WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 32 | 33 || 35 | 36 |   ...   | 80 |

«Вначале человек помнит только то, что было, затем - то, что было, и то, чего не было, а в конце - только то, чего не было. А. М. Титов ТАЙНЫ СТАЛЬНЫХ КОНСТРУКЦИЙ ...»

-- [ Страница 34 ] --

После второй мировой войны высотное строительство начало развиваться более бурно, захватывая все новые страны, включая зоны с повышенной сейсмичностью (в том числе Малайзию, Японию, Новую Зеландию и др. ). Богатство архитектурных решений, изобретательность конструкторов, и просто накопление опыта способствовало появлению множества новых, часто очень оригинальных конструктивных схем. Особенно большое разнообразие возникло на базе комбинированных рамно-связевых схем, с использованием преимуществ, как той, так и другой схемы. Сегодня существует множество классификаций различных схем, в числе которых большое распространение получили каркасноствольные схемы. В 60-ые годы начинает внедряться в практику высотного строительства принципиально новая схема каркаса – коробчатая, в которой наружные колонны каркаса объединены в единую систему – трубу или коробку, работающую как консоль, которая как бы защемлена в основании. Именно по такой схеме были запроектированы 110этажные башни Торгового Центра в Нью-Йорке, трагически переставшие существовать после известного террористического акта 11 сентября 2000 года.

Многие анализируют причины обрушения этих зданий. Говорят о, якобы, малой надежности конструкций несущих каркасов, отсутствии каких либо запасов. Я здесь позволю себе высказать свое мнение по этому вопросу. Коробчатые схемы являются, пожалуй, самыми надежными для такого класса зданий, т. к. наружные стены здания представляют собой по сути, структурные плоскости из частой сеткой колонн (в зданиях Торгового Центра шаг колонн составлял всего около 1 м и между собой в плоскости стен они были связаны в уровне каждого этажа жесткими перемычками). Думается, что повреждение нескольких колонн в каком-либо из уровней не могло бы привести к обрушению каркаса в целом, чего не скажешь о каркасах с традиционной редкой ( 6 х 6м; 9 х 9м и более) сеткой колонн. С точки зрения конструктивного замысла – это выдающаяся разработка. Но уж очень сильным было разрушающее воздействие врезавшихся самолетов, которые, по-видимому, повредили и внутренние колонны, имеющие компоновку более близкую к традиционной (с широким шагом колонн). И тем не менее здания обрушились не сразу. Представляется, что огневое воздействие от вытекшего из самолетов горючего оказалось вторым мощным губительным фактором, т. к. это уже был не «типовый» пожар, на который в соответствии с пожарными нормами всех стран проверяют строящиеся здания. То, что там было, трудно предусмотреть.

Здесь интересно вспомнить такой факт, касающийся истории высотного строительства.

Событие 11 сентября 2000 г. – это не первый случай столкновения самолетов с высотными зданиями. Известно, что в 30-ые годы в Эмпайр Стейт Билдинг тоже врезался самолет.

