WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 31 |

«2 Введение Технология и философия учебной интеграции Тем, кому обсуждаемые здесь проблемы покажутся интересными и важными, можно порекомендовать знакомство с книгой ...»

-- [ Страница 1 ] --

1

Оглавление

Введение

Интегрированный урок. Английский язык.

В Грецию на машине времени

Таблица для презентации

Интегрированный урок. Английский язык.

Путешествие по Англии

Таблица для презентации

Приложение. Идеи для преподавания экономики.................. 71

Интегрированный урок. Английский язык.

Хоккей – игра и не только

Таблица для презентации

Вместо заключения: другие проведённые уроки и их краткие особенности

2 Введение Технология и философия учебной интеграции Тем, кому обсуждаемые здесь проблемы покажутся интересными и важными, можно порекомендовать знакомство с книгой В.Спиваковского «Образовательный взрыв». На эту работу, правда, она никаким образом не повлияла (и была прочитана уже позже). Но многие соображения (здесь и там) вполне солидарны. И это только подтверждает следующее: есть нечто в пространстве образования, уже ставшее внятным – темой для разговора с другими, а не только с самим собой.

Цикл интегрированных уроков стал основанием для разработки пособия по технологии и философии сопряжения различных учебных дисциплин. В этом введении в сжатом виде будут рассмотрены основные конструктивные принципы работы.

Поэтика как структурный принцип Сам способ организации смыслов в интегрированных уроках можно определить как поэтический. Поскольку именно поэтическое предполагает: а) определённую свободу размышления (метафизический порыв) и б) сближение далековатостей. Поэтический (а не утилитарный) настрой обнаруживает сквозную рифмованность реальности. А значит, сопутствует интегративной практике.

Целью сопряжения различных смысловых полей является провокация высказывания и размышления. Нужно понимать, однако, что подлинное разномыслие возникает не там, где есть пестрота мнений, а там, где созданы условия, чтобы высказываться различным образом.

Источником работы со смыслом становится его адресант, а не адресат. Ибо мышление нельзя обусловить. Оно самообусловлено. То есть возможно только как «своя собственная»

мысль.

Задачей практики такого рода является не правильное понимание, а понимание как таковое. Нельзя учиться понимать правильно, можно учиться понимать.

Поэтому «ошибка» не преследуется и не выжигается. Напротив, происходит движение к ошибке. Как к месту рождения смысла. И диалога (о безупречном не поговоришь). Движение не от черновика к беловику, чистовику, а от беловика к черновику.

Роль оценки (как фиксации, как статуса) меняется. Действительно значимыми становятся не вещи, а отношения. Не оценки, а технологии самообразования. При решении проблемы всё больше требуется не воспроизводство знания, а воспроизводство усилия. Замеры знания архаичны, потому что смысл знания не в том, чтобы «остаться», отстояться, а в том, чтобы впитаться, раствориться в самом существовании субъекта.

Отсюда ещё одно замечание. Скучная, плохая фраза: «уметь применять знания в жизни».

Почему? Потому что жизнь – не постоялый двор, куда тебя нечаянно занесло. К ней не приживаются – ее проживают. Смыслы должны не применяться в жизни, а её создавать.

И ещё одно. Сегодняшняя школа воспринимает знание сугубо позитивным и позитивистским образом. Обветшалый подход! Знание – это ещё и рефлексия о том, что ты знаешь. Знание может приращивать тебе уже известное, но может и ставить то, что ты знал, под вопрос. Знание может обосновывать твоё существование. Но может и расшатывать его основу, лишая самодовольства. Знание может быть причиной целебной неуверенности и кризиса понимания (подчас, совершенно необходимого).

В случае с интегрированными практиками речь идет даже не столько об определённом направлении развития школы, сколько о создании своего рода «локомотива», могущего тянуть за собой весь состав. Сегодня важнее не направление, а технология прорыва.

Чем же именно «прорыв» значим для современной школы? Мы видим, как трансформируется сама структура деятельности. Ключевым словом становится «поиск».

