WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     || 2 | 3 | 4 |

«PATRISTIC RESEARCHES IN XX с. P. MIKHAILOV The article examines the program ideas of theological revival in Christian scientic subjects, particularly in the eld of ...»

-- [ Страница 1 ] --

ПАТРОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ в в. 73

нажды сказал французский медиевист М. Блок15, но это так не потому, что христианин это грамотный интеллигентный человек, хорошо знающий историю мира и своей традиции, а потому, что он непосредственный

участник этой истории. Более того, эту фразу следует уточнить: христианство — религия историков, а христиане — прямые совершители истории.

PATRISTIC RESEARCHES IN XX с.

P. MIKHAILOV The article examines the program ideas of theological revival in Christian scientic subjects, particularly in the eld of patristic studies. The content shows that theological intuitions of catholic and orthodox theologians in that case are the same. At the same time there is some risk of degeneracy of that ideas by the special character of scientic research that become autonomous of it roots and general goals.

Протопресвитер Константин Коман (Православный богословский факультет Бухарестского университета)

СВЯЩЕННИК ДУМИТРУ СТАНИЛОЭ: ПЕРЕВОДЧИК, ИСТОЛКОВАТЕЛЬ

И ПРОДОЛЖАТЕЛЬ СВЯТООТЕЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ

В настоящем докладе дается обзор жизненного и научного пути известного румынского православного богослова, патролога и переводчика творений Святых Отцов отца Думитру Станилоэ. Отмечается, что особенное влияние на его богословие оказало учение свт. Григория Паламы. Говорится также и о масштабной переводческой работе Станилоэ, посвященной следующим авторам и памятникам древней христианской письменности:

св. Григорию Паламе, прп. Максиму Исповеднику, св. Анастасию Великому, свт. Григорию Нисскому, свт. Григорию Богослову, свт. Кириллу Александрийскому, Ареопагитскому корпусу, прп. Симеону Новому Богослову.

Кроме того, автор доклада показывает, что выполненный Станилоэ перевод «Добротолюбия» оказал глубокое влияние на религиозное возрождение Румынии в социалистический период ее истории.

Жизнь священника Думитру Станилоэ охватывает почти весь XX век. Он родился 17 ноября 1903 г., в одном из горных сел Трансильвании недалеко от Брашова. Его родители, простые крестьяне православного вероисповедания, носили библейские имена: Иеремия и Ревекка. Мать, будучи глубоко верующим человеком, желала видеть своего сына священником.

В те времена, как, впрочем, и позднее, село было основой общественной жизни Румынии. Здесь Думитру впервые открыл для себя подлинный образ церковной жизни, явленный в жизни небольшой церковной общины. Вот что он напишет об этом позднее: «Вся жизнь нашего села проходила вблизи церкви… Общественная жизнь была тесно связана с религиозной. Невозможно было помыслить нормальную жизнь вне Церкви, всегда бывшей рядом с народом, который, в свою очередь, был полностью предан ей. В такой атмосфере я вырос. Церковь значила очень много, она была стержнем человеческой жизни. Народ жил в Церкви»1. О роли, которую сыграл в его последующей жизни, и особенно в его богословской деятельности, опыт детства, проведенного в селе, отец Станилоэ, уже на склоне жизни, говорит так: «И по сей день меня вдохновляют воспоминания о жизни моей семьи, моего села и вообще всего народа»2.

Важным моментом в жизни юного Думитру стал выбор факультета, на который он поступил после окончания лицея в Брашове. Он хотел в то время изучать философию, чтобы освоиться в схоластике. «Я не знал, что означает схоластика! — писал он позднее: — Я думал, что речь шла о высокой философии»3. Его мать и дядя священник убедили его изучать богословие на известнейшем в то время Богословском факультете в Черновцах. Там он познакомился с тогдашним митрополитом Трансильвании, крупным ученым Николае Блок М. Апология истории или ремесло историка. М.: Наука, 1986. С. 6.

