WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 29 | 30 || 32 | 33 |   ...   | 80 |

«Вначале человек помнит только то, что было, затем - то, что было, и то, чего не было, а в конце - только то, чего не было. А. М. Титов ТАЙНЫ СТАЛЬНЫХ КОНСТРУКЦИЙ ...»

-- [ Страница 31 ] --

– Я сейчас в "Промстройпроекте", начальник отдела, но 20 лет проработал в УкрПСК. Могу сказать, что это самый главный институт по металлоконструкциям в Украине. Здесь собраны лучшие специалисты! Специфика работы. Все точнее, четче, профессиональней.

– В институте с 1976 года. Через 20 лет я вижу институт многоплановой организацией, которая не только проектами занимается, но и выпускает стальные конструкции на своей базе в Броварах. У нас широкая сеть представительств – за рубежом, в СНГ. Интенсивно внедряемся в смежные отрасли – металлургию, машиностроение, заводы металлоконструкций.

– Мы все учились понемногу – развертки, проекции, шаманство… Вечное противоречие проектировщика: для души нужна свобода, а для тела – рабство! Песни строить и жить помогают: в музыкальном бизнесе Англии работает больше людей, чем в металлургической промышленности. Кому как не нам создавать "стальные" песни.

– Многие зарубежные философы считают, что мир идет от глобальных ценностей в экономике (политике) к ценностям человеческих отношений. Мне учительница говорила:

чтобы стать профессором, надо учиться 15 лет, чтобы стать человеком – надо учиться всю жизнь!

– Нельзя начинать сбрасывать лишний вес – с мозгов (реплика по поводу сокращения расходов на науку).

– "Прекрасное постигается путем изучения и ценой больших усилий, дурное усваивается само собой, без труда". Это говорил Демокрит. "Следует домогаться удовольствий, которые идут за трудами, а не пред трудами", – добавляет Антисфен. Один день добродетельного и самоуглубленного лучше столетнего существования порочного и распущенного человека – утверждает Будда. Это СНиП поведения, но, к сожалению, этические нормы нарушаются намного чаще, чем строительные.

– Если б язык жены был короче, то жизнь мужа была бы длиннее. Если жена начала воспитывать мужа, значит, она готовит его для новой жены. А в чужую жену черт ложку меда кладет.

– Каждый из нас есть памятник свободе и рабству. Влюбившись, мы летаем – мы воздушные шарики на привязи своих страстей. И часто строим воздушные замки. Здания ветшают, а воздушные замки нет… 4. Стальные каркасы зданий 4.1. Каркасы многоэтажных зданий - новое направление в институте Говорить о том, что металлические каркасы для гражданских многоэтажных зданий – это новое направление, вообще-то неверно. Была уже своя история, более длинная, чем у нас, у ЦНИИпроектстальконструкции (Москва). Была эпопея строительства многоэтажных зданий в Москве (Московский университет на Ленинских горах, высотные здания на Смоленской площади, на Драгомиловской набережной и др. ), где ведущая роль по проектированию каркасов была отдана нашим московским коллегам. Был учебник Стрелецкого Н.

С. по металлическим конструкциям, где этот опыт уже был закреплен для будущих поколений проектировщиков (это значит - для того поколения, которому довелось создавать и развивать Украинский институт стальных конструкций). Были диссертации по высотной тематике, и постоянно кое-что строилось. Все это было. Но не у нас в Украине.

И вот в конце 1967 года институт КиевЗНИИЭП решает запроектировать в Киеве несколько многоэтажных каркасных зданий и передает нашему институту заказы на проектирование металлических каркасов для них. Этими первыми зданиями были: гостиница Управления делами Совета Министров Украины, которая получила название «Киев» и Дом торговли на Львовской площади.

