WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 46 | 47 || 49 | 50 |   ...   | 80 |

«Вначале человек помнит только то, что было, затем - то, что было, и то, чего не было, а в конце - только то, чего не было. А. М. Титов ТАЙНЫ СТАЛЬНЫХ КОНСТРУКЦИЙ ...»

-- [ Страница 48 ] --

К слову еще один объект, в проектировании которого вместе с Аэропроектом участвовал и наш институт, также представлялся на соискание высшей премии СССР. Это был аэровокзальный комплекс, построенный к Олимпиаде 1980 года в аэропорту Таллинн (Эстония). Проект металлических конструкций оригинального по архитектуре сооружения аэровокзала выполнял наш отдел, главным инженером проекта был Волков И. И., мне как главному конструктору отдела, довелось курировать проект, участвуя в принятии основных технических решений, их согласовании, в осуществлении авторского надзора. К Московской Олимпиаде в СССР было построено большое количество уникальных сооружений, конкуренция объектов – соискателей была высокой и появление среди них аэровокзала в Таллинне еще одно подтверждение высокого уровня проектов, в разработке которых участвовал наш институт 4.16. Как мы создавали "Уродину" Интересным этапом в “ангарном” направлении стало применение для перекрытия ангаров малоэлементных ферм, идея которых принадлежала О. И. Шумицкому и заключалась в том, что независимо от пролета ферма собиралась из небольшого количества элементов, при этом верхний пояс в середине каждой панели (участок между узлами фермы)имел излом вверх и способен был работать на сжатие с изгибом. Величина излома выбиралась такой чтобы возникающий при этом изгибающий момент в поясе уравновешивался изгибающим моментом от местного нагружения панели фермы кровельными конструкциями.

Пояса ферм выполнялись из гнутосварных коробчатых профилей либо из двутавров, решетка из коробчатых гнутосварных элементов.

Такие фермы получались достаточно экономичными как по расходу материала, так и по трудоемкости изготовления и сборки. Фермы такой конструкции были применены в проектах построенных ангаров в г. г. Куйбышеве, Виннице, Якутске (два), Магадане (два), один в Москве (НИИ ГА) и на ряде объектов Министерства обороны.

Здесь следует отметить, что отношения между нашим институтом и Московской ПСК всегда носили соревновательный характер и почти постоянно содержали определенную интригу. Поэтому когда директор объединения Н. П. Мельников узнал о нашем проекте ангара пролетом 85 м г. Куйбышеве, где были применены малоэлементные фермы то решил, исходя из самых "лучших" побуждений, тихонько похоронить проект, для чего назначил Большой совет в Москве. О том, что фермы были изготовлены и уже смонтированы Мельников не знал, а в докладе на техсовете Объединения я об этом умышленно умолчал. Надо отметить, что атмосфера Совета обычно была весьма напряженной и, как правило, все присутствующие были подчинены воле его председателя – Н. П. Мельникова. Я доложил весьма подробно и обстоятельно, т. к. понимал, что от этого многое зависит. Вопросы посыпались как из рога изобилия, а потом началось "избиение", умело одобряемое "милой" улыбкой Николая Прокофьевича. Я не услышал ни одного доброго слова даже от тех, кто в коридоре меня ободрял и поддерживал. Наконец слово предоставили Глебу Дмитриевичу Попову, очень авторитетному тогда специалисту в Объединении, крупному инженеру вообще и мостовику в частности. Речь ведь шла о фермах больших пролетов, что для Глеба Дмитриевича было своей парафией. Он начал буквально так: "Посмотрите на эту уродливую конструкцию…", дальше шел расстрел в упор из умело заготовленных и артистически поданных нападок и аргументов. Выступление окончилось в напряженной тишине и Н. П. Мельников, опять-таки "мило" улыбаясь, спросил у меня: "Вы хотите что-нибудь сказать?" (нет, не "возразить", а именно "сказать"). Я поднимаюсь и с вежливым поклоном в сторону Г. Д. Попова говорю: "Прежде всего, я хочу поблагодарить Глеба Дмитриевича за тот комплимент, который он сделал нашей конструкции, ведь слово "вродлива" на Украине обозначает – КРАСАВИЦА (красивая)...». Техсовет после напряженной тишины взрывается хохотом, а разъяренный Глеб Дмитриевич со злостью кричит, что здесь говорят только на русском. Я тихо добавляю, что все замечания, конечно, принимаются и будут учтены, но конструкция у нас получилась хорошей, тем более, что на сегодня фермы изготовлены и уже смонтированы, т. е. проект реализован. Тут Н. П. Мельников перестает улыбаться, глаза его суживаются до щелочек, и он предлагает не одобрить, представленный проект, а учитывая что конструкции смонтированы, провести их НАТУРНЫЕ ИСПЫТАНИЯ(!) в проектном положении. Этим предложением техсовет выражал недоверие идее создания и внедрения малоэлементных ферм с разреженной решеткой. Испытания нами были проведены и при том на хорошем техническом уровне, т. к. к тому времени у нас в институте была квалифицированная группа испытателей, в которую входили Петр Данылив (вскоре защитивший кандидатскую диссертацию), Евгений Ежель, Светлана Осокина и другие, с которыми в дальнейшем мы провели целый ряд сложных и очень ответственных испытаний. И последнее в этой поучительной истории. На техсовете присутствовал самый крупный авторитет в металлостроительстве – Академик, профессор, Заслуженный деятель науки Николай Станиславович Стрелецкий, по учебникам которого учились многие поколения инженеров. На Совете он не проронил ни слова, а после подошел ко мне и сказал: "Молодой человек, я одобряю. Вы на правильном пути". И я вспомнил строки: "Старик Державин нас заметил и, в гроб сходя, благословил".