Costa de Beauregard M.-A. Dimitru Staniloae. «Ose comprendre que Je t’aime». P.: Cerf, 1983. Р. 16–17.

Ibid. P. 17.

Ibid. P. 17.

74 XVIII ЕЖЕГОДНАЯ БОГОСЛОВСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

Бэланом, предложившим ему стипендию, позволявшую посещать занятия по богословию, что впоследствии оказало большое влияние на карьеру отца Станилоэ.

Богословский факультет в Черновцах был организован по образцу немецких теологических школ. Соприкоснувшись с жизнью на факультете, молодой Думитру Станилоэ с удивлением обнаружил огромную пропасть между академическим богословием и жизнью Церкви, как он ее знал: «Богословие было слишком академичным. Все было пронизано рационализмом… При чем здесь религиозная жизнь народа? Как я мог обратиться к верующим с тамошними учеными выкладками о Боге? Богословие было наукой, изобилующей метафизическими определениями: Бог неизменен, человек изменчив…»4.

Другое недоумение было связано с самодостаточностью факультетского богословия, которое, оставаясь всегда на теоретическом, рациональном уровне, претендовало на полное познание Бога: «после нескончаемой зубрежки учебников, после заучивания цитат из каждой главы догматики у студентов складывалось впечатление, что они знают все, что о Боге уже все сказано, и нового сказать нечего»5. Самой первой реакцией было некоторое пренебрежение к вере и благочестию народа. Спустя год после начала обучения разочарованный студент оставил Богословский факультет и отправился в Бухарест изучать филологию. Случайная встреча с митрополитом Николае Бэланом заставила его вернуться. Он закончил свое богословское образование в 1927 г. с единственным достижением — «освоением навыков глубокой исследовательской работы».



По окончании богословских штудий митрополит Бэлан отправил Думитру на год в Афины, по настоятельной просьбе самого юного богослова. «Я искал подлинный источник и подлинное выражение православного богословия, и у меня было ощущение, что я найду его у греческих отцов»6. Несмотря на короткий срок пребывания в Афинах (всего лишь один учебный год 1927 / 1928) и перенесенную тяжелую болезнь зимой этого же года, Станилоэ смог выучить греческий язык и написать докторскую диссертацию на тему «Жизнь и деятельность Патриарха Досифея в Иерусалиме, а также его связи с румынскими землями», защищенную в Черновцах осенью 1928 г. Недолгое пребывание в Афинах стало важным событием для его богословской карьеры. Большим приобретением следует считать освоение греческого языка, давшее возможность и сильнейший импульс к изучению наследия Святых греческих Отцов Церкви. По этому поводу отец Станилоэ писал в предисловии к греческому переводу первой части своей Догматики: «Я благодарю Бога за то, что могу вернуть хотя бы малую часть моего долга перед греческим языком, которому я стольким обязан. Язык, который я освоил в Афинах 60 лет назад и который я постоянно совершенствую, позволил мне с самого начала моего служения богословию оказаться внутри живого диалога с греческими Отцами Церкви»7. Однако на богословском факультете в Афинах он обнаружил все ту же теологию, что и в Черновцах, оказавшуюся под значительным влиянием схоластической науки.

В ноябре 1928 г. Станилоэ уехал в Германию, где, получив стипендию от того же митрополита Бэлана, он продолжил, сначала в Мюнхене, затем в Берлине, свои занятия по истории Церкви, и в особенности по истории Византии.

Во время своего пребывания на Западе Станилоэ открыл для себя великого Отца и учителя Православия, у которого он впоследствии найдет ответы на многие свои вопросы и который введет его в мир истинного и живого богословия. Это событие наложило неизгладимый отпечаток на весь ход его богословской мысли и его произведения. Речь идет о свт. Григории Паламе. Отправной точкой для Станилоэ стало изучение истории Византии, в которой, конечно же, фигурировал и этот Отец Церкви. Станилоэ начал искать рукописи произведений Паламы и нашел их в Национальной библиотеке в Париже, куда отправился во время отпуска.