Нужно сказать, что высотными тогда у нас в институте называли дома выше 16–ти этажей, хотя все прекрасно понимали, что в Америке уже давно были иные критерии высотности и соответствующее им понятие «небоскреб». В Украине же, как, впрочем, и во всем бывшем Советском Союзе, в те времена гражданские здания строили, в основном, по типовым сериям из железобетонных индустриальных элементов, выпускавшихся во всех больших городах десятками похожих друг на друга домостроительных комбинатов (ДСК).

И серии эти были разработаны для домов, высотность которых не превышала 16-ти этажей. Для зданий большей этажности, особенно если архитектурно-планировочные решения отличались от массово принятых, конечно, нужно было уже искать конструктивные решения отличные от типовых. Монолитный железобетон в стране тогда был для домостроения еще не развит, и естественно, выбор пал на металл. Заманчив был опыт Америки, вспомнили и об опыте московского послевоенного строительства. В Киеве, да и в Украине вообще, раньше не предполагалось строительство небоскребов. Да и сегодня продолжается борьба в архитектурных кругах между теми, кто хотел бы сохранить самобытность древнего города с его исторической малоэтажной застройкой живописных холмов с выступающими куполами церквей, зеленью парков и восхитительной красотой днепровских берегов, и теми, кто хочет «видеть» в силуэте Киева высотные доминанты, столь характерные для современных городов Америки и других высокоразвитых стран.

Небоскребов в 40-60 этажей у нас пока еще нет. Однако, проектные предложения все время появляются. А за 20-ти этажный рубеж мы уже вишли давно.

Но вернемся в конец семидесятых годов. В конце 1967 года наш институт получил заказ на проектирование 20-ти этажной гостиницы «Киев». Интересно вспомнить сегодня этот наш опыт. В институте не было специального подразделения, занимавшегося проектированием жилых и общественных зданий, так как официально не было четко обозначено вообще такое направление в металлостроительстве. Если вспомнить те времена, то следует отметить, что тогда существовал почти запрет на применение металла в гражданском строительстве, подкрепленный правительственными решениями. Было такое пресловутое ТУ 101 по экономному расходованию металла с массой ограничений. И это в стране, где его выработка тогда на душу населения превосходила, практически, все страны мира. В гражданском строительстве была ориентация на преимущественное (читай- подавляющее) применение сборного железобетона. Как много вреда принесла такая политика отечественной архитектуре! Но это – отдельная тема, о ней много писали и пишут в прессе и мы не будем развивать ее в этих воспоминаниях. На каждый случай применения металлического каркаса для гражданского объекта нужно было получать «высокое» разрешение Госстроя и выбивать в Госплане целевое выделение металла. Поэтому естественно, что у института не было тогда необходимости иметь специализированное подразделение для проектирования каркасов гражданских зданий. Не было, естественно, и специалистов, которые бы специализировались в этом профиле работ.



Не было хорошей соответствующей нормативной базы в этой области металлостроительства. Ведь практически вся деятельность института была направлена на промышленную тематику – именно для этого первоначально была создана наша организация.

И был, естественно, определенный апломб. Что для нас, дескать, какие-то каркасики гражданских коробок, когда нам под силу ( и все это уже было!) доменные печи, мосты, большепролетные ангары, телевизионные башни и различные другие сложные и уникальные сооружения.

Работу по проектированию гостиницы « Киев » поручили Отделу спецконструкций №1.

Так назывался тогда отдел, который потом стал Отделом специальных и листовых конструкций, а затем Отделом новых типов конструкций, как он и называется сейчас. Конечно, уже давно нет того коллектива - от него сегодня осталось буквально несколько ветеранов, но традиции и история у коллектива, работавшего под упомянутыми «знаменами», конечно, остались. Так вот, в отделе ОСК-1, который возглавлял тогда Иван Артемович Нечаев, ГИП-ом по гостинице назначен был очень авторитетный и сложившийся к тому времени специалист Аденский Виталий Андреевич. Он в истории института больше известен как «ангарщик», потому что через его голову и руки прошли десятки ангаров, что с 60-тых годов являлось одним из основных профилей работы отдела. Виталий Андреевич разработал по гостинице «Киев» стадию «Проект».

