WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 45 | 46 || 48 | 49 |   ...   | 58 |

«...»

-- [ Страница 47 ] --

Представители мусульманского духовенства рассматривали чалму как обязательный головной убор правоверного мусульманина, поскольку ее носил сам Мухаммед, и поэтому в первом повязывании чалмы мальчику в день обрезания они видели его приобщение к исламу, поскольку с этого момента мальчик получал право участвовать в совершении намаза (Сухарева 1982: 77). Если время молитвы заставало мусульманина в пути, в качестве коврика для намаза он мог использовать свободный конец чалмы, который расстилал на земле. Э. Г. Гафферберг сообщает об инверсии функций чалмы и молельного коврика, когда неширокие махровые полотенца, которые, как правило, применяли в качестве коврика, служители культа повязывали вокруг головы (Гафферберг 1970: 73).

Среди мусульманского населения Среднеазиатского региона широко бытовало мнение о том, что "чалма должна стать для своего владельца саваном", в связи с чем определялась ее длина, соответствующая длине погребальной ткани. Стремление же сделать чалму длиннее рассматривалось как недостойное мусульманина тщеславие (Сухарева 1982: 80).

И хотя О. А. Сухарева считает это мнение справедливым лишь отчасти, поскольку, как правило, для савана использовали новую ткань (Там же: 80), эта связь очевидна на смысловом уровне.

В поэме "Благодатное знание", созданной в XI в. среднеазиатским поэтом и мыслителем Юсуфом Хас-Хаджибом Баласагунским, рассматривается исламская концепция человеческого бытия, в которой земная жизнь и посмертное существование до наступления мира грядущего представлены как два последовательных этапа: "Сей мир и могила твоя - два привала: // Пришел - собирайся, пора миновала" (Баласагунский 1983:

бейт 1390).

Конечным итогом жизненного пути для каждого мусульманина оказывается саван, выступающий в поэме раннесредневекового тюркского поэта как оппозиция мирским благам и метафора их тщетности: "Каких ни собрал бы ты благ бытия, // Всего два полотнища - доля твоя" (Там же: бейт 1238, см. также: 1420, 3616,4700). Эта же мысль выражена дагестанским автором второй половины XIX в. Абдурахманом из Газикумуха в сочинении, посвященном описанию дел имама Шамиля: "Тягостен этот мир для того, кто его домогается, и спокоен воздерживающийся, разумный. Всякое богатство, которое он приобрел, - это суета мирская. Ему достаточно и савана" (Абдурахман 2002: 67). По словам информантов О. А. Сухаревой, если смерть застанет мусульманина в дороге и его не в чем будет хоронить, погребальным саваном ему послужит чалма (Сухарева 1982: 80).

Рассмотрим теперь отношение северокавказских мужчин к своему головному убору.

Складывание народного костюма - процесс длительный. Это дает нам право обращаться к разновременным источникам, которые вводят тему исследования в исторический контекст.

В общественных местах и дома мужчине было положено находиться с покрытой головой, а ночью надевать специальную "ночную шапочку" (Студенецкая 1989: 113; Атлас 2001:

86). Бытование таких шапочек этнографы объясняют несовершенством отопительной системы и конструкцией горского жилища, в котором тепло сохранялось, пока горела печь: "Ночью же в помещении становилось очень холодно, и, чтобы не простудить бритые головы, мужчины вынуждены были иметь специальный головной убор для сна" (Атлас 2001: 86). Надо полагать, что семантика таких головных уборов, на момент их фиксации исследователями, уже была забыта носителями культуры. По нашему мнению, эти шапочки восходят к подшлемникам - специальным головным уборам, использовавшимся в защитном доспехе. Во время сна воин снимал защитное вооружение, но оставался в подшлемнике. Прагматика таких шапочек заключалась в том, что в условиях военного быта мужчина в любой момент должен быть готовым к бою, даже если тревога застанет его во время сна. У народов Закавказья происхождение некоторых мужских головных уборов однозначно связано с защитным доспехом. Так, сванские войлочные полусферические шапочки - это бывшие подшлемники, маленькие войлочные кахетинские (так называемые тушинские) шапочки и имеретинские папанаки не что иное, как подмисюрники5.