Человек, обладающий определенным бэкграундом, может «скользить» из одного места занятости в другое, из ремесла в ремесло. Рынок труда приобретает всё больший динамизм.

Мобильность перестала быть клеймом (советских «летунов» сменили фрилансеры). Ныне она – признак социальной дееспособности. Для институтов, консервативных по самой своей природе, это ощутимая угроза. Если конкретная школа обладает «прорывным» ресурсом, она способна удерживать специалистов. Поскольку уход из неё означает утрату значительной части собственного «человеческого» капитала. Кстати, это весьма любопытный момент, предполагающий, что всё более нарастающая трудовая мобильность будет сопровождаться парадоксальным ростом профессиональной «оседлости» (там, где развитие единичных, уникальных проектов и кризис стандартов будут формировать и некие специфические навыки, стили, формы коммуникации).

Опыт учебной интеграции не является неким необязательным декором, лишённым отчётливого практического значения. Он актуален именно как возможность расширения «картины мира», рождения новых приоритетов. Одним из таких приоритетов для школы становится «непрагматическое» действие. И вот почему. «Отношения» смыслов становятся сложнее. А значит, происходит рост неопределённости (возможных «продолжений», развитий смыслов). Действие всё менее плотно связано с «последействием», следствием. А значит, размытее становится понятие «пользы», утилитарного. А значит, даже сугубо практическое, деловое начинание должно предполагать некий непрагматический посыл.



Некоторого привыкания требует манера кратких тезисов. Как правило, проблемная ситуация в текстовых пояснениях или комментариях к слайду не описывается подробно.

Следует «всплеск» кратких реплик, замечаний, смысловых штрихов. Текстовые вставки являются некими мини-конспектами. Нередко – это «дорожные указатели», а не путевые дневники. Размышление свёрнуто в точки. Изложение – не гладкая линия, а пунктир.

О цитатах и фактах в приложениях к урокам. Они имеют смысл не как «справочный материал», куски, выдранные из Википедии. Их задача – приоткрыть направления возможного разговора. Или составить беглый портрет какой-либо ситуации, проблемы.

Интегрированые уроки, как можно заметить, отличает своего рода избыточность. При этом, скорее речь идет об избытке смысловом, а не информационном. Ключом для понимания таких избыточных содержаний является интуиция.

Меньше – диагнозов, больше – симптомов Этот пришедший в голову на одной из интересных роснановских конференций афоризм вот о чм. Российская школа вс ещ ставит диагнозы. Грезит о стерильном. Полагает, что чирей страшней, чем потухший взгляд. Верит, что иммунитет – то, что возвращает к норме, «восстанавливает равновесие». Тогда как в культуре и образовании вс иначе. Иммунитет здесь – то, что выводит из равновесия. «Марлевая повязка» – хуже «железного занавеса». Симптом – чаще свидетельство не болезни, а жизни. Культура как раз и складывается из симптомов. То есть из проявлений. Надо стремиться к проявлениям. Чего? Об этом мы и поговорим.

Увы, не менуэт Мы постарались отойти от привычного стиля школьных методических пособий, напоминающих самоучители по менуэту («голова повёрнута, рука вытянута, каблук правой ноги поднят...»). Все запальчивые и неосторожные фразы – всецело на совести автора. И бесспорно относятся к «оценочным суждениям».

«Классики для леворуких»

Можно ли действительно учесть в уроке отличия учебных предметов, учеников и учителей? И даже не просто учесть. А сделать сами эти несовпадения – ядром события. Да и нужно ли это вообще? Не означает ли это – сосредотачиваться на случайном? На несущественном и мнимом? Том, что зачастую не имеет ровно никакого значения. Об этом мы тоже попробуем порассуждать.

«ВКЛ.-ВЫКЛ.»? Или что-то третье?

