WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 42 | 43 || 45 | 46 |   ...   | 49 |

«Сохань Ирина Владимировна ТОТАЛИТАРНЫЙ ПРОЕКТ ГАСТРОНОМИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ (НА ПРИМЕРЕ СТАЛИНСКОЙ ЭПОХИ 1920–1930-х годов) Издательство Томского университета 2011 УДК ...»

-- [ Страница 44 ] --

Часть VI. Сравнительный анализ американской и советской (сталинской) гастрономических культур Сравнительный анализ гастрономической культуры фаст-фуда и реализованного в сталинскую эпоху утопического проекта еды позволяет выявить утопические характеристики первого и обозначить границы его экспансии в гастрономическую культуру глобализирующегося человечества. Основная гипотеза заключается в том, что фаст-фуд является новой формой применения дисциплинарного воздействия на человека в рамках гастрономической культуры вообще414, формой чрезвычайно эффективной из-за ее непосредственной аппеляции и воздействия на базовые коммуникативные параметры человека – на его телесное взаимодействие с миром как с пищей. Так, фаст-фуд выступает способом гастрономического надзора и контроля со своей логикой власти, призванной в этом случае не ущемлять и минимизировать частное, но поощрять его, в то же время строго контролируя допустимые практики индивидуации, которые располагаются только в русле требуемых тенденций и целей власти. Почему фаст-фуд утопичен? Эта форма кулинарного и гастрономического порядка генетически связана с американским типом культуры, который всегда стремился к одному типу детерминации – человеческой воле, не зависимой ни от природного содержания, ни от исторической логики, ни, тем более, от трансцендентных провиденциальных сил. Поэтому появление фаст-фуда как квинтэссенции подобного положения дел на уровне базовой телесной практики было неизбежно. При подробном его рассмотрении обнаруживается его уникальное сущностное сходство с тоталитарной гастрономической культурой – как соотносятся между собой два уровня становления одного и того же феномена (в данном случае феномена тоталитарного), так соотносятся фаст-фуд и тоталитарная культура еды, И формой эффективной, учитывая тезис М. Фуко о том, что жесткие формы дисциплинарных технологий уже утратили свою актуальность; собственно дисциплина как технология власти исчерпала себя. Сегодня речь может идти о новых, особых формах воздействия на индивида, которые можно назвать мягкими формами социального дисциплинирования, тяготеющими к онтологии соблазна. Между тем соблазн в этом смысле успешно применялся как технология дисциплинарного воздействия тоталитарной власти -одна из самых незаметных, но в то же время эффективных технологий, обеспечивающих то, без чего тоталитарная власть не может состояться, – ее очарование.

причем логика власти, представленная в гастрономическом, в случае фаст-фуда – серьезнее и глубже, потому что неявнее.

1. Фаст-фуд — утопический гастрономический проект Исходные принципы формирования американской культуры носят абсолютно утопический характер, но, обнаруживая в американском типе культуры утопические черты, мы должны понимать, что они не были следствием какого-то конкретного плана-проекта, скорее это следствие самой логики становления эмигрантского типа культуры:

«Эмиграция и изгнанничество создали историю человечества; по счастью, эмиграция и изгнанничество по-прежнему будут формировать также историю утопии»416, одним из результатов которого стала особая гастрономическая политика под названием «фаст-фуд». Фаст-фуд не столько облегченный вариант (из-за явного обеднения семантики по отношению к традиционной) гастрономической культуры, сколько вариант пищи, в котором случилась квинтэссенция утопических представлений о еде, в полном соответствии с утопичностью самой американской культуры.

В основу американского общества лег не естественный ход вещей, историческое стечение обстоятельств, санкционировавших рождение этого типа культуры, а воля человека, его проект построения общества на тех основаниях, которые были сформулированы европейскими утопистами за несколько веков. Эмигранты, стекавшиеся на американский континент со всего мира и, обеспечившие изначальную поликультурность будущей стране, были движимы мечтой о новой благополучной жизни, где владение благами этой жизни будет в большей степени зависеть от желания каждого, а не от слепых обстоятельств и неправильного общественного устройства. Единственное отличие американского общества от утопического – в том, что в американском обществе реконструкции417, но не свидетельствует ли как раз последнее, что в том Семенов, В.С. О перспективах человека в 21 столетии / В.С. Семенов // Вопросы философии. – 2005. – № 9. – С. 27.

Аинса, Ф. Реконструкция утопии / Ф. Аинса. – М.: Наследие, 1999. – С. 121.

Исследователи, сравнивающие массовое общество с тоталитарным, никогда не должны забывать их существенную разницу, которая состоит в том, что тоталитаризм обязательно предполагает реконструкцию повседневных практик существования, которые становятся максимально дефицитарными. Массовое общество такой цели никогда не виде утопического, как его проявила Америка, и содержится неявная и ускользаемая форма такого типа дисциплинарности, которая соответствует новому, мимикрирующему тоталитарному? Его магистральная стратегия базируется уже не на дефиците, но на изобилии, однако цель – конструирование человека в качестве послушного и удобного средства власти – не претерпела особых изменений.