В костюме народов Северного Кавказа бытуют разнообразные типы мужских головных уборов. Их классификация на основе формы и материала проведена Е. Н. Студенецкой (Студенецкая 1989: 113 - 122). Исследователь обращалась также к пословицам и поговоркам, подчеркивающим важность и обязательность шапки для мужчины: "Если голова цела, на ней должна быть шапка", "Шапку носят не для тепла, а для чести", "Если тебе не с кем посоветоваться - посоветуйся с шапкой" (Там же: 113). Однако содержание северокавказских фольклорных источников не ограничивается констатацией обязательности головного убора в комплексе мужского костюма. Через видимость, обозначенную шапкой, в пословицах и поговорках передается народная оценка мужской сущности. Рассмотрим некоторые из народных изречений более пристально.

На Северном Кавказе мужской головной убор являлся гендерным маркером. В фольклоре горцев Северного Кавказа красноречиво выражена социальная оппозиция мужских и женских ролей путем противопоставления мужских и женских головных уборов. В чеченской песне об Эль-Мурзе говорится, что на предложение сдаться без боя герой отвечает: "Тебя сказать мне прислали, чтобы на ту голову, на которой я привык носить мужской папахъ, я надел бы женский платок" (Сборник... 1992а: 32 - 33).

Головной убор является символом мужской чести и достоинства. При этом народные изречения обозначают как положительные, так и отрицательные ситуации6. "Чтобы носить папаху, надо быть мужчиной", - считают осетины. "Мужчина виден по тому, как он носит папаху", "Не всякий в папахе - мужчина", гласят осетинские и абазинские поговорки. У осетин мужчина, ведущий себя не по-мужски, может услышать: "У тебя на голове платок твоей жены!". О том, кто потерял свою честь, адыги скажут: "Если с головы запаршивевшего слетит шапка, он уже не стесняется".

У разных народов существует несколько вариантов одной и той же пословицы. О смелости человека балкарцы говорят: "Того, кто убьет волка, видно по шапке". Абазины эту же мысль выразят несколько иначе: "Волк по шапке знает, у кого можно овцу отнять".

Подобные оценки смелости существуют у осетин: "Волк пастуху на шапку смотрит".

В народной оценке мужской головной убор - это всегда символ личностных качеств человека. Проиллюстрируем это лезгинскими и осетинскими изречениями: "Из самой дорогой овчины папаху шей - а голова умной не станет", "У справедливого человека всегда папаха дырявая", "Под его шапкой мужественней его никого нет", "Никто его мужчиной не считал, тогда он шапку купил".

В лакском выражении "Мать выше папахи" соединены два смысла: уже рассмотренный выше головной убор как символ мужской чести и уважительное отношение к старшему, перед которым следует обнажить голову. Обычай снимать шапку перед старшим зафиксирован в нартских преданиях осетин: "Созрыко встал и пошел со стариком в степь осмотреть стада. Когда увидел, снял перед стариком шапку и поблагодарил его" (Нарты 1989 И: 103).

Сорвать с головы горца шапку означало оскорбить его. Это требовало отмщения. Такой случай отражен в кабардинском сказании о Бадыноко и Шужее (Нарты 1957: 205).

Трофейная шапка знаменовала победу над противником, поражение которого в случае потери головного убора было равносильно смерти. "Когда просили голову, то приносили шапку", говорится в абазинских эпических преданиях (Нарты 1975: 243), что перекликается с абазинской поговоркой: "Кому не нужна твоя голова, тому не давай своей шапки".

Очевидно, что подобное отношение к головному убору можно проследить не только у мужчин Северного Кавказа, но и у других народов. По всей вероятности, оно уходит в глубокую древность и, по нашему мнению, связано с воинскими шлемами, функции которых не ограничивались только ролью защитного доспеха. Обратимся к исследованию известного специалиста в области оружия Древнего Востока Йигела Ядина (Yigael Yadin).

"Разные ар'мии в различные периоды предпочитали специальные формы шлемов. В некоторых случаях округлая или коническая формы служили для того, чтобы отклонить стрелу и затруднить ее проникновение. В большинстве случаев причины были совсем другими, - пишет автор. - Одна заключалась в том, чтобы в условиях анархии битвы способствовать идентификации между своими солдатами и солдатами противника. Голова солдата - самая заметная часть тела, и поэтому каждая армия снаряжала свои войска шлемами специальной формы или особого декора. Некоторые пошли дальше и оснащали разными шлемами боевые части и соединения, чтобы командир в любое время мог быстро определить положение каждого на поле боя. И были также примеры, в которых форма шлема и его украшения происходили из традиционных и племенных особенностей и не определялись военными целями" (Yadin 1963: 15).

