WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 19 |

«В книге кандидата исторических наук старшего преподавателя кафедры истории советского общества Челябинского государственного университета B.C. Кобзова раскрывается ...»

-- [ Страница 6 ] --
Казачество являлось своеобразным сословием, соединявшим в себе образ жизни земледельца и профессионального воина, выработавшим свои специфические обряды и традиции, наиболее ярко проявлявшиеся в казачьих праздниках, высокочтимых и любимых всем войсковым населением. В их основе, безусловно, находились общие с другими сословиями и группами культурные и религиозные традиции и корни. Заметный отпечаток на складывание обрядов наложил и многонациональный характер казачества. В частности, в состав войскового сословия Оренбургского казачьего войска входили русские, украинцы, калмыки, татары, мордва, башкиры, мещеряки и др. Численность их была различной, но в той или иной мере их культуры оказали влияние на складывание образа жизни казачества.

С течением обстоятельств объединенные в единое сословие различные национальные группы взаимно обогащали друг друга, в то же время сохраняя некоторые особенности своего национального уклада. Так получилось, что в Варненском поселке сошлись две культуры — оседлая в своей основе русскоязычная и в недавнем прошлом кочевая, татарская и калмыцкая. К этому времени татары (в войске впервые появились в середине XVIII века под названием тептярей) во многом утратили элементы кочевого образа жизни, адаптировались к оседлости, вобрав традиции окружающих национальных групп. Единственным резким различием между казаками-татарами и русскоязычным населением войска являлась религия. Варненские татары в отличие от ногайских, сохранили свою традиционную религию — ислам.

Принадежность к разным мировым религиям не являлась препоной в межнациональных отношениях. Они развивались на иной основе — сознании общности войскового сословия и регламентировались особенностями казачьего уклада жизни. В отдичие от калмыков, которые, как уже отмечалось выше, держались в стороне от основной массы населения поселка, татары, русские, малороссы, мордва вступали в смешанные браки, не делая из национальной или религиозной принадлежности препятствий для бытового общения. Религиозная принадлежность не являлась препятствием и в продвижении по служебной лестнице — многие представители рода Кочуровых, Усмановых и Велиных являлись потомственными офицерами Оренбургского казачьего войска и достигли тех же чинов, что и офицеры православного вероисповедания. При выходе казаков на службу — одновременно проводился молебен в православном храме и в мечети, а во время военных кампаний в походе казаков сопровождал священник и азанчи.

Говоря о религиозной веротерпимости в Оренбургском казачьем войске, нельзя не отметить и то, что элементы притеснений по религиозным мотивам все же имели место. Но касались они исключительно последователей сектантских течений в христианстве.

По данным на 1 января 1904 года, в поселке Варненском проживало 5 офицеров: полковник Ш.А. Кочуров (незадолго до начала первой мировой войны уволен в отставку с чином генерал-майора), подъесаул Шаймардан Кочуров, сотники Шахмурат, Султан и Сагивалей Кочуровы.

В середине 40-х годов приказом военного губернатора и установлениями Св. Синода православной церкви ограничивалось продвижение по службе лиц, приверженных к расколу, и калмыков, исповедовавших языческую религию 1. Но эти факты были крайне редки. Вне зависимости от национальности и вероисповедания офицеры войска в XIX веке обычно не поднимались выше чина есаула, и одной из особенностей казачьих офицеров было резкое несоответствие между обер-офицерскими чинами и возрастом.

В казачестве, являвшемся военно-служилым сословием, наиболее отчетливо, чем где-либо сложились устойчивые патриотические традиции. Вся жизнь казака с малых лет была ориентирована на подготовку к будущей воинской службе и защите Отечества. Обычными занятиями поселковой детворы были игры в «казаков-разбойников» и «войну», стрельба из самодельных луков, езда на лошадях. К 7—8 годам любой ребенок в станице в совершенстве осваивал технику верховой езды, а к 10—12 годам проводил почти все лето при лошадях в «ночном». Полувоенная атмосфера царила и в поселковых казачьих школах. Наряду с изучением Закона Божьего, арифметики, правописанием и чтением казачата под присмотром специальных инструкторов из отставных урядников учились владению шашкой и пикой, занимались строевыми занятиями и гимнастикой. В казачьей школе деревянная шашка была такой же необходимой принадлежностью ученического арсенала, как ручка и тетрадь. С конца 80-х годов в поселковых школах была введена единообразная школьная форма — черные брюки со светло-синими лампасами и серая гимнастерка с кожаным ремнем. В начале XX века эта форма была дополнена фуражкой с кокардой и погонами по образцу войсковых, но без букв и цифр.