Здание не только не обрушилось от этого столкновения, но даже существенно и не пострадало. Как пишут, люди, находившиеся в здании на несколько этажей выше и ниже места столкновения даже не заметили его. Но тогда это был маленький самолет, и разрушительная энергия, которая была связана с этим столкновением, оказалась недостаточной, чтобы обрушить здание. Вряд ли то столкновение можно сравнивать с этими, что случились 11 сентября. В качестве средств атаки были выбраны большие авиалайнеры – Боинги 767, каждый из которых до отказа был заполнен топливом. Разрушения были огромны, но и после этого одна из башен простояла еще час, а вторая – 1,5 часа. Из учебного курса металлоконструкций известно, что при нагревании стали до температуры более 6000С она резко начинает тереть прочность. Можно представить себе, какой температурный ад творился внутри здания, где горело вылившееся внутри здания авиационное топливо. Это был не обычный пожар, когда горит мебель, бумага, отделка и др. Это – совсем другое. И такое никакие нормы не предусматривают. Разрушение носило прогрессивный накапливающийся характер. Обрушивались отдельные зоны перекрытий, и колонны, несущие огромные нагрузки от вышележащих этажей, притом, что они от нагревания теряли несущую способность, оказывались еще и не развязанными из плоскости стены (в проектном положении диски перекрытий обеспечивают им поэтажную развязку). Это означает, что они начали терять устойчивость или, житейски выражаясь «подкашиваться», что и повлекло за собой обрушение вышерасположенных массивов здания. После этого полного обрушения каркаса уже избежать было нельзя. Каждому понятно, что на военное поражение от взрывов гражданские здания не считают. Огромные затраты, которые потребовалось бы вкладывать для предотвращения подобных разрушительных воздействий, не выдержала бы ни одна экономика даже самой высокоразвитой страны. Потому и гибнут на протяжении всей человеческой истории многие выдающиеся шедевры, созданные цивилизациями. И иначе, как варварами, тех, кто сознательно (или бессознательно) приносит вред или разрушения выдающимся творениям цивилизации, назвать нельзя.

Я убежден, что ничто нельзя сохранить на многие века незыблемым. Взять хотя бы Египетские пирамиды. Мне пришлось их видеть вблизи, когда я работал в Египте. Это очень мощные массивные сооружения, сложенные из огромных каменных глыб. Ну и где же многие из тех глыб, которыми когда-то была облицована вся пирамида Хеопса? Остался небольшой конус у вершины. А многие сотни огромных каменных блоков, вес каждого из которых измеряется тоннами, куда то растащили люди последующих поколений, возможно, на новое строительство. Век любого, даже самого монументального сооружения ограничен. Обидно, конечно, что 110-этажные выдающееся архитектурные шедевры прошлого столетия, о которых мы сейчас говорили, «прожили» столь короткий срок. Америке, а может быть и вообще современной западной цивилизации брошен вызов. Будем надеяться, что будет найден достойный ответ этому вызову. А пока цивилизованное человечество, определенное время будет осмысливать происшедшее.



Значит ли это, что люди откажутся от строительства высотных объектов? Вряд ли. Будем, по-видимому, и мы в Украине создавать свои гиганты. Поэтому продолжим наш экскурс по мировому опыту в этом направлении, ибо без его изучения нам на успех рассчитывать не приходится.

Не буду мучить читателя описанием всевозможных очень интересных и порой причудливых конструктивных схем. Некоторые из них возникли как творческая мысль конструкторов, некоторые – как желание угодить полету фантазии архитекторов. Я очень уважительно отношусь к архитектурному творчеству и считаю, что архитекторам-творцам нужно потакать в их замыслах. На протяжении ряда лет я преподавал на кафедре архитектурных конструкций в Украинской Академии Искусств. Конечно, наши студенты творили, и мы, их преподаватели, в их курсовых работах с ними создавали необычные проекты небоскребов, и даже ставили «пирамиду» на вершину. Но в жизни все сложнее. Конечно, в реальном проекте все должно быть очень надежным. И эту абсолютную надежность нужно доказать всем окружающим. Может быть наша всеобщая осторожность и «непущания», шедшие ранее с самого «верха», тормозили творческое развитие высотного строительства, и теперь мы пасем задних и жадно впитываем чужой опыт. Надеюсь, пока. Ведь история развития высотного строительства у нас (включая нахождение Украины в составе бывшего Союза) насчитывает всего каких-либо 50 лет.