Надо полагать, что командир наблюдал не только за положением, но и за поведением своих воинов в бою. Таким образом, шлем должен был ассоциироваться с воинской доблестью. Аланские головные уборы шлемовидной формы с золотыми навершиями, обнаруженные в северокавказских некрополях VII-IX вв., несомненно, соотносились в сознании средневекового общества с морально-этической оценкой доблестного героя (Доде 20066: 154). Именно поэтому на Северном Кавказе мужской головной убор семантически связан с понятиями о мужской чести. Эта связь, отражающая народную оценку, оформлена в соответствующих пословицах и поговорках.

Замечание Й. Ядина о связи формы шлема и его декора с племенными традициями позволяет говорить о том, что доблесть каждого воина определяла славу всего племени.

Подтверждение этому находим в письменных источниках. Сановник при дворе византийского государя Алексея Комнина Никифор Вриенний, описывая битву тюрок и римлян во время восстания Урзилия в районе Никодимии, пишет:

...один из аланских наемников, бывших с благородным Исааком, по имени Арават, видя множество варваров, стремительно нападающих с неистовой яростью, рассудил, что братья, одни с немногими воинами, подвергаются всяческой опасности. Опасаясь, чтобы с одним из них не приключилось какой беды, он призвал товарища по имени Хаскарис, бывшего под началом у Алексея Комнина, вместе с ним сойти с лошадей и стрелами встретить врагов. "Ибо будет постыдно, - сказал он, - если благородные и отважнейшие мужи подвергнутся опасности в присутствии аланов; позор падет тогда на весь аланский народ!" (Алемань 2003: 307).

Пояса. В северокавказских и дагестанских комплексах кожаный пояс с металлическим гарнитуром был обязательной деталью мужского костюма. Его всегда надевали поверх черкески или бешмета. В костюмах народов, проживающих в СреднеазиатскоКазахстанском регионе, преобладающими были матерчатые пояса. Выполненные из тканей разной стоимости и качества, пояса указывали на принадлежность владельца к определенной социальной группе (Мукминова 1979: 73). Мужчины в СреднеазиатскоКазахстанском регионе в качестве пояса использовали также платки, что было абсолютно недопустимо на Северном Кавказе. Здесь полотенце или кусок ткани мужчина мог повязать вместо кожаного пояса только во время траура, или на это время вообще отказаться от использования пояса (Студенецкая 1989: 94). Среднеазиатские письменные и изобразительные источники XVI в. указывают на бытование среди военных чинов кожаных ремней с двумя большими металлическими бляхами (Мукминова 1979: 73), которые дальнейшего развития в этнографическом комплексе не получили.

Пояса в костюмах народов сравниваемых регионов отличались не только по материалу, форме, манере ношения относительно верхнего платья, но также по утилитарным и семантическим функциям.



Pages:     | 1 |   ...   | 45 | 46 || 48 | 49 |   ...   | 58 |
 


Похожие работы:

«Карачаевск-2011 Ш.С.Бадахов По следам тюрков Северного Кавказа Редакционная коллегия: Койчуев А.Д.-доктор исторических наук Хапаев С. А.- доктор географических наук Богатырев А. А.- исследователь, депутат НС КЧР, Атаев И.Х.- исследователь, ген. директор фирмы Уста Издание второе Карачаево-Черкесский государственный университет Информационно-аналитическое управление 2011 г. Тюрки на Северном Кавказе в конце XIV века Как известно из истории, на территории Северного Кавказа с V тысячелетия до...»

«УТВЕРЖДАЮ: Ректор ФГБОУ ВПО КрасГАУ Председатель приемной комиссии _ Н.В. Цугленок “”201 г. ПРОГРАММА ВСТУПИТЕЛЬНОГО ИСПЫТАНИЯ ПО СПЕЦИАЛЬНОЙ ДИСЦИПЛИНЕ для поступающих на обучение по программам подготовки научно-педагогических кадров в аспирантуре Институт Юридический Направление подготовки: 40.06.01 Юриспруденция Направленность (профиль): 12.00.01 – Теория и история права и государства; история учений о праве и государстве Красноярск, 2014 Составители: Навальный С.В., к.ю.н., доцент;...»