Образовательная интеграция не организуется поворотом тумблера. Её нельзя вдруг начать. Её нужно начинать. То есть обновлять и поддерживать. Зато ей присуще дальнодействие и продолжительное послевкусие.

Зрачок стёрся. Но не взгляд Античные статуи всё так же внимательны, как и прежде. Они не ослепли, хотя краска стёрлась. Взгляд «видит» не когда он нарисован, а когда есть интенция. Важно не придумать инструкцию или программу, а быть «расположенным» к деланию.

«Вне». А не «мимо»

«Другой» предмет не уводит разговор в сторону. Не теряет нить. Напротив. Он позволяет взглянуть со стороны. Осмотреться. Отстраниться. И «остранниться». Сказать «подругому». Другим языком. Сведение в одной точке разных смыслов не запутывает, а создаёт связность. Понимание нельзя спланировать и обусловить внешними эффектами. Но можно развить логистику размышления.

Фразы из уроков Это язык, который понятен каждому. И это такой язык, на котором, когда он сочен и горяч, очень приятно разговаривать.

Олень – вот Конституция эвенка. Олень – вот его таблица умножения. Олень – его play station.

Может быть тысячелетний лед и шайба – детская игрушка, – и никакого хоккейного клуба. А могут быть кактусы и койоты, и лед только в чае – и 5 000 зрителей на матчах детских команд. NHL – это в первую очередь экономический механизм, и лишь затем – хоккейный.

Парадокс денег – еще до слова «деньги» деньги уже были. То есть слова не было, а «тело», выполнявшее роль денег, было. Возможно, вскоре останется, напротив, только слово («деньги»), а тело исчезнет (какие из себя, например, деньги «в» кредитной карте?).

От тела без имени к имени без тела.

Вся жизнь античного грека сомкнута в этом промежутке – между морем и городским камнем, стихийным и рукотворным, плеском, лепетом воды и грамматическим шумом речи.

Замечательная практичность английской культуры – если нет ни плесени, ни дырок, значит, это что-то английское (о сыре чеддер, в сравнение с французским и швейцарским).

Много ли вы видели инвалидов в петербургском метро? Если человек не имеет возможности пользоваться метро, значит такой вещи в его реальном жизненном пространстве нет. То есть петербургские инвалиды XXI века живут в городе, который пока еще не удосужился обзавестись метро.

«Могучая кучка», Вольное экономическое общество – ярчайшие think tank, «фабрики мысли». Вроде БДТ времён Товстоногова, лотмановского Тарту, тихоновского ЦСКА.

Можно держать пари, что Гаев скоро обзаведется привычкой иметь при себе не только леденцы, но и упаковочку аспирина.

Посмотрите, как меняется облик рекламы рубежа веков. Её всё больше обживает образ ребенка. К кому же обращён этот призыв? Только не к детям! Он обращён к ребёнку в каждом взрослом. Найден новый идеальный объект атаки. История современной рекламы начинается.

Распространённая анатомическая модель Возрождения – экорше (модель человека «с содранной кожей»). В Китае же были в ходу акупунктурные модели человеческого тела.

Достаточно сравнить экорше и акупунктурную модель, чтобы понять, почему «Мерседес» появился в Европе, а не в Китае. Или, например, почему именно европейцы совершили Великие географические открытия, а не китайцы на своих превосходных, вместительных и маневренных джонках. В китайской культуре человек воспринимался как целое, единое и не мыслился в качестве предмета анализа, в европейской же мысли (отчётливо у Декарта) тело объективировалось, отделялось от духа, все более представая как хитроумный механизм, «модель для сборки». Грандиозная китайская цивилизация не знала анатомических атласов, тогда как в Европе их иллюстрировали выдающиеся мастера. Весь буржуазный, предпринимательский порыв Европы может быть сведён к страсти преодоления, познания нового, к достижительному началу. Европейский дух – трансгрессивен (даже интеллектуально и художественно агрессивен), устремлён за границы известного и понятного, китайский – гармоничен и сосредоточен на собственной ойкумене.



Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 31 |