Сегодня, специалистам описываемого направления, возможно, несколько забавно будет смотреть на тот начальный опыт института в области «гражданских» каркасов. Проект был всего на нескольких листах. В линию, «палочками» были изображены элементы каркаса (тогда еще не была выработана система подачи материала для гражданских каркасов, а то, что для гражданских зданий следовало выработать свой стиль подачи материалов на чертежах, стало понятным уже при проектировании первого такого объекта ). Была принята одна из представлявшихся авторам приемлемых конструктивных схем, определены расходы металла, и все это было сделано за каких-нибудь пару недель и отдано заказчику.

Никаких подробностей, открывающих «секреты», как же каркас будет выглядеть, когда появятся рабочие чертежи. Скорее всего, в головах у разработчиков все же были какие-то промышленные «штампы», на базе которых мыслилось дальнейшее проектирование, но в архивных материалах хранится только описанная скупая информация. Нужно заметить, что литературы и печатной информации по многоэтажным зданиям в институтской библиотеке тогда было очень немного. Наша классика – учебник Стрелецкого по металлическим конструкциям - гласил, что существует три основных типа конструктивных схем для каркасов многоэтажных зданий: связевая, рамная и рамно-связевая. Собственно, такая классификация присуща и для промышленных зданий. Ранний опыт американских школ тоже в основе имеет эти типы конструктивных схем. Можно с уверенностью сказать, что у нас в институте тогда еще и понятия не имели о том, какого разнообразия конструктивных схем требует разнообразие архитектурно-планировочных решений в многоэтажном строительстве. Думается, что и наши колеги архитекторы - авторы гостиницы «Киев» в начале создавали образ своего детища на традиционных представлениях о конструктивных схемах. А задумано было очень интересное с архитектурной точки зрения здание, хотя и сформированное, на традиционной основе. Теперь-то, даже основываясь на публикациях в популярних журналах, особенно журналах архитектурного профиля, мы знаем, что бывают даже вантово-подвесные схемы каркасов высотных зданий, и знаем, что каждый интересный архитектурный замысел требует адекватного интересного инженерного конструктивного решения. А тогда в институте только начинали глубоко интересоваться этими проблемами. И начинали с простого.

В. А. Аденским ( совместно с архитекторами) для Гостиницы была выбрана классическая связевая схема со стояком жесткости. Причем вопрос организации связевого стояка отдавался генпроектировщику – институту КиевЗНИИЭП и представлялся он авторам предложений в виде несущей железобетонной лестнично-лифтовой шахты на всю высоту здания. В общем-то, это традиционное решение. Таких зданий в мире построено очень много.

И все это представлялось простым и приемлемым.

Далее, когда пошла уже рабочая стадия, продолжила работу другая группа. Именно здесь мы впервые упомянем Константина Леонтьевича Шварца, который в конце 1967 года перешел в наш институт из института «Гипрошахт». Поскольку он был новый человек и его не обременял пока «груз» институтской повседневной работы (тут нужно заметить, что в те годы в институте была масса работы, и все основные работники в поте лица трудились над многочисленными заказами), ему и «спихнули» Гостиницу, пусть, мол, осваивает новый профиль. Константин Леонтьевич специалист был уже сложившийся, хорошо подготовленный, и руководство решило, что он с новой работой успешно справится. А заказ этот был очень ответственный, так как заказчиком выступал Правительственный орган Управление Делами Совета Министров Украины и курировал объект Зампред Совета Министров Украины. Будущее показало, что руководство института тогда не ошиблось, взяв на работу такого хорошего специалиста, каким оказался К. Л. Шварц, и не ошиблось, поручив ему заниматься этой интересной и новой для института тематикой.



Pages:     | 1 |   ...   | 29 | 30 || 32 | 33 |   ...   | 80 |