Администрация войска строго следила за постановкой обучения в казачьих школах. Ежегодно все поселковые и станичные учебные заведения лично осматривали станичные начальники и окружные штаб-офицеры, а позднее — атаманы отделов. В случае обнаружения серьезных недостатков издавались специальные приказы по войску, а на виновных накладывались строгие взыскания. Так, в 1857 году Наказной атаман Оренбургского казачьего войска генерал-майор И.В. Падуров, побывав во всех без исключения школах, отмечал в приказе, что в Варненском поселке школьная подготовка находится на должном уровне, а ученики показали при проверке удовлетворительные знания, за что поселковый начальник сотник Качуров получил благодарность, а учитель школы урядник Велин прибавку к жалованию на 3 рубля серебром в год больше. 1 Благодаря такому отношению к школьному образованию в Оренбургском войске среди детей школьного возраста грамотность была выше, чем в других — 70,8% (в Донском — 66,9%, Сибирском — 68,8%, Кубанском — 50,6%, Уральском — 47,7%, Забайкальском — 25,7%). С 16 лет все казаки зачислялись в «малолетки» и уже в полном объеме готовились к предстоящей службе, а также назначались к выполнению отдельных обязанностей, наряжались для отправления подводной гоньбы, в караулы к общественному сеновалу и хлебным магазинам. Особое внимание при подготовке к выходу «на действительную» уделялось конной подготовке.

Требования к строевому коню предъявлялись отборочной комиссией очень строгие — рост его должен быть не менее 2 аршин, здоровое телосложение без изъянов, перечень которых включал более 30 пунктов. Рабочие лошади, если их пытались выдать за строевых, сразу же браковались. Если казак за неимением рабочих лошадей или волов использовал строевую лошадь для каких-либо работ или впрягал ее в телегу или бричку, то за это подвергался строжайшему наказанию (до конца XIX века и телесному), после чего его заставляли покупать нового строевого коня. Строевой конь вместе с обмундированием и оружием должен был содержаться казаками в полной готовности к выходу на службу в течение всего времени нахождения в строевом разряде.

Строевой конь для казаков был не просто верховым животным, а скорее боевым товарищем, с которым ему приходилось преодолевать все невзгоды воинской службы. Не случайно, что одним из элементов обряда прощания уходящего на службу казака была сцена его публичного разговора с конем у крыльца родительского дома. Попрощавшись с родными и близкими, уходящий на воинскую службу или в поход молодой казак, обращаясь к коню, просил: «Брат ты мой боевой, не выдай меня в трудную минуту, принеси домой». Казаки по этому поводу обычно говорили: «Конь подо мной, как Бог надо мной».

Верхом позора для молодого казака считалось падение с коня во время джигитовки или выполнения конных упражнений. В таких случаях над незадачливым парнем долго подсмеивались, награждая его едкими насмешками и прозвищами типа «баба»

или «казак в юбке».

Военная администрация войска обращала неослабное внимание на состояние взаимоотношений между казаками даже во время их нахождения на льготе, всячески поддерживала воинскую дисциплину и, особенно, авторитет стариков и награжденных Знаком военного ордена и медалями. Казаки, находившиеся на внутренней службе или по домам на льготе, обязаны появляться в общественных местах и в праздники в форменной одежде, а при встрече приветствовать друг друга по воинскому уставу, причем молодой должен был приветствовать старика или награжденного, как тогда говорили, господина кавалера, первым. Вообще для казаков культ стариков был характерным явлением, и по реорганизации системы местного управления в каждом станичном юрте вводились выборные должности станичных и почетных станичных судей, которые замещались исключительно опытными и авторитетными казаками и урядниками. Их слово при разборе разного рода внутрипоселковых конфликтов было решающим и не подлежало обсуждению.

Совершенно иными, чем в армии, были взаимоотношения между нижними чинами (казак, приказный, младший и старший урядники, вахмистр) и офицерами. Казаки и офицеры всех без исключения станиц, как правило, служили также в одном полку, а по выходе на льготу вели один и тот же образ жизни, и их паевые наделы зачастую размещались по соседству. Общность бытового, уклада и экономического положения (годовое содержание казачьего сотника в 60-е годы составляло всего 88 руб. 80 коп.