Молодым читателям будет интересно узнать, что начало строительству высотных зданий в Москве было положено Постановлением Совета Министров в 1947 году. Подготовка к предполагавшемуся строительству грандиозного высотного комплекса Дворца Советов высотой 420 м, который задумывали еще до войны (это тот, который должна была венчать статуя вождя революции) заставила подумать и об общем архитектурном облике г. Москвы, как одной из крупнейших столиц Европы. И вот, после войны эти планы начали реализовывать: здания с металлическим каркасом на Смоленской площади (28 этажей), здание МГУ (31 этаж), гостиница на Драгомиловской набережной (32 этажа) и др. Как видите, высотность, по сравнению с Американским опытом, не ахти какая. Сегодня такая этажность уже есть и в Киеве. Но тогда – это был рывок вперед. Здесь уместно рассказать, что опыт Америки в высотном строительстве привлекал внимание советских зодчих не только до войны, когда задумывались высотные монстры типа упоминавшегося Дворца Советов. Выше уже говорилось, что специалисты – металлисты интересовались американским опытом возведения металлических каркасов небоскребов. После Великой Отечественной войны 1941-45 г. г. Советский Союз на длительное время отгородился от другого мира железным занавесом. Но началось «потепление», и после длительного перерыва в 1955 г. г. Соединенные Штаты посетила делегация советских специалистов-строителей, а летом 1956 г. Большая группа американских строителей путешествовала по Советскому Союзу. Обмен делегациями строителей ( были обмены и в других направлениях) между СССР и США в мир восприняли как положительный фактор, способствовавший сближению и взаимопониманию наших народов. По материалам упомянутой поездки был выпущен сборник «Опыт строительства за рубежом. В Соединенных Штатах Америки». Была в нем информация и о высотном строительстве. А позднее стало появляться все больше и больше переводной информации о строящихся и построенных за рубежом высотных зданиях. Так что «планку», до которой нам нужно было подниматься, мы видели, Отсутствовал социальный заказ. Нашим городам до последнего времени просто были еще не нужны очень высокие здания. Ведь в основном, за рубежом высотные здания – это бизнесовые центры. А мы бизнесом в западном понимании стали заниматься только после развала Союза. Был и еще один сдерживающий фактор. У нас была только одна «столица нашей родины» - Москва. И пока она не сделала первый шаг в высотном строительстве, остальные города должны были ждать.

Помнится, в 1968-69 гг. мы участвовали с К. Л. Шварцем в разработке проектных предложений для строительства гостиницы «Турист» на Левобережной в г. Киеве. Это здание сегодня существует, оно построено в железобетоне с этажностью 26 этажей. А первоначально оно было задумано высотой 36 этажей, и мы делали для него предложения по металлическому каркасу. Разработали 7 вариантов, в том числе были и весьма интересные.

Но, как нам тогда пояснили авторы-архитекторы, «крылышки» подрезали в Москве. Не согласовали такую большую этажность, так как в Москве еще не было подобного. Такие были времена и порядки. Архитекторами руководили «свыше». Вот и не прорвались мы за 40-этажный рубеж до сегодня.

Описывая мировой опыт я не ставил целью заявлять, что мы что-то потеряли, отставая от окружающего мира в создании высотных зданий и небоскребов. Может быть, в чем-то и правы, те кто до сегодняшнего времени сдерживает это направление. Но лично мне кажется, что хотя бы в небольшом количестве (пока) следует делать то, что делают развитые страны, и что, хотя и не всегда, но во многих случаях является красивым. Мы должны были давно учиться делать высотные добротные и красивые дома. Иначе, может оказаться так, что в недалеком будущем Киев будут застраивать высотными доминантами только иностранные компании. А ведь мы тоже уже много знаем и многое умеем. И к тому же у нас прекрасная база металлостроительства. И архитекторы у нас отличные. Хочется верить, что специалисты института УкрНИИПСК еще проявят себя на поприще высотного каркасостроения. Очень хочется участвовать в создании красивого и величественного. А высотные здания должны быть именно такими.

4.4. Розы и шипы, или о том, как трудно проходится школа Мы с Константином Леонтьевичем, по-видимому, можем себя считать зачинателями в институте направления высотных каркасов. Когда я ушел из нашей «каркасной» группы начальником отдела, то совершенно естественно Шварц остался продолжателем всего того, что было начато. А продолжать было что. Как говорят в таких случаях, слава Богу, что заказов по каркасам хватало.



Pages:     | 1 |   ...   | 32 | 33 || 35 | 36 |   ...   | 80 |