Целых два месяца изо дня в день он исследовал и переписывал рукописные тексты Григория Паламы. По возвращении из Германии он остановился на два месяца в Белграде, движимый все тем же интересом к истории Церкви, а затем вернулся в Румынию.

С этого времени начался новый период жизни Станилоэ, связанный с его преподавательской деятельностью. 1 сентября 1929 г. митрополит Николае Бэлан назначил его доцентом Кафедры догматики Богословской Академии в Сибиу. Ему было всего лишь 26 лет. В течение последующих 17 лет Станилоэ преподавал в Академии догматику (1929–1946), а также параллельно, в разные годы, апологетику (1929–1932, 1936–1937), пастырское богословие (1932–1936), греческий язык (1929–1934). В 1935 г. он получил звание профессора, а в 1936 г. стал ректором Богословской Академии в Сибиу, оставаясь на этом посту вплоть до 1946 г, когда обстоятельства и политическая обстановка вынудили его переехать в Бухарест. Нужно сказать, что в то время благодаря решительным действиям и усилиям митрополита Бэлана в Богословской Академии Сибиу Costa de Beauregard M.-A. Dimitru Staniloae. «Ose comprendre que Je t’aime». P.: Cerf, 1983. P. Ibid. P. Costa de Beauregard M.-A. Op. cit. P. 18.

Stniloae D. Dumnezeu, lumea i omul. Introducere n teologia dogmatic. Atena, 1990. P. 13.

трудились такие выдающиеся профессора, как Николае Няга (Ветхий Завет), Григоре Марку (Новый Завет), Теодор Бодогае (история Византии), Ливиу Стан (каноническое право). К этому блистательному поколению богословов принадлежит и Станилоэ, самый яркий его представитель.

В 1930 г. Думитру женился на девушке по имени Мэрия, ставшей спутницей его жизни на 63 года (в марте 1993 г. она умерла).

Поначалу, не занимаясь догматикой специально, Станилоэ перевел «Догматику» известного в то время греческого богослова Христу Андроутса, которая его не вполне удовлетворяла, как он сам об этом говорил:

«Я читал у Андроутса, что в познании Бога не бывает прогресса, что все, что сказано — сказано раз и навсегда и закреплено в догматических определениях и формулах». Это и стало причиной, побудившей Станилоэ начать перевод текстов Григория Паламы, привезенных им с собой из Парижа. Так началась его плодотворная работа по переводу святоотеческого наследия на румынский язык, которой суждено было продолжаться всю жизнь и затронуть сочинения самых крупных греческих Отцов Церкви.

Святоотеческое богословие как подлинное выражение вековой жизни Церкви и ощущение постоянного присутствия Божия в мире и в истории стали двумя основополагающими источниками богословия Станилоэ. «Мое богословие происходит, с одной стороны, из постоянного общения со Святыми Отцами Церкви, а с другой — из моего постоянного и живого общения с Богом в молитве и литургической жизни в Церкви с моими румынскими братьями и вообще со всем христианским братством…»8.

Работа над переводом с самого начала сопровождалась толкованием и погружением в святоотеческую мысль. Отправной точкой для этого служили проблемы современного человека. Параллельно с переводом первых текстов Паламы Станилоэ издал свое первое исследование по богословию Паламы: «О пути, который ведет к Свету Господню, по учению св. Григория Паламы»9. Напомним, что это было время, когда и в православной среде чувствовалась настороженность по отношению к исихазму и учению святого Григория Паламы. Станилоэ говорил, что, еще будучи студентом 1 курса, он прочитал в одном из учебников по истории Византии некоего румынского историка нечто «о странной идее св. Григория Паламы, будто некоторые монахи видят небесный свет»10.



Pages:     || 2 | 3 | 4 |