«КУЛЬТУРНОЕ ОБОЗРЕНИЕ информационно-аналитический сборник №5 (2013) Великий Новгород 2013 г. Культурное обозрение. Информационно-аналитический сборник №5 – Великий Новгород, 2013 Рекомендован к опубликованию кафедрой Теории, истории и философии культуры Гуманитарного института Новгородского государственного университета им. Ярослава Мудрого. Рецензент: д. филос. н., проф. А.А. Кузьмин. Авторский коллектив: Архипова А., Астафьев А.В., Гуреев М.В., Долганова А., Еремеева К., Козлов С.А., Колбая...»

«Под общей редакцией: М. Абусеитовой, К. Исак, Л. Ерекешевой. Составители: Л. Ерекешева, А. Асадова. Составление резюме статей на англ. языке: А. Асадовой. Перевод с англ. языка на русский: А. Сулейменовой, А. Берлибаевой. М 33 Межкультурный диалог и культурное разнообразие. Сборник материалов круглого стола, посвященного обмену передовым опытом в области межкультурного диалога и популяризации Всеобщей декларации ЮНЕСКО о культурном разнообразии / Сост. Л. Ерекешева, А. Асадова. – Алматы:...»

«ЛАВРОВСКИЙ СБОРНИК МАТЕРИАЛЫ XXXIV И XXXV СРЕДНЕАЗИАТСКО-КАВКАЗСКИХ ЧТЕНИЙ 2010–2011 гг. ЭТНОЛОГИЯ, ИСТОРИЯ, АРХЕОЛОГИЯ, КУЛЬТУРОЛОГИЯ Санкт-Петербург 2011 Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-239-5/ © МАЭ РАН УДК 39+902+94+008(470.6+51) ББК 63.5(2) Л13 Рецензенты: к.и.н., ведущий специалист МАЭ РАН А. В. Курбанов; д.и.н., профессор, зав. кафедрой истории стран Дальнего Востока...»

«Проекция Меркатора, логарифм и мореплавание A. В. Боровик О. М. Худавердян Для нетерпеливого и грамотного читателя сразу оговоримся, что основное математическое содержание этого этюда сводится к классическому предложению: цилиндр униформизующая поверхность для логарифма. Тем не менее думается, что содержание нашей заметки интерпретация проекции Меркатора как логарифма в комплексной области в той или иной степени должно входить в любой курс комплексного анализа но почему-то мы там этого не...»

«М.И. Щербакова Точная наука текстология Эврика!, Я нашел! — воскликнул Архимед, открыв основной закон гидростатики. Этот возглас радости, возвещающий появление новой, осеняющей мысли дал название эвристике — искусству нахождения истины; иначе — системе логических приемов и методических правил теоретического исследования. В системе филологических знаний текстология занимает вполне определенное и самостоятельное место. Она тесно связана с теорией и историей литературы, служит основой для...»

«ВАЛЕРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ТИШКОВ Составители Г.М. Тихомирова, Н.М. Ансерова Авторы вступительной статьи Т.Б. Уварова, Е.Н. Викторова МОСКВА НАУКА 2011 УДК 39(092) ББК 63.5 Т47 Редакционная коллегия серии “Материалы к биобибоиграфии ученых” Российской академии наук: академик А.И. Григорьев (председатель), академик Ю.С. Пивоваров (зам. председателя), член-корреспондент РАН В.И. Васильев (зам. председателя), академик Е.П. Велихов, академик В.А. Виноградов, академик Ю.Г. Леонов, академик Г.А. Месяц,...»

«Для обсуждения на заседании Бюро Президиума РАО 13 октября 2010 г. СПРАВКА О состоянии и перспективах развития научных исследований Учреждения РАО Институт социальной педагогики Сообщение Бочаровой В.Г., директора Учреждения РАО Институт социальной педагогики, член-корреспондента РАО Социально-исторический контекст. Социальная педагогика как самостоятельная наука и область профессионального образования развивалась и вызревала в условиях объективного процесса дифференциации научных, в том числе...»

«Рабочая программа начальной ступени общего образования учебного курса Технология 3 класс Составитель: Прокофьева Елена Владимировна учитель начальных классов 2013-2014 учебный год ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА Настоящая рабочая программа разработана применительно к учебной программе курса технологии для 3 классов общеобразовательных учреждений на основе Примерной программы начального общего образования, авторской программы Н.И.Роговцевой, соответствует требованиям Федерального компонента...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.