серебром,, т.е. 7,4 рубля в месяц 3 ) накладывала своеобразный отпечаток на их взаимоотношения. Но вместе с тем, через условную черту, разделявшую их, казак и офицеры не преступали.

Характер службы, а также принципы комплектования частей с самого начала устраняли самую возможность проявления свойственных остальным формированиям русской армии негативных явлений во взаимоотношениях между нижними чинами. Таких случаев, как издевательства старослужащих над молодыми, притеснения, в казачьих полках не было.Не было в казачьих частях и громадной пропасти, разделявшей армейских офицеров и их подчиненных со всеми вытекающими из этого последствиями.

Это обусловливалось, с одной стороны, тем, что казак с детства воспитывался в дисциплине и уважении к будущей службе, которая в его представлении являлась не тяжелой повинностью, а почетной обязанностью, тем более окутанной романтикой воинских подвигов, навеянной рассказами стариков. С другой стороны, казачьи офицеры, вышедшие из низов, в своей массе имели те же обязанности, что и рядовые казаки. Вместе с ними офицеры строевых полков делили трудности походной жизни и довольствовались из одного котла. С детства они приучались к коллективизму и взаимовыручке. Поэтому казачество и не знало таких позорных явлений, как дезертирство или малодушие в бою. Если кто-то бросал своего товарища в беде, то об этом неминуемо становилось известно во всей казачьей общине и пятном позора ложилось на всю семью и род. За особо тяжкие проступки казака по требованию жителей поселка могли лишить казачьего звания, выселить за пределы территории или отдать в солдаты.

Казачьи традиции и обычаи складывались в течение длительного времени и в той или иной форме неосознанно проявляются в поведении потомков казаков и по сей день. Свадьбы и торжества, связанные с рождением в семье первого ребенка, у варненцев проходили с учетом национальных особенностей, впрочем, как и погребальные обряды, совершавшиеся по религиозным и традиционным канонам. Церковные православные и мусульманские праздники по времени не всегда совпадали между собой и с уважением воспринимались обеими общинами, будь то пасха или.ураза. Остальные же, имевшие под собой общую основу — празднование завершения сева, сбора урожая, войсковые торжества — отмечались казаками совместно.

Особенно много народа собиралось в поселке на проводах зимы, проходивших обычно в конце христианской масленицы и воспринимавшейся не как религиозный, а скорее как традиционный казачий праздник. Обычно он проходил следующим образом. Рано утром на поселковую площадь перед правлением собиралось большое количество одетых по форме казаков с женами и детьми. Празднование начиналось со скачек, в которых участвовали все желающие жители Варны на своих строевых лошадях. Дистанция для конных состязаний размечалась заранее по улицам поселка, и ее протяженность составляла 2—3 версты.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 19 |
 


Похожие работы:

«Юрий Борев СТАЛИНИАДА Книга представляет собой эпическое повествование об эпохе сталинизма, построенное из мини-рассказов. В повествовании три слоя. Первый слой — мемуары по чужим воспоминаниям — рассказы выдающихся людей о Сталине и сталинщине. Второй слой — исторические анекдоты, обладающие разной степенью достоверности, но верно отражающие суть эпохи. Среди рассказчиков и героев рассказов — писатели Ахматова, Булгаков, Бабель, Зощенко, Пастернак, Платонов; деятели театра и кино Мейерхольд,...»

«Серия: Дни воинской славы России Отечественная Война 1812 года Информационно-библиографическое пособие Кемерово, 2008 ББК 63.3(2)47+91.9:63 Составитель: Зачинская О.В., главный библиограф cправочной службы ОНЛАЙНик Центральной детской библиотеки им. А. М. Береснева. Компьютерный дизайн: Аникина Н.И., зав. издательским отделом Центральной детской библиотеки им. А. М. Береснева. В рамках приоритетного регионального национального проекта Культура. Отечественная война 1812 года [Тест] :...»

«Посвящается 70-летию фармацевтического факультета Иркутского государственного медицинского университета Геллер Л.Н. Вехи истории : становление, формирование и развитие аптечной службы и фармацевтического образования Иркутской области Цикл лекций Иркутск-2010 Содержание Лекция 1. Становление медицинской и фармацевтической помощи Иркутской губернии 1.1. Состояние медицинской лекарственной помощи в дореволюционной Сибири и Иркутской губернии 1.2. Появление первых врачей-специалистов в Иркутске....»

