WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 58 |

«НАУЧНОЕ ИЗДАНИЕ РОССИЯ И РЕВОЛЮЦИЯ: прошлое и настоящее системных кризисов русской истории Сборник научных статей (к 95-летию Февраля—Октября 1917 г.) Москва 2012 УДК 94 ...»

-- [ Страница 10 ] --

Профессия историка предполагает противостояние (достаточно безнадежное) тому, другому и третьему, объективно необходимое (хотя редко осознаваемое) обществу для того, чтобы избежать соблазнов застоя и рисков смуты.

Еще раз о недомыслии природы российских смут «В смутные времена общественных пересозданий, бурь, в которые государства надолго выходят из обыкновенных пазов своих, нарождается новое поколение людей, которых можно назвать хористами революции…»1, — полагал А. И. Герцен. Люди победившей революции становятся ее первыми мифотворцами. Способен ли «независимый» историк противостоять им и их последователям в принципе? Или он годен лишь на то, чтобы стать орудием нового мифа, вытесняющего устарелый?

Историю всякой революции следовало бы изучать с позиций синергетики, а не прогрессистского видения истории, твердо усвоив, что в сложноорганизованных системах все взаимосвязано. А потому авторитарные системы разрушаются не столько «снизу», как «сверху», в той мере, в какой власть — этот своего рода аттрактор стабильности — «теряет лицо». Их разложение происходит не под непосредственным воздействием внешних обстоятельств, а в силу органической неспособности отыскать им достойный ответ. Империи уязвимы sui generis.

В переходные эпохи их социальное наполнение теряет былую упорядоченность; его диффузное состояние требует аттракторов особого рода — «свободных радикалов», порвавших (пусть чисто декларативно) с прежним этосом;

диссипативные элементы обновляют ядро системы и стабилизируют «взбесившийся традиционализм». И, если, согласно русской пословице, «рыба гниет с головы», то на этом фоне «свежая» власть даже в лице в лице эксдиссипантов покажется успешной.

Имперская система патерналистского типа при всем своем внешнем величии неустойчива, прежде всего, психологически. Видовые признаки «настоящей» власти известны: харизматическое наполнение, органично связанное с личностью правителя; сакральный характер господства последнего, поддерживаемого «высшими»

силами; легитимизация низами любых, включая репрессивные, действий верхов в критических обстоятельствах; концентрация военной мощи, призванной усмирить любого внешнего и внутреннего врага.

Символически воплощенное единство духовных и управленческих интенций государства должно соответствовать историческому опыту и ожиданиям подданных, а экономическая мощь — естественно направляться на поддержку низов в экстремальных обстоятельствах (неурожай, голод, эпидемии, пожары и т. п.). И, конечно, власть должна отвечать эмоциональноэстетическим запросам людей. В любом случае, она обязана обладать скорее «человеческими» (нежели профессионально бюрократическими) навыками управления: одним своим «авторитетом» не допускать появления и разрастания маргинальных слоев и, особенно, диссипативных элементов;

уметь поддерживать сложившийся баланс социальных иерархий и нейтрализовать излишне пассионарных их представителей; «понимающе» взаимодействовать с самоуправленческими традициями низов. Со своей стороны, правящие элиты должны демонстрировать идеологическую сплоченность, блокирующую действия антисистемной оппозиции, и, вместе с тем, и внутреннюю солидарность, обеспечивающую поддержку органичных системе инновационных начинаний. Власть, испытывающая дефицит этих качеств, становится обреченной — даже ее минутная «слабость» способна возбудить экзистенциальные страхи. В общем, по мере утраты своего солидаристского наполнения власть начинает превращаться в беспомощное ригидное сооружение — своего рода бесполезный памятник самой себе. Самодержавие — само по себе миф, а потому даже его руины непременно будут пробуждать ностальгическую горделивость.

К сожалению, в историографии до сих пор не поставлен вопрос о степени и, главное, особенностях этатизированности российского массового сознания, возрождающего склонность к историческому мифотворчеству. В сущности, россиянин всегда верил, прежде всего, в государство, а лишь затем в Бога — последний использовался в основном для сакрализации центральной фигуры пантеона — «Великого Государя».