Г.Д. Гачев относит Америку к так называемым «ургийным» культурам, в основе которых лежит возможность активного преобразования реальности с опорой только на сугубо человеческие силы – без вмешательства провиденциальных божественных: «...для американца нет бытия готового, данного и (пред)определенного мне:

оно со мною распространяется, пространится...»419. Америка – культура человеческого замысла, отсюда в ней существует выраженный приоритет цивилизационных параметров в ущерб культурным – культура ведь есть прорастание трансцендентного в человеке сквозь грубую эмпирию его воплощения, а цивилизация – материализованные и сплошь утилитарные технологии и техники существования.



Телесность человека теряет свое изначальное экзистенциальное звучание, что чревато значительным упрощением, а в соответствии с расширением цивилизационных параметров, и значительной функционализацией всех телесных коммуникаций, прежде всего гастрономической.

Большую часть характеристик утопической модели мира можно наблюдать и в американском типе культуры: мечта, урбанизм 420, новый тип идентичности, противоположный традиционному421; географическая преследует – в нем именно избыток и изобилие становятся средством контроля. Но, возможно, в случае, когда технологии власти оказываются зашитыми в изобилие предлагающегося индивиду потребления, можно говорить о новом тоталитаризме – тоталитаризме следующего уровня.

«Ургийные» культуры противопоставляются «гонийным» согласно принципу возникновения: в «ургийных» возникновение инициировано человеческим трудом, «гонийные» были созданы благодаря внешним силам – посредством как трансцендентной воли, так и стечения исторических сил и обстоятельств.

Гачев, Г.Д. Национальные образы мира. Америка в сравнении с Россией и Славянством / Г.Д. Гачев. – М.: Раритет, 1997. – С. 235.

В Америке идея урбанизма представлена не топографически, а ментально – как идея технологически обустроенного пространства, управляемого человеком.

Включающему в себя и этническую идентичность – на это следует обратить особое внимание, так как исследования этнической идентичности все-таки создают определенное представление о значимости национальной пищи для конструирования этнического самосознания. Новый тип идентичности, освобожденный от этнического параметра, потребовал особого типа гастрономической культуры.

архитектоника утопии выражены в расположении Америки – это материк, омываемый океаном422. Утопия основывается на вере в колоссальную значимость социальных условий для человека, которые выступают главной детерминантой его личности, поэтому в основе Америки была идея нации, которая породила народ, – социальный договор о будущем проекте создания особого общественного проекта был раньше его исторических условий – основного агента этого проекта, народа: «И все-таки в истоке своем, и во все периоды своего формирования Соединенные Штаты – не рок, а выбор. Американцы воспитаны не сложившимся обществом, а его проектом. Американская конституция это общественный договор, дающий начало новой нации, а потому предшествующий истории»423.

Еще один признак утопической конструкции в американской культуре – это ее внеположенность истории как попытка избавиться от первичного исторического детерминизма вместе с сопутствующим ему грузом обстоятельств, своей предзаданностью и иррациональностью, мешающих чистоте создаваемого проекта: «Как только Америка интегрировалась в западную историю, она стала объективацией утопии именно потому, что с самого начала, сперва в глазах европейцев, а затем и самих американцев, предоставила утопии две ее главные составляющие – пространство, или территорию, где она могла воплотиться, и время – историю без прошлого, на основе которой можно легко создать будущее»424. Во всякой классической утопии мы находим глубочайшую веру в человеческий разум и рациональность, которые избегают темной стороны человека, общества, истории тем, что создают логическую картину реальности и вытесняют то, что туда не вписывается, за пространственно-временные пределы утопии425. ФастКультурная и христианская символика воды как стихии перерождения отвечала идее конструирования идентичности эмигранта, который переживал потерю и символическую смерть себя перед тем как родиться заново (в духе американской культуры – родить себя заново).

Пас, О. Стол и постель / О. Пас // Поэзия, критика, эротика. – М.: Изд-во CEU PRESS и ИОО, 1996. – С. 152.

Аинса, Ф. Реконструкция утопии / Ф. Аинса. – М.: Наследие, 1999. – С. 127.

Тот культурный код, который применялся в советской тоталитарной утопии, также предполагал вытеснение всего необъяснимого и нежелаемого за пространственные пределы утопии – в буржуазный мир соседних стран; и за временные пределы утопии – в старорежимное прошлое царской России. Также следует заметить, что такое кодирование с психоаналитической точки зрения опасно, так.как вытесняемое таким образом склонно накапливаться, влияя на жизнь человека и коллектива в конечном счете неконтролируемым взрывом в виде череды неожиданных неподконтрольных феноменов.

Так взрывается накопленное бессознательное как на индивидуальном, так и на фуд как гастрономический проект американской утопии в полной мере наделен и всеми чертами гастрономической утопии, рассмотренными нами ранее; одновременно это и интенсивно распространяемая гастрономическая практика современного мультикультурного мира;

также он выражает в себе квинтэссенцию культуры еды современного человека426.



Pages:     | 1 |   ...   | 42 | 43 || 45 | 46 |   ...   | 49 |
 








 
© 2013 www.knigi.konflib.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.