбаева А.Т.,...»

«ХАБАРОВСКОЕ КНИЖНОЕ И ЗДА ТЕЛ ЬСТВ О 1982 Ю. Н. Рерих. Москва, 1960 г. Ю. Н. РЕРИХ ПО Т Р О П А М С Р Е Д И Н Н О Й АЗИИ Перевод с английского H. Н. З Е Л И Н С К О Г О ББК 85.14 75 Р42 П од редакцией и с предисловием Героя Социалистического Труда, лауреата Государственных премий СССР академика А. П. О К Л А Д Н И К О В А и доктора исторических наук В. Е. Л А Р И Ч Е В А В ведение В. Е. Л А Р И Ч Е В А П ослесловие Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской премии Н И К О Л А Я ТИХОНОВА...»

«С УВЕРЕННОСТЬЮ В БУДУЩЕЕ. — Красноярск: Издательство Буква, 2008. — 160 с. © ОАО ЭВРЗ © Издательство Буква ОАО К Р А С Н О Я Р С К И Й ЭЛЕКТРОВАГОНОРЕМОНТНЫ Й ЗАВОД Растёт и крепнет год от года Связь поколений нашего завода. Труд доблестных работников былых — Залог энтузиазма молодых! Уважаемый читатель! аш ему вниманию предлагается новая, по счёту третья, книга о Красноярском электровагоноремонтном заводе. Первая книга Традиции зовут вперёд была издана в 1965 году. Вторая — Век истории — к...»

«1. Тематический план учебной дисциплины Аудиторные часы СамостояВсего Практиче № Название раздела тельная Лекци Семин часов ские работа и ары занятия Раздел I. Введение в предмет Философия в контексте культуры 0 1 6 2 2 4 Раздел II. Исторические типы философии Религиозно-философские системы 2 14 2...»

«Августин (Маркевич) архиепископ Львовский и Галицкий Униатство: богословские аспекты Специальность Сравнительное богословие Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата богословия Сергиев Посад 2007 2 Работа выполнена в Московской Духовной Академии, на Богословском отделении Научный руководитель — кандидат богословия, профессор протоиерей Максим Козлов Официальные оппоненты — доктор церковной истории, профессор протоиерей Владислав Цыпин Защита состоится 20...»

«Тамбовское областное отделение ВОО РГО Ландшафтные объекты: 1. ФГУ Государственный природный заповедник Воронинский Заповедник, расположен в долине реки Вороны (правый приток реки Хопёр), в лесостепной зоне, на территории Кирсановского и Инжавинского районов Тамбовской области. Создан 12 августа 1994 года для охраны сохранившихся лесостепных экосистем Центральной России. Его общая площадь составляет 10320 га (103,2 кв. км). Вокруг заповедника установлена охранная зона площадью 11260 гектаров....»

«ВЕСТНИК ТОМСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА 2011 Филология №2(14) УДК 82-6 Н.Е. Никонова ПЕРЕПИСКА В.А. ЖУКОВСКОГО И НЕМЕЦКИХ ХУДОЖНИКОВНАЗАРЕЙЦЕВ (ПУБЛИКАЦИЯ И НАУЧНЫЙ КОММЕНТАРИЙ)1 В работе заявлена актуальная проблема современной филологии – сохранение и научная регистрация литературных памятников. Впервые печатается и комментируется материал переписки В.А. Жуковского с художниками-назарейцами Ф. Овербеком и Э.Я. фон Штейнле, целостное определение получает характер взаимоотношений поэта с...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.