Поэтому исход российской смуты единообразен: люди, не привыкшие к самостоятельному принятию социально ответственных решений, следует по пути возрождения авторитаризма с обреченностью протрезвевшего холопа. Но профессиональным обществоведам сложно перевести житейски понятные коллизии на язык позитивистской науки.

Так, довольно трудно объяснить в терминах политологии, что большевизм — это «политика» на службе у отчаяния и надежды, причем, надежды социального дикаря, а не гражданина.

историография никогда не стремилась к этому, ибо не умела отпочковаться от мифа — такова ее видовая особенность. И этому есть свое объяснение.

Герцен полагал, что переворот Петра сделал «худшее, что можно сделать из людей — просвещенных рабов»2. Поскольку сакральность власти логически оспорить невозможно, а бороться с ней нет сил, «просвещенные рабы»

(интеллигенты) периодически провоцируют «рабов непросвещенных». Последние вступают с ними во временный союз словно специально, для того, чтобы, пережив смуту, выдать их с потрохами и возопить: «Бес интеллигентные инсургенты.

«непогрешимому» народному сценарию (так называемой домашней — патерналистской — модели), то она в принципе не могла считаться дурной. В лихие времена она могла лишь показаться ложной, неподлинной, неистинной, то есть никак не соответствующей своему идеальному предназначению. Впрочем, таков примордиалистский стержень любого господства — «власть, которую оспаривают и противоречиво интерпретируют, уже не есть власть»3. Народ периодически бунтует не против власти как таковой (или ее устарелости ее типа), а против вопиющего искажения ее желанной сути «чуждыми» и «инородными»

элементами, а равно и любых покушений на ее изначальное естество.

Из бунта «просвещенных рабов» в условиях господства синкретического сознания крестьянских масс вряд ли могла получиться революция в европейском ее понимании. Бунт может явиться дурным апофеозом системного кризиса империи — явления куда более сложного, которое невозможно понять на уровне простейших причинно-следственных зависимостей. Самое нелепое, что можно придумать — это отрицание неизбежности революции, исходя из того, что старый режим обеспечивал среднестатистическое благосостояние, куда более высокое, нежели постреволюционное. Но оказывается, что еще не перевелись авторы, доказывающие несостоятельность большевистского видения революции большевистскими же методами.

Встречаются и публицисты, с хода отвергающие синергетику в силу того, что она, якобы, отрицает любые закономерности4. Такие авторы попросту не допускает возможности существования закономерностей более высокого порядка. Большевистское миропонимание куда более основательно сидит в нашем сознании, чем нам кажется.

Вчерашние и сегодняшние истоки мифотворчества Задача всякой великой революции — не просто перевернуть мир, а подстроить опостылевшую реальность под более вдохновляющий миф. Это акт жесточайшего мифоутверждения, противостоящий безнадежно десакрализованной реальности. В эпистемологическом отношении «ужас» революции заключается даже не в масштабах насилия, а в том, что она заставляет поверить в «преображающее» насилие как в норму. Естественно, что со временем начинается болезненное отторжение от навязанной обществу террористической «нормы».

«Красная смута» не могла не породить волны глобального мифотворчества, во-первых, потому, что ее интенции были связаны с идеологией европейского Просвещения, во-вторых, в силу того, что ее внутреннее наполнение закрепило агрессивный имидж России. Причины внутреннего мифотворчества определялись тем, что победоносная революция некоторое время была источником вдохновения масс. Напротив, по мере истощения «оптимистичного» мифа, наступил период мнемонической и историографической фрустрации. Пытаясь преодолеть ее, одни авторы заговорили о необходимости «клиотерапии»

(такая установка является мифотворческой sui generis) с помощью социальной истории5, другие бросились доказывать, что три российские смуты (XVII в., начала и конца ХХ в.) явились «локомотивами» (должно быть, по известной аналогии) необычайно «успешной» русской истории6.

В общем, крах СССР создал ситуацию, когда одряхлевший коммунистический миф7 стал вытесняться им же порожденным антиподом8. Возникла питательная среда для нового витка мифотворчества.

В «тумане» российского прошлого и настоящего не могут не возникать самые невероятные фантазии и манящие утопии.