«Sergei Kan. Lev Shternberg: Anthropologist, Russian Socialist, Jewish Activist. Series: Critical Studies in the History of Anthropology. Lincoln; L.: University of Nebraska Press, 2009. 550 p. Биография Льва Яковлевича Штернберга будет написана. Это будет страница истории русской революционной и научной среды. (С.Ф. Ольденбург. Лев Яковлевич Штернберг — ученый и человек // Памяти Л.Я. Штернберга. 1861–1927. Л.: АН СССР, 1930. С. 21) Уверенность С.Ф. Ольденбурга в том,...»

«Annotation В книге известного австралийского психолога, художника, писателя Эндрю Мэтьюза говорится о том, как стать счастливым и успешным, несмотря на любые негативные обстоятельства, личные проблемы и комплексы. Рассматриваются разные стороны нашей жизни – любовь, семья, дружба, здоровье, карьера, материальное благополучие. И по каждой даются четкие, остроумные, нестандартные советы. Все рекомендации сопровождаются реальными историями, где герои сумели не только встать на ноги после различных...»

«А.В. Адрианов. Томская Старина. Оттиск из книги Город Томск Предисловие. Милая старина! Незлобливая, мягкая, обвеянная теплом и ласковым светом, она задевает в душе человека самые нежные струны, она занимает в сердце самый укромный уголок, где все так тихо, мирно, безоблачно. Она будит воспоминания о былом, бесстрастная, правдивая, но освобожденная от всей остроты горечи настоящего; она встает неясным обликом из тумана прошлого, воскрешает забытое, заставляет напрягать память и дает человеку...»

«РЕВОЛЮЦИЯ, РЕФОРМА И ВОЙНА Немцы Поволжья в период заката Российской империи Саратов 2008 1 УДК 94=112.2 (470.44/47). 084.1 ББК 63.3 (235.54) 524 Д 33 Дённингхаус В. Д 33 Революция, реформa и война: немцы Поволжья в период заката Российской империи / Под ред. проф. А. А. Германа. – Саратов.: Изд-во Наука, 2008. – 248 с. ISBN 978-5-91272-508-1 В предлагаемой читателю книге представлены основные историкодемографические данные о населении Саратовской и Самарской губерний на рубеже XIX-XX вв.,...»

«ВЫПИСКА из протокола № 11 заседания кафедры Технологий и профессионального образования ГБОУ ВПО Академия социального управления от 17 декабря 2013 г. Присутствовали: Председатель заседания – В.А. Кальней, зав. кафедрой, д.п.н., профессор; Секретарь заседания – Е. Г. Ряхимова, ст. преподаватель; Шишов С. Е. – д.п.н., профессор; Сковородкина И.З. – д.п.н., профессор; Винник А.Л. – д.мед.н., профессор; Орешкина А.К. – д.п.н., профессор; Хроменков П.А. – д.п.н., доцент, профессор кафедры педагогики...»

«СВЯТАЯ РУСЬ: ВРЕМЯ СОБИРАТЬ КАМНИ Москва ИНЭС, 2005 УДК 271.2:94(47) ББК 86.372 К89 Кузык Б. Н. К89 Святая Русь: время собирать камни / Б. Н. Кузык. – М.: Институт экономических стратегий, 2005. – 840 c.: илл. ISBN 5-93618-092-1 На переломе веков Россия переживает трудное и прекрасное время, которое, быть может, потомки назовут ее преображением. Возрождаются храмы и монастыри, воскресные школы, культура и искусство, иконопись и народные промыслы. Люди обращаются к своим корням, к истории...»

«Из книги А. А. Шокина МИНИСТР НЕВЕРОЯТНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ http://www.kbpm.ru/Book/book.htm ПРЕДИСЛОВИЕ А.А.Шокин Невероятный - неправдоподобный, очень большой, значительный, чрезвычайный. С. И. Ожегов, Словарь русского языка. Эта книга - об Александре Ивановиче Шокине, министре электронной промышленности СССР, возглавлявшем эту отрасль в течение почти двадцати пяти лет и по существу являвшемся ее создателем. Своих мемуаров он не оставил. К этому жанру у него было двоякое чувство - он любил их...»






 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.