Я никак не ожидал, что отечественных либералов новой формации может до такой степени пленить фигура П. Б. Струве, этого настоящего enfant terrible русского либерализма. Струве, начинавший как социал-демократ, сочинивший манифест I съезда РСДРП, превратился в ведущего автора «этапных» для либеральной идеологии сборников «Проблемы идеализма» (1903), «Вехи» (1909), «De profundis» (1918).

Как ни забавно, некоторые авторы уверяют, что первый из перечисленных сборников знаменовал глубокую «перемену настроения» в широких общественнополитических кругах и вызвал «неожиданно сильную, непредсказуемую цепную реакцию во всех лагерях общественной мысли…»9. Поразительно, как легко стать жертвами химер собственного воображения. На рубеже веков появление таких метущихся фигур, как Струве было неизбежно. Но почему они столь привлекательны для авторов наших дней? По родству эпигонских душ?

Некогда Струве убоялся «грубого» материализма, им же по наивности спровоцированного. Но, если вторжение марксизма10 — этого злого пасынка стареющего Просвещения — в Россию, повлекло за собой столь катастрофичные последствия, то из этого вовсе не следует, что реальную преграду на его пути мог составить неокантианский «идеализм». Но некоторым легче думать именно к этом ключе. Смущенный «нелогичностью»

российской истории провинциализм мысли прячется за изысканностью стиля, обращенного к «возвышенной»

тематике.

«Вехи» Ленин назвал «энциклопедией либерального ренегатства». Это было заведомо несправедливо, но психологически объяснимо и даже оправдано. Ныне эту книгу почитают пророческой, что вряд ли более справедливо. Стоит ли хвалить авторов, которые фактически подписались под историческим приговором своему «недозрелому экстремизму»? Строго говоря, «Вехи» — это памятник бессилию всей русской интеллигенции: левые ее представители (революционеры) не ко времени подстрекали равнодушный к ним народ, правые (либералы) пытались сторговаться с властью на базе исторически запоздалых законов. В общем, картина далекая от исторического оптимизма.

Нет ничего смешнее нынешнего интеллигентского умиления перед «Вехами» и их авторами. Каких только возвышенных целей и философской глубины им не приписывают! Это тот случай, когда трусоватую вонь принимают за величие духа. «Веховцами», взлелеянными самодержавным патернализмом, история воспринималась, как детские игры: нашалили, испугались, повинились — прости, папа! Что до философствования, то «не согрешишь — не покаешься, не покаешься — не спасешься! От такой интеллигентской вертлявости перед властью тошнит даже больше, чем от откровенного холуйства. «Вехи», веховство, стенания по поводу того и другого — типичное проявление интеллигентского лукавства разума и блудливости совести.

Или апофеоз социальной безответственности.



Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 58 |
 


Похожие работы:

«Чтобы ответственно говорить о явлении, которое останется в исто рии (и в нравственной памяти) под именем Солженицын, мы, опери руя научными средствами понимания, должны, во первых, исходить из опыта, по своему содержанию гораздо более сложного и динамично го, чем опыт, необходимый для суждений о любом ином крупном дея теле, писателе, гражданине. Нам нужно быть во всеоружии опыта ис торического, политического, социопсихического, морального и литературного, который и сейчас еще подвижен, остро...»

«Издание третье Москва Искусство 1986 Л. С. Выготский психология ИСКУССТВА Издание третье ББК 87.8 В92 Комментарии Л. С. Выготского, Вяч. В. Иванова Общая редакция Вяч. В. Иванова 0302060000-168 КБ-7-2-86 025(01)-86 © Оформление издательства Искусство, 1986 г. К методологии вопроса 5 Эта книга принадлежит перу выдающегося ученого — Льва Семеновича Выготского (1896—1934), создавшего оригинальное научное направление в советской психологии, основу которого составляет учение об...»

«К огда киноманы моего поколения слышат слово “ви кинг”, в их памяти, вероятнее всего, возникает об раз Керка Дугласа из эпического фильма “Викинги” 1958 г. — главаря шайки викингов, разбойника в ко жаной куртке, который воодушевлял рыжебородых коллег на жестокие набеги и битвы. Хотя прошло уже почти полстолетия с того вечера, когда я, будучи студентом, смотрел этот фильм со своей подругой, я все еще могу проиграть в воображении сце ну, в которой ворота замка трещат под ударами викингов, а его...»

«В июне 2004 г. в Республике Алтай отмечалась 100-летняя годовщина событий в логу Теренг, положивших начало религиозно-реформаторскому движению, вошедшему в историю как бурханизм. К этому юбилею готовилась не только научная общественность Алтая, но и различные республиканские общественные и особенно религиозные объединения, представляющие широкий конфессиональный спектр: от шаманизма и неошаманизма до буддизма. В начале 90-х годов XX в. в ходе набиравшего силу алтайского национально-культурного...»

«содействия развитию Учебно-тематическое пособие Издательский дом Государственного университета Высшей школы экономики Москва, 2010 УДК 341 ББК 67.412 М43 Международные институты в глобальной архитектуре содействия развитию : учеб.М43 темат. пособие [Текст] / Ю. К. Зайцев, О. В. Перфильева, М. Р. Рахмангулов, Е. А. Швец ; отв. ред. М. В. Ларионова ; Гос. ун-т – Высшая школа экономики. – М. : Изд. дом Гос. ун-та – Высшей школы экономики, 2010. – 212 с. – 100 экз. – ISBN 978-5-7598-0776-6 (в обл.)...»

«РУССКАЯ ПРАВДА РУССКАЯ ПРАВДА Серия книг Олега Платонова о судьбах русского народа и его войне с силами мирового зла, русофобии и расизма. Русский путь Жизнь Григория Распутина Душа России История сионских протоколов Русский порядок Триумф сионских мудрецов Покушение на русское царство Тайное мировое Революция против России правительство Разрушение русского царства Почему погибнет Америка Под властью зверя Тайна беззакония Эпоха Сталина Россия и мировое зло Будем жить при коммунизме Война с...»

«МАРИЙСКАЯ МУЗЫКАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА (17561930) БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ Йошкар-Ола, 2011 2 ББК Щ313(2Рос.Мар)я1 УДК 78(470.343)(083.8) М 262 Рецензенты: Мысина В. Г., зам. директора Марийского республиканского колледжа культуры и искусств им. И. С. Палантая; Цыкина Ю. Ю., канд. ист. наук, доцент Марийского государственного университета Научный руководитель Егорова О. К., канд. искусствоведения, проф. Казанской государственной консерватории им. Н. Г. Жиганова Рекомендовано к изданию...»

«ГОДОВОЙ ПЛАН РАБОТЫ МБДОУ ЧАЖЕМТОВСКИЙ ДЕТСКИЙ САД на 2013 – 2014 учебный год ЗАДАЧИ НА 2013-2014 УЧЕБНЫЙ ГОД. 1. Охрана и укрепление физического и психического здоровья детей, в том числе их эмоционального благополучия. 2. Создание благоприятных условий развития детей в соответствии с их возрастными и индивидуальными особенностями и склонностями, развития способностей и творческого потенциала каждого ребёнка как субъекта отношений с самим собой, другими детьми, взрослыми и миром. 3. Создание...»

«От автора Как читать эту книгу? Предисловие Благодарности Кто я такой? Глава I. Зачем мы этим занимаемся? Что такое мораль? Стиль жизни соблазнителя Уверенность. Убеждение я нравлюсь. Жизненный эксперимент Начало обучения Эффективность и эффективное обучение. Состояния, убеждения, стратегии + тактики Пять эффективных убеждений в обучении Правильное отношение к процессу соблазнения. Наблюдательность Эффективные убеждения в общении с девушками Структура соблазнения Эффективная система мышления...»

«Хельмут Гюнтер Дамс Франсиско Франко. Солдат и глава государства Хельмут Дамс: Франсиско Франко. Солдат и глава государства Аннотация Биография генералиссимуса Франко (1892-1975) написана немецким историком X. Г. Дамсом. Впервые на русском языке издается оригинальная работа о жизни и деятельности одного из крупнейших политиков Испании XX века - каудильо и главе государства, на протяжении почти сорока лет вершившего судьбами страны, - Франсиско Франко Баамонде. Рассчитана на